Хозяин дома

— А что, боишься, Джек?
На губах Джека появилось слабое подобие улыбки.
— Я не боюсь, я рад, — тихо признался он. — Очень рад.
Ну конечно, еще бы, на его совести одним камнем меньше!
Несмотря на смущающую близость Джека, за обедом Элла искренне наслаждалась едой. Появление Айана Сэмпсона заметно разрядило обстановку. Управляющий, с точки зрения Эллы, чем-то походил на самого Джека — такого же роста, телосложения, только с более темными волосами и более смуглой кожей. А главное, в глазах Айана горел тот же голодный огонь, что в прежние времена горел в глазах Джека. Перед ней был честолюбивый амбициозный мужчина, к тому же бабник, как она уже имела возможность убедиться. Элле вспомнилось, как Айан частенько обедал наедине с Фелисити в уютной, почти интимной обстановке, когда Джек был за границей, и ей стало неловко.
— Вам подлить вина, Эйлин?
Элла встрепенулась, взгляд метнулся от вопрошающих глаз Айана к чуть насмешливым — Джека. Этим именем ее называл только Грэмпс, в устах Айана оно показалось Элле на удивление неуместным, как раньше — в устах Джека. К счастью, Джек пока ухитрился обращаться к ней, обходясь безо всякого имени. Пока.
— Спасибо, не нужно.
Элла взяла себя в руки. Она решила, что первый стакан вина за обедом должен остаться и единственным. Во-первых, ей нужно доказать Джеку, что она даже в сложной ситуации способна оставаться трезвой как стеклышко, а во-вторых, обед задуман как деловой, следовательно, ей нужно сохранять ясную голову.
Однако на практике оказалось, что деловая часть ограничивается отчетом Айана о положении дел в поместье. Озадаченная Элла обнаружила, что управление поместьем помимо выплаты зарплаты включает в себя еще массу всякой всячины. По обе стороны от нее Джек и Айан обменивались комментариями, и она оказалась чуть ли не в роли рефери.
— Довольно! — простонал Джек, когда Айан наконец умолк, чтобы перевести дух. — Этот дом прямо-таки бездонная бочка, если так пойдет и дальше, то, прежде чем он начнет окупаться, на моей могиле успеют вырасти маргаритки.
Айан пожал плечами и заметил:
— Потерпите лет пять, и вы не узнаете это место.
— Как, еще какие-то перестройки? При этом, насколько я могу догадаться, из моего кошелька исчезнет еще немалая доля заработанных потом и кровью монет?
— Возможно, — с усмешкой согласился Айан. — Но вы должны были сознавать, во что ввязываетесь. Имение много лет находилось в запустении, но при умелом инвестировании…
— За счет «Джек Кигэн холдингс», — сухо вставил Джек, — и при еще более умелом управлении Айана Сэмпсона. — Он кивнул. — Разумеется, ты прав, Айан. Со временем все станет на свои места. — Джек поднял стакан. — Выпьем за будущее… и за положительный банковский баланс. Пусть все заработает: фермы, конюшни, рыбное хозяйство…
— И дом тоже, — вставила Элла, думая о предстоящих съемках коллекции мод. Показ должен был происходить на территории усадьбы, но самому дому отводилась роль только роскошного фона, поэтому даже при наличии большого количества гостей и полудюжины автофургонов, припаркованных вне поля зрения камер, от Эллы мало что требовалось — лишь обеспечить всех напитками, бутербродами да туалетными принадлежностями. — Если вам хочется, чтобы усадьба приносила доход, используйте дом; его возможности безграничны. Можно предоставлять зал под конференции, съемки, пускать на пруд рыбаков…
— Можно, но маловероятно, — вежливо согласился Джек. — Бизнес бизнесом, а дом домом. Предстоящие съемки — исключение, одолжение хорошему другу. Поверьте, я не собираюсь создавать прецедент.
Ну конечно! Элле стал вполне понятен ход мыслей Джека. Неужели дорогая Фелисити может жить, образно выражаясь, в каморке над магазином, делить свой дом с толпой? Упаси Господи! Это же так вульгарно!
Зазвонил телефон, и Элла машинально вскочила.
— Кэти вполне может снять трубку, — напомнил Джек. — Если не ошибаюсь, у кого-то вечер отдыха?
— Я не отдыхаю, а принимаю участие в деловом обеде, — чопорно возразила Элла.
