Потерянный голос надежды (СИ)
- Я, - вызвался Рома, шагнув вперёд.
- Нет, я! – следом выкрикнул Миша и добавил: - Первым полезу я, и это не обсуждается.
- Ничего себе! – заорал Рома, считая себя незаслуженно обиженным. – Думаешь, что ты – самый сильный и смелый?
Миша смерил его небрежным взглядом.
- Нет. Просто считаю тебя мерзким слизняком, который поднимется наверх и даст дёру, оставив друзей под землёй.
- Я не такой! – Рома зашёлся в гневе и ударил Мишу кулаком в челюсть.
Миша не остался в долгу и двинул Рому по лицу. А потом ещё и ещё. Рома пытался уйти от ударов, или ответить ударом на удар, но Миша не дал ему шансов.
- Довольно! – разъярился Игорь, хватая сзади за предплечья Мишу.
Рома воспользовался этим и ударил Мишу несколько раз. Тут же Лёша с Геркой повисли на нём.
- Да я тебя уничтожу! – орал Рома, прыская слюной.
- Тебе не жить! – орал в ответ Миша. – Я убью тебя, козёл!
- Тихо вы! – между ними влезла Ира, разведя руки в стороны. – Чего горланите? Давайте выберемся, а потом будете чинить разборки. А то нашли время и место!
Спорщики утихли. Увидев, что они уже не кидаются друг на друга, их отпустили. Миша тыльной стороной ладони вытер кровь с рассеченной губы. Если бы Игорь не сдержал его, он бы не дал себя ударить. Но Рома пострадал куда больше него – расквашенные губы, нос, заплывший глаз. В дополнение шла подбитая вчера скула.
- Хорошо я над тобой поработал, - довольно заметил Миша.
Рома рыкнул и хотел броситься на Мишу, но его за плечо ухватил Дядя-Шкаф.
- Не дёргайся, - пробасил он, - целее будешь. И так лицо на кусок отбивной говядины похоже.
Рома сжался от понимания, что все против него. Его поступки мерзко воняли, вот окружающие и относились к нему согласно «запаху».
Света заботливо утёрла платком кровь с лица Миши, а он обнял её и поцеловал в макушку. Рома порывисто выдохнул и отвернулся. Ему было неприятно смотреть на их отношения. За всё приходилось платить. За большую подлость – большим презрением со стороны окружающих.
- Чтобы никому не было обидно, первым полезу я, - заявил Герка. Во избежание возражений, подошёл к верёвке и, ухватившись за неё, пополз вверх.
Все замерли, глядя ему в след. Верёвка была довольно толстая, но каждый опасался, что она может не выдержать большого веса. Пока Герка полз наверх, никто не осмелился и слова сказать. Достигнув пролома, Герка наполовину протиснулся в него и, подтянувшись на руках, вылез наружу. Несколько секунд его не было: наслаждался свободой. Затем в проломе появилась его голова.
- Мишка, лезь ко мне. Остальных будем вытягивать на верёвке.
Миша подмигнул Свете и отстранился. Схватился за верёвку и быстро полез наверх.
- Слава Богу, мы освободились, - прошептала Ира, еле сдерживая эмоции, бьющие через край.
Даша глянула на неё, словно Ира сказала какую-то нелепицу и заметила:
- Пока мы в пещере. Так что не скажи «гоп», пока не перескочишь.
Ира покрутила головой и, не уняв слезинки счастья, сказала:
- Раз Герка с Мишей снаружи, то, считай, мы спасены. Они ни за что не бросят нас здесь.
Но Даша была полна пессимизма.
- А вдруг верёвка порвётся?
- Не каркай, - шикнула на неё Света, замахав руками.
- Не повезёт лишь тому, кто будет на ней в этот момент, - ответила Ира.
- Но остальные тоже не смогут вылезти! – упорствовала Даша, будто не верила в их чудесное освобождение.
- Те, кто выбрался, приведут спасателей, - грубо кинула в ответ Ира надоевшей Даше. Вот прицепилась со своими мрачными мыслями. – Да ну тебя, Дашка! И сама боишься и нас пугаешь!
Миша так же, как Герка, пролез в отверстие и, склонившись над отверстием, проорал:
- Игорь, Лёша, сделайте петлю на конце и сажайте в неё девчонок. Мы их вытащим.
Дважды повторять не пришлось.
- Я умею морские узлы вязать, - сунулся Рома к верёвке.
- Ну, давай, коль можешь, - откликнулся Лёша.
Рома быстрыми движениями завязал петлю и протянул её Свете.
- Залезай, - и, кивнув наверх, добавил: - Он тебя ждёт.
