Ким Джинсу. Путь к вершине

— Спасибо, Минсу. Я тебе очень признателен.
— Пустяки, — махнул он рукой, но я видел, что он действительно рад помочь.
До обеда я подключил компьютер, перенёс все свои файлы и наработки с сервера на жёсткий диск, настраивая всё под себя. Кабинет уже начинал ощущаться как мой, но для полного погружения в рабочий процесс нужно было ещё кое-что — перерыв и глоток свежего воздуха. Решив отправиться вниз, в кафе, которое я уже стал воспринимать как место отдыха и размышлений, я спустился по лестнице и направился к выходу.
И вот, у входа, я увидел Сухён. Она стояла, оглядываясь по сторонам, и когда наши взгляды встретились, на её лице появилась тёплая улыбка. Это была та улыбка, которая согревает даже в самый холодный день. Я шагнул вперёд, и наши глаза снова встретились.
— Сухён, — позвал я её, подойдя ближе.
— Джинсу, — ответила она, и её голос звучал радостно, словно она действительно ждала этой встречи.
Я включил свою эмпатию, пытаясь почувствовать её эмоции. Ничего необычного: радость, тёплота, приятное ожидание нашего совместного времени. Всё, как всегда. Но в глубине души, где-то на заднем фоне, снова закралось сомнение: кто же тот парень, что привёз её утром? Почему она не хотела, чтобы её видели? Я старался не показывать своих мыслей, но внутри всё же было беспокойство. Сухён заметила мою задумчивость и слегка склонила голову.
— Всё в порядке? — спросила она, внимательно глядя на меня.
Я заставил себя улыбнуться, постаравшись выкинуть эти мысли из головы.
— Да, всё отлично. Пошли, пообедаем?
Она кивнула, и мы двинулись в сторону кафе. Это место стало чем-то вроде нашего ритуала, «нашего» кафе, где мы могли оставить за дверью все дела и проблемы и просто наслаждаться моментом. Я ощутил лёгкость, которая разлилась по всему телу, когда мы вошли внутрь. Это чувство всегда приходило, когда я был рядом с ней.
Мы заказали наш любимый обед — кимбап и пулькоги, а на десерт взяли тток — сладкие рисовые пирожки. Я смотрел, как Сухён выбирала блюда, и её глаза искрились, когда она обсуждала, что мы будем есть. Я знал, что она любит делиться моментами, как и я. Это объединяло нас.
Когда еду принесли, мы разговорились на общие темы — обсудили работу, наш последний проект и даже вспомнили тот вечерний хвемин, который принёс столько эмоций. В какой-то момент я поймал себя на мысли, что не хочу, чтобы это заканчивалось. Время с ней — это как глоток свежего воздуха, как моменты, когда ты ощущаешь, что живёшь.
Я снова включил свою эмпатию, чтобы уловить её эмоции, и почувствовал знакомое тепло. В её глазах был тот же блеск, что и всегда, когда она говорила со мной. Но всё же, где-то глубоко внутри, ощущалась маленькая нотка тревоги. Я не знал, что это значит, но решил не придавать этому значения. Может, это моя паранойя, может, просто усталость, и нет смысла об этом беспокоиться.
— Ты что-то задумался, — сказала она, наклонившись ко мне и внимательно глядя в мои глаза.
— Прости, — ответил я, отвлекаясь от своих мыслей. — Иногда бывает. Просто много всего происходит.
Она улыбнулась и взяла меня за руку, слегка сжав её. Это было так неожиданно и в то же время так естественно, что я почувствовал, как внутри разливается тепло. Мы сидели в нашем кафе, вдвоём, и этот момент был идеальным. Мы наслаждались каждой секундой, каждым взглядом.
— Спасибо, что всегда находишь время, чтобы быть рядом, — сказал я, глядя ей в глаза.
— Мне это важно, — тихо ответила она, и в её голосе была искренность. — Ты… для меня важен.
Эти слова заставили меня почувствовать себя особенным, и на мгновение всё остальное исчезло. Только мы двое, этот момент и наша связь.
Закончив обед, мы всё ещё не торопились вставать из-за стола. Слова постепенно угасали, и вместо разговоров оставались только наши взгляды и мягкие улыбки. Я чувствовал, как каждый момент с Сухён становится чем-то особенным, чем-то, что я хочу сохранить как можно дольше. Мы обменивались короткими, но тёплыми фразами, шутками, которые звучали только для нас двоих, словно создавая маленький мир, в который не было доступа никому другому.
  
