Разрешение на измену (СИ)

Плюхнулся на стул и скрестил на груди руки, приняв защитную позу.
— Вы женаты, как я поняла. Моя дочь совершила большую ошибку, связавшись с вами. А теперь ещё и ребёнку голову заморочили.
Как вы планируете выбираться из этой ситуации?
Если у вас проблемы с женой, то по чести нужно сначала развестись, а потом заводить любовниц. Если же в семье всё хорошо, то вы поступаете низко и подло по отношению к своим близким.
  
У вас есть дети?
— Да. Дочь. Тоже Маша, — прохрипел и опустил голову.
— И каково было бы вашей дочери наблюдать сегодняшнюю картину? Вы об этом подумали?
А если бы ваша жена так поступила? Вы уехали в командировку, а она домой любовника привела? — жёстко отчитывала меня мать Риты.
Передёрнуло от одной мысли о том, что жена может мне изменить.
В груди начало печь, сердце прыгнуло куда-то в горло и там застряло. Первый порыв был сорваться и бежать домой: «А вдруг Ира выпроводила меня и сейчас кувыркается в спальне с другим мужчиной?
Я ведь тоже у неё первый и единственный. Где гарантия, что ей не захочется попробовать запретный плод?»
Эти мысли ошарашили. Подобное никогда не приходило мне в голову.
Каким надо быть идиотом, чтобы не представить на своём месте жену?
Ира отлично выглядит для своих лет. Если бы она работала в коллективе, наверняка нашлись бы поклонники.
Я настолько был уверен в жене, что даже мысли не допускал о флирте или измене с её стороны.
— Простите, но вы лезете не в своё дело, — грубо оборвал женщину. — Мы взрослые люди и сами во всём разберёмся.
— Взрослые и ответственные люди не поступают так, как поступаете вы, — она посмотрела мне в глаза, и я испытал давно забытый стыд за своё поведение. — Вы теперь бросите Риту и Машу, девочки опять останутся одни.
Маргарита уже испытала подобное, когда забеременела. Маша никогда не видела своего подлеца-отца. Мы кормили её сказками, что он работает в другой стране и когда-нибудь вернётся. А теперь вы окончательно сломаете психику ребёнку: "отец" бросит её второй раз.
Должно быть, чёрт дёрнул меня за язык и я пообещал:
— Не волнуйтесь, не брошу. Не настолько я непорядочный человек, чтобы обидеть маленького ребёнка.
Мать Риты покачала головой:
— Хочется верить…
Ловушка захлопнулась.
Как я в неё попал и что теперь со всем этим делать — даже близко не представлял.
Вдруг понял, как дороги мне жена и дочь.
Но и оставить Ритку с её сияющей от факта "папа вернулся" малышкой совесть не позволяла.
Ладно. Пусть идёт, как идёт.
Задача на сегодня — постараться не причинить ещё больше боли моим женщинам…
  