Света приняла верёвку, собираясь пролезть в петлю.
- А чего она первая? – возмутилась Даша. – Сначала я хочу.
- Подождёшь, - гаркнул на неё Рома, словно она была виновата в его бедах и отношениях со Светой. – А пока что золото своё охраняй!
Даша обиженно уставилась на него, но промолчала. Беспричинная вспышка его гнева задела её, да только чего собачиться из-за очерёдности подъёма? Всех вытащат, никого не оставят.
Света уселась в петлю, как на качели, и, ухватившись покрепче за верёвку, прокричала:
- Поднимай!
Её потянули наверх. Чем выше её поднимали, тем страшнее становилось. После всех нашёптываний Даши о том, что верёвка может порваться, стало жутко. Но вкус приближающейся свободы перебил запах страха. Оказавшись у пролома, она просунулась в отверстие, её подхватили крепкие руки и вытянули на свет. Но она так и не почувствовала земли под ногами, так как счастливый Мишка закружил её. А когда поставил, принялся часто целовать лицо.
- Вот мы и вместе, - выдохнул он.
- Мы и до этого были вместе, - смущённо откликнулась Света, ощущая на себе взгляд Герки.
- Зато теперь у нас есть будущее. А там, - Мишка кивнул в сторону пролома, - нет ничего кроме смерти.
Света счастливо рассмеялась. Да, он прав. Там они были пленниками и в любой момент могли стать жертвой очередного обвала.
Пока Миша с Геркой вытягивали Иру и Дашу, Света сквозь слёзы смотрела на бескрайние горные просторы, лежащие перед ней. Солнце слепило, и девушка щурилась после сумрака подземелий. Бездонное небо обнимало Свету, лаская своей синевой. Выше по склону виднелись белые шапки снегов, а внизу лежали бескрайние просторы, покрытые лесами.
Ира с Дашей набросились на Свету и принялись обнимать и целовать.
- Мы свободны! – орала Ира, а Даша вторила ей, как эхо.
Света тоже завизжала от радости, поддавшись всеобщему настроению.
Слегка успокоившись, девушки отошли поодаль и стали наблюдать за тем, как из пролома появился Рома, а затем парни втроём начали вытягивать рюкзаки. Вслед за ними появились Дядя-Шкаф и Лёшка. Игорь, как капитан корабля, покинул пещеру последним.
Оказавшись наверху, он огляделся и заметил:
- Ничего удивительного, что клад до сих пор никто не обнаружил. Проломы обросли кустами, так что если случайно не провалиться в них, то и не увидишь.
Дядя-Шкаф озабоченно озирался и пытался как-то сориентироваться на местности. Но, видимо, ему плохо удавалось. Он чертыхнулся и сказал:
- Как же мы найдём дорогу к кладу, если непонятно где находимся? Заблудимся же!
- Да ну его в баню, этот клад! – беззаботно рассмеялась Света. – У нас есть самое большое богатство на свете – это наша жизнь!
- Хотелось бы, чтобы эта самая жизнь была бы ещё и богатой, - проворчал Дядя-Шкаф, словно Света уговаривала его отказаться от сокровищ.
- Раз так, то запоминай дорогу! – рассмеялась она.
- Я думаю, что смогу отыскать это место, - сказал Игорь, извлекая из кармана навигатор. – Так что не волнуйтесь.
Но никто кроме Даши и Дяди-Шкафа и не думал волноваться. Все были счастливы, что выбрались из пещер. Золото – приятный бонус к их злоключениям, но самый главный приз в виде свободы они уже получили.
Все сгрудились на большом выступе и устремили взгляды вперёд. Перед ними раскинулись горы. Красивые, манящие и опасные в своей непредсказуемости. Путников ожидал долгий спуск. Миша встал сзади Светы и обнял. Она ощутила прилив немыслимого счастья и расплылась в улыбке.
Стоя на вершине мира, Света ещё не знала, что через два дня они спустятся в предгорья и найдут поселение. А ещё через день окажутся в объятиях плачущих от счастья родителей. Рома поспешно уедет из города, а Игорь с Дядей-Шкафом и Дашей вернутся в пещеры.
Света так же не знала о том, что, узнав о беременности, Миша обрадуется и заявит, что готов воспитывать ребёнка, даже если он не от него. Через месяц уговорит её выйти за него замуж, а ещё через семь месяцев у неё родится прекрасный рыжеволосый мальчик с точно такими же глазами, как у Миши. Ира и Герка станут крёстными. А сокровища… Впрочем, к чёрту сокровища! Кому нужно, пусть тот и лезет обратно в горы! А ей ничего не надо кроме любящего мужа и ребёнка!