Бэтмен

Он подождал, пока собравшиеся перед мэрией журналисты не успокоились.
— Во-первых, необходимо развеять одно недоразумение. Репортёр газеты «Глоб» Александр Нокс — вовсе не Бэтмэн.
Журналисты рассмеялись. Стоявший рядом с Гордоном и Дентом Нокс поднёс руку к забинтованной голове, комически отдавая честь, и сухо заметил:
— С другой стороны, Бэтмэн — это не Александр Нокс.
Затем слово взял Гордон. Он был краток.
— Наши полицейские уже поправились, и хотя многие из них навсегда отказались от кофе, все приступили к своим обязанностям.
Собравшиеся вновь рассмеялись. Наконец-то, подумал Гордон, он присутствует на мероприятии, которое доставляет удовольствие и ему, и всему Готэм-Сити.
О чём это говорит? О том, что необходимо сохранять веру в лучшее. Он всегда говорил самому себе, что ещё немного — и он, возможно, убедится в том, что его работа может приносить удовлетворение.
Элли Нокс неожиданно заметил среди стоявших рядом с ним на возвышении хорошо знакомое ему милое лицо.
— Вики? — удивился он. — Разве ты тоже освещаешь эту пресс-конференцию?
Она с улыбкой взглянула на него.
— Нет, — ответила она мягко, — я собираюсь на некоторое время уехать.
Она приблизилась и поцеловала ero — по-настоящему.
Впервые в жизни, насколько помнил Нокс, он чуть не лишился дара речи.
— Ничего себе прогулочка, а, Элли? — сказала Вики весело и повернулась, чтобы уйти. — Заходи!
— Подожди! — крикнул Нокс. Она не могла так уйти. Особенно после этого поцелуя. — А как насчёт нас с тобой?
Вики уже почти вышла на улицу. Наверное, подумал Нокс, тут нужен какой-нибудь очень сильный аргумент.
— А как же Пулитцеровская премия? — сделал он ещё одну попытку остановить её.
Она действительно остановилась.
— Разрешаю тебе получить её вместо меня!
И тут же зашагала снова.
Он спрыгнул со ступеней мэрии, поморщившись от боли. Рана давала о себе знать.
— А как насчёт фотографии Бэтмэна? — в отчаянии крикнул он.
— Если он захочет, чтобы я его сфотографировала, он знает, где меня найти.
Она свернула за, угол и исчезла из виду. Так закончилась ещё одна глава из. жизни блестящего репортёра Александра Нокса; завершилась, не успев начаться, ещё одна его любовь. Это было бы для него сильным ударом, если бы не надо было спешить, чтобы подготовить вечерний выпуск.
Он оглянулся назад. Харви Дент вновь подошёл к микрофону.
— Сегодня утром мы получили записку от Бэтмэна, — начал Дент, вынимая из кармана сложенный лист бумаги. Он прочитал:
— «Готэм-Сити приходит в себя после случившегося в нём преступления. Но если силы зла поднимутся вновь, чтобы омрачить жизнь города, позовите меня».
Если силы зла поднимутся снова, чтобы омрачить…? Звучит несколько высокопарно. Нокс усмехнулся. Но, похоже, это будет замечательный материал. Читатели такое любят.
— Есть вопрос! — крикнул он из толпы, где чувствовал себя гораздо лучше, чем там, на возвышении. — Как мы сможем его найти?
— Он оставил нам условный знак, — ответил Гордон. Пройдя в дальний конец площадки, где был установлен прожектор, Гордон включил его. Яркий луч, упавший на стену собора, высветил изображение летучей мыши в жёлтом круге.
Да, думал Нокс. Это тоже должно понравиться публике. Вики Вэйл, возможно, ушла из его жизни, но Бэтмэн остался.
Он добьётся Пулитцеровской премии.
День клонился к вечеру. Вики медленно шла по городу, который чувствовал себя в большей безопасности, чем прежде. Два мальчика выбежали из переулка. У обоих за спинами развевались накидки, сделанные из стареньких одеял. Они чуть не столкнулись с ней.
— Извините, мэм, — сказал один из них. — Мы играем в Бэтмэна.
Она задумчиво проследила за ними взглядом. Так приятно видеть беззаботно играющих детей.
Сверху донёсся звук тяжёлых шагов по крыше. Она подняла голову. Там стоял Бэтмэн.
Около затормозила машина. Сидящий за рулём лимузина Альфред махнул рукой.
— Я подумал, что у вас есть повод выпить шампанского, мэм, — сказал дворецкий.
 
Вики снова посмотрела наверх. Бэтмэна там уже не было.
Она села в машину. В ведёрке со льдом стояла открытая для неё бутылка.
— Мистер Уэйн просил передать, что он немного задержится, — сообщил Альфред.
Вики налила шампанское в стакан.
— Да, я знаю, — ответила она.
Солнце спустилось над Готэмом, и они выключили сигнал Летучей мыши. Теперь это был спокойный город. На улицах смеялись люди, играла музыка — жизнь шла своим чередом. А сверху за происходящим молча наблюдали гаргульи на крыше старого собора. Существовало старинное поверье, что они защищают от злых сил.
Одна из гаргулий пошевелилась.
Я — Бэтмэн.