— Как вам угодно, мадам, — неохотно согласился Джек таким же натянутым тоном. — Но я уверен, что Айан со мной согласится: пока что наш обед был сплошным удовольствием.
 
Вопрос спорный, но вряд ли сейчас подходящее время и место затевать дискуссию, подумала Элла.
Кэти появилась в дверях и быстро присела в реверансе.
— Вас к телефону, мистер Кигэн, — сообщила она.
— Спасибо, Кэти, я возьму трубку другого аппарата. — Джек встал и сделал учтивый жест рукой. — Я не задержусь, а вы пока хозяйничайте сами.
Он действительно говорил недолго. Вскоре все трое переместились в гостиную, куда Кэти подала кофе.
— Я вам больше не понадоблюсь, сэр? — Девушка, снова присев в реверансе, бросила вопросительный взгляд сначала на Эллу, которая незаметно кивнула, потом на Джека.
— Нет, Кэти, спасибо. Если нам что-нибудь понадобится, справимся сами. Ты можешь уходить домой. Еще раз спасибо, — тепло добавил Джек. — Ты сегодня отлично поработала.
— Спасибо, сэр, — Кэти вспыхнула от удовольствия.
— Кажется, кто-то говорил, что рабство отменено? — поддел Джек, как только за девушкой закрылась дверь.
Ход мыслей Джека озадачил Эллу.
— Да, конечно.
— В таком случае не пора ли вылечить некую юную леди от слабости в коленях, пока привычка не закрепилась. Не представляю, зачем вы вообще это поощряете, — укорил он, но голос звучал добродушно.
— Я не виновата, Джек. Я всего лишь объяснила им, что следует проявлять больше почтения.
— Ладно, почтение я как-нибудь переживу, только постарайтесь, чтобы Кэти и все остальные знали меру.
— Слушаюсь, сэр. Ваше желание для меня закон. — В Элле словно проснулся какой-то бесенок. — Позвольте мне уточнить все еще раз. — Она подняла руку и принялась загибать пальцы. Никаких реверансов, никакого почетного караула и красных ковров… я ничего не упустила?
— Безусловно нет. Разве моя новая экономка, образец деловитости и эффективности, может что-то упустить? — насмешливо протянул Джек.
— Самое главное, внимание к деталям, — напомнила она елейным голоском. — Желание хозяина дома — закон для его служащих.
— А, это еще один…
Элла перебила его громким восклицанием.
— О! Я позволила себе недопустимое замечание? Или неподобающий тон? Может быть, чуточку слишком почтительный? — спросила Элла, понижая голос и хлопая ресницами. Она совсем забыла об Айане. — Это всего лишь вопрос равновесия. Так трудно придерживаться верного тона, не правда ли? Уважение, почтение, подобострастие — грань между ними так тонка, очень легко взять неверную ноту. Кого же мне это напоминает? Ах да, вспомнила! — Элла вошла во вкус, Джек попытался что-то возразить. Но она отмахнулась от него повелительным жестом. — Мы учили в школе такое стихотворение, называется «Немая невинность». Учитель может рвать и метать хоть до второго пришествия, но пока ученик не раскрывает рта, его нельзя наказать за дерзость. Разумеется, у него все написано на лице, но это же совсем другое дело. Ах, простите, сэр, я слишком заболталась. Кажется, я снова забыла свое место.
— Вы все сказали?
— Ну, если уж вы спросили, сэр…
— Довольно! — взревел Джек, хмурясь в притворном гневе.
Элла ответила со столь же наигранным ужасом:
— Да, конечно, сэр, как скажете. Я уже говорила, ради хозяина дома…
— Эл…
Тактичное покашливание Айана вовремя напомнило им, что они не одни и что Джек чуть не выдал ее настоящее имя. И не только имя, осознала Элла, быстро посерьезнев. Айан Сэмпсон далеко не дурак, он знаком с прошлым Джека. Если он обо всем догадается, много ли пройдет времени, прежде чем шокирующие подробности достигнут ушей Флисс? Элла снова испытала неловкость, вспомнив, как Айан и Флисс вдвоем сидели за столом, причем для партнеров по деловому обеду их головы и руки находились недопустимо близко. Удивительно, сколько дел им срочно потребовалось обсудить в отсутствие Джека! Задумавшись, Элла совершенно пропустила момент, когда Айан собрался уходить.