Глава 8
 
Ирина 
Артём вернулся только к вечеру воскресенья, забрав Машу от подруги.
Подозреваю, что ему было страшно остаться со мной наедине.
Он знал, что при дочери я буду держать себя в руках, «порхать» довольной жизнью женой и мамой, не заведу неудобных разговоров.
Мы НИКОГДА не ссорились при Маше.
Да и в принципе очень редко ссорились. Я всегда уступала мужу, прогибалась под него, была доброй, покладистой, понимающей…
А сейчас в меня словно бес вселился. Вдруг стало плевать, как мои близкие воспримут моё плохое настроение.
Я перестала прятать отрицательные эмоции. Загонять негатив глубоко в подкорку и только наедине с собой давать волю чувствам.
Когда Тёма открыл дверь своим ключом, я встретила его не привычной улыбкой и поцелуем, а рассерженным взглядом, недовольным лицом и горячим желанием собрать чемодан любимого мужа и отправить его с вещами туда, откуда он пришёл.
Но присутствие дочери всё-таки не позволило озвучить свои намерения.
Машуля моментально считала моё внутреннее состояние:
— Ма, привет! Что-то случилось?
«Ничего, кроме того, что твой отец завёл себе любовницу».
Но вслух, конечно, я этого не произнесла. Наоборот, постаралась успокоить ребёнка:
— Всё в порядке, Машуль. Мойте руки, ужин готов.
Дочка отказалась от еды:
— Не, мамуль, не хочу. У Чильцовых поела. Ты же знаешь тётю Наташу: пока не накормит до отвала, из дома не выпустит.
— Ладно. Верю.
Я поцеловала дочь и ушла в кухню, не притронувшись губами к щеке супруга.
Мне теперь вообще было противно даже думать о том, чтобы прикоснуться к нему.
Недавно его ласкала, целовала, обнимала другая женщина. И, наверняка, он ей горячо отвечал.
Пусть сначала отмоется как следует и проветрится, а потом посмотрим…
Поставила на стол блюдо с салатом, разогрела отбивные из индейки, гарнир из тыквы и кабачка с кунжутом и прованскими травами, свежевыжатый апельсиновый сок, минеральную воду.
Муж сел и придвинул к себе тарелку. Он ненавидел тыкву, а я любила. Раньше готовила для него отдельный гарнир, а сегодня впервые не стала: не нравится — его проблемы.
— Ри, а кабачки отдельно есть? — поинтересовался благоверный.
— Нет, — злорадно ответила. — Можешь выбрать их из гарнира или приготовить себе сам то, что ты хочешь.
Я с удовольствием уплетала мясо и тыкву, наслаждаясь вкусом.
Муж, услышав ответ, пошёл красными пятнами.
— Не надо строить из себя стерву, тебе не идёт, — остудил мою радость холодным тоном. — Не забывай, ты сама толкнула меня на этот шаг.
Он оглянулся назад, нет ли поблизости Маши.
Дочь ушла в свою комнату и закрыла дверь. Наверняка болтала с подружками или сидела в интернете.
— Артём, ты сам ХОТЕЛ этого. Кто я такая, чтобы тебе запрещать?
— Ну и почему сейчас бесишься? Я сделал всё так, как ты просила. Какие ко мне претензии? — он отодвинул тарелку, переплёл руки на груди, вытянул под столом ноги, толкнув или мои и даже не извинившись.
А мне нечего было ответить на его вопросы.
Да. Сама заставила, а теперь злюсь и на него, и на себя…
Стало стыдно. Откуда-то появилось противное чувство вины.
«Нет, Ира, так нельзя. Возьми себя в руки. Тебе должно стать легче от того, что всё позади. Измена случилась и надо оставить её в прошлом».
Но легче почему-то не было…
— Потерпи. Обида пройдёт, и я стану прежней. Дай мне немного времени, — посмотрела на Тёму виновато.
— Ри, я ведь тебя предупреждал… Знал, что так будет… Но ты, как коза, упёрлась рогом, настояла на своём, а теперь считаешь меня сволочью.
Мне хотелось залезть под стол от стыда:
— Извини. Не знаю, что на меня нашло. Давай больше не будем трогать эту тему. Было — и прошло, постараемся обо всём забыть.
У тебя ведь там всё кончено?
Муж выдержал паузу, взялся за вилку и начал жадно есть ненавистную тыкву.
— Конечно. Там больше ничего нет...
Когда я загружала посуду в посудомоечную машину и размышляла, как мне сегодня лечь с мужем в одну кровать и стоит ли постелить себе в большой комнате, раздался звонок в дверь.
"Странно... Неужели мама пожаловала лично высказать мне свои претензии, что не поднимаю трубку?
Только этого не хватало..."
Но это была не мама.
На пороге с чемоданом в руке стояла сестра.
Она довольно бесцеремонно отодвинула меня в сторону и прошла в квартиру:
— Извини, я больше не могу у них оставаться. На приличный отель денег нет, перекантуюсь у тебя пару дней, потом за мной приедут.
— Здравствуй, Соня, — пробормотала тихо.
Вот и решился "постельный вопрос": на диване будет спать сестра.
Соня скинула лоферы, оставила чемодан в прихожей, прошла на кухню и открыла холодильник.
— Есть холодная минералка? Умираю, пить хочу…
Достала бутылку Эвиан, скрутила пробку и начала пить из горлышка.
Меня всегда поражала в Соньке её бесцеремонность и порой шокирующее поведение при внешнем облике гламурной красотки и светской львицы.
  
У неё был вкус. Она умело подчёркивать достоинства и скрывать недостатки. Нести себя в мир с высоко поднятой головой. При этом окружающие уступали ей дорогу, отдавали без просьб самое ценное, мужчины преклоняли колени, женщины ненавидели.