Когда, наконец, пришлось вставать, я почувствовал лёгкую грусть. Как будто каждая минута, проведённая вместе, была ценна, и я не хотел её терять. Мы направились к выходу, и, выйдя на улицу, оказались рядом, почти касаясь друг друга. Наша синхронность была естественной, шаги совпадали, и каждый шаг был словно согласован заранее. Я ощущал тепло её плеча, которое на мгновение касалось моего, и внутри разливалось что-то тёплое и радостное.
Мир вокруг нас словно замедлился, оставляя лишь наши тихие шаги и лёгкий шёпот весеннего ветра, играющего в её волосах. В какой-то момент я снова включил свою эмпатию, чтобы понять, что она чувствует. Радость. Спокойствие. И… что-то ещё. Нечто большее, более глубокое, но скрытое. Я поймал её взгляд и на мгновение почувствовал, как между нами пролегает невидимая, но очень мощная нить связи. В этот момент слова не имели значения.
Путь до офиса казался коротким, слишком коротким. Я поймал себя на том, что хочу, чтобы он длился дольше, чтобы можно было просто идти рядом с ней, ни о чём не думая. Но вскоре мы подошли к входу, и реальность снова настигла нас.
Когда мы вошли внутрь, я почувствовал, как атмосфера офиса вернулась, сбивая нас обоих с этого лёгкого, почти волшебного настроения. Всё вернулось на свои места — люди в костюмах, звонки телефонов, звуки шагов по коридорам. Ощущение словно на мгновение что-то потерялось. Но когда мы вместе подошли к ресепшну, администратор окликнул Сухён:
— Сухён-щи, извините, что прерываю вас, но для вас доставка.
Сухён остановилась и, удивлённо посмотрев на него, спросила:
— Для меня? Что именно?
— Это букет, — ответил администратор и жестом указал на огромный букет цветов, стоящий на стойке.
Мои мысли на мгновение застопорились. Букет. Огромный, роскошный. На первый взгляд это были цветы, которые дарят не просто так, а с каким-то особым смыслом. Белые лилии, розы и нежные гортензии — они все сливались в безупречную композицию, которая привлекала взгляды всех вокруг.
— Курьер сказал, что это для вас, — продолжил администратор, протягивая записку. — Но, к сожалению, отправитель остался анонимным.
Сухён замерла, глядя на букет с удивлением и растерянностью. Я стоял рядом, и внезапно внутри меня проснулось чувство тревоги. Откуда этот букет? Кто его отправил? Почему именно сейчас?
Она взяла букет в руки, и на её лице отразилась гамма эмоций — от удивления до лёгкого беспокойства. Я почувствовал, как в груди сжалось, словно кто-то поставил невидимый барьер между нами.
  
Глава 17
 
Пожелав Сухён хорошего дня, я направился к лифтам, оставляя за собой её букет. Её голос, окликнувший меня вслед, прозвучал тихо: «Это не то, что ты подумал.» Но что именно я должен был думать? У меня не было никаких доказательств, только интуиция и ощущение, что в этом букете скрывается больше, чем она могла сказать. Кто этот таинственный отправитель? И почему она так быстро попыталась это объяснить? Вопросы не давали покоя, пока я поднимался в лифте к своему кабинету.
Когда я наконец оказался на месте, передо мной лежали файлы и отчёты, требующие моего внимания. Я открыл их и стал погружаться в работу, пытаясь избавиться от неприятного чувства, которое оставил этот случай. Но мысли о букете и о том парне, который подвозил Сухён, возвращались снова и снова, словно напоминая о том, что не всё так просто. Я усилием воли сосредоточился на документах, анализируя цифры, проверяя отчёты и вводя данные, но это ощущение беспокойства так и не ушло.
Прошло несколько часов, и к концу дня я наконец смог заставить себя забыть об этом инциденте, полностью погрузившись в дела. Я набрал столько данных, что голова уже шла кругом. Именно в этот момент в дверь моего кабинета постучали, и вошёл Минсу.
— Джинсу, — сказал он, с улыбкой на лице. — Пора.