Моя идеальная ошибка (ЛП)

Балет.
Алек.
Сегодня он тоже молчал, сосредоточившись на детях с той же интенсивностью, что и я. Вчерашние слова разрушили легкость между нами, то чувство безопасности, которое я всегда испытывала рядом с ним.
Мак поворачивает на знакомую улицу с высотками. Почти приехали.
— Эй, — Алек касается моей ладони, лежащей на свободном сиденье между нами.
Я опускаю взгляд. Большая загорелая рука накрывает мою. Эти руки стали так знакомы. Такие же мужественные, притягательные...
  
— Мне всегда нравились твои руки, — шепчу я.
Его пальцы смыкаются на моей ладони, скрывая от посторонних глаз. Губы слегка приоткрываются, будто Алек хочет что-то сказать. Но слова так и не звучат, и он тоже опускает взгляд на наши руки. Хватка слегка усиливается.
Возможно, больше и нечего сказать.
Мак останавливает машину перед жилым комплексом, и мы выходим. Ноябрьский воздух по-настоящему холодный, но это даже приятно. Приятнее, чем напряженная атмосфера в машине.
— Приятного вечера, — говорит Мак.
Я улыбаюсь ему.
— Спасибо. Тебе тоже.
Я не забыла его слов или того, почему он их произнес. Интересно, знает ли Алек о прошлом Мака? Бросаю на него косой взгляд и, возможно, момент для вопросов упущен. Просто секс. Больше не будет вечеров, когда мы валялись на диване, лениво смотрели «Девочек Гилмор» и болтали ни о чем.
Апартаменты Конни и Габриэля преобразились до неузнаваемости. Просторная гостиная с панорамными окнами и массивными книжными полками теперь напоминает игорный клуб. В центре два больших стола с зеленым сукном и профессиональными крупье. Народу не протолкнуться. С первого взгляда насчитываю человек двадцать, и это не считая тех, кто вышел на террасу.
Алек вздыхает.
— Это...
— Да, — киваю я. — Они выложились по полной. Вау.
Кухонный стол ломится от закусок, изысканно сервированных дорогим кейтерингом. Останавливаю взгляд на ледяной скульптуре.
— Не может быть, — бормочу я.
Я знаю Конни годами. Но эту ее сторону, Коннован с фамильными драгоценностями, разбросанными по квартире, с роскошными вечеринками и частными самолетами, видела лишь мельком.
Для них, Габриэля, Конни и Алека, это обычная реальность.
Алек застыл рядом. Он выглядит напряженным и недовольным, и я понимаю почему. Он посещает такие мероприятия только по необходимости.
Конни замечает нас, и улыбка растягивается по ее лицу.
— Вы пришли, — она заключает меня в объятия. — Рада тебя видеть. Здесь куча людей, с которыми тебя нужно познакомить.
— Правда?
— Еще как, — поворачивается к брату и обнимает его. — И тебя тоже рада видеть. Припасла твой любимый скотч.
— «Макаллан»?
— Да.
— Спасибо, — говорит он, но хмурость не исчезает.
Я почти слышу, о чем Алек думает, из-за чего хочется протянуть руку и сжать его ладонь.
Она просто хочет, чтобы ты вернулся в мир живых, хочу я сказать. Чтобы разговаривал с людьми и хоть немного радовался. 
Но молчу. Вместо этого Конни уводит меня подальше от высокого и молчаливого старшего брата. Знакомит с компанией своих друзей: все в нарядных нарядах, с бокалами в руках. Пару лиц я узнаю с ее студенческих времен, но большинство новые, друзья Габриэля. Конни представляет меня как одну из своих лучших подруг.
Приятно, что она так старается.
После особенно долгого разговора с одной из групп, мы идем к бару за добавкой.
— Ну что, — шепчу я, — проект по слиянию друзей, кажется, идет неплохо.
Ее глаза блестят.
— Думаешь?
— Ага.
— Слава богу. Габриэль раньше устраивал покерные вечера, и я хотела продолжить традицию вместе.
— Правда, слегка улучшив? — киваю в сторону кухни. — Ледяная скульптура?
— Ладно, это была моя идея, — признается она. — Хотелось немного декаданса.
Я улыбаюсь. Конни никогда не делает что-то спустя рукава. Не уверена, что она вообще на это способна.
— Ну, тут его предостаточно. Но задумка отличная. Люди вроде ладят.
— Правда? Я подумала, наши семьи в одной комнате никогда не будут чувствовать себя комфортно... так что хотя бы друзья пусть уж точно поладят.
Я кладу руку ей на плечо и делаю голос нарочито серьезным.
— Просто чтобы ты знала, у меня нет обид против Габриэля или его друзей.
Она смеется.
— Знаю. Ты мой самый... безпроблемный друг, и я люблю тебя за это.
— Только за это?
— Ну еще ты мой йога-напарник.
— Ага, ага, — чокаюсь с ней бокалом и игнорирую укол вины в животе.
Самый безпроблемный друг. 
Если бы.
Прислоняюсь к кухонному столу и окидываю взглядом вечеринку. Ее муж Габриэль сидит за одним из покерных столов. Ухмыляется, прижимая к груди пару карт.
— Габриэль играет?
— Ага. Мы сегодня заключили пари, и он очень мотивирован на победу.
— Пари?
— Угу, — она улыбается и слегка пожимает плечами, и я понимаю, что Конни имеет в виду.
— А. Пари.
— Ну, да. Скажем, я не слишком-то и расстроюсь, если он выиграет.
Я толкаю ее плечом.
— Не то чтобы я завидую... но и не то чтобы нет.
— Понимаю. Но у тебя сейчас больше свободного времени? Для знакомств? В сравнении со временем, когда занималась балетом.
— Ну, немного. Но я даже не знаю, с чего начать. Приложения для знакомств не особо-то привлекают.
— Я тебя с кем-нибудь познакомлю, — произносит Конни. Ее глаза игриво загораются. — Здесь наверняка найдутся те, кому знакомства интересны.
— Только бы не как тот тип на свадьбе...
— О, нет, он не появится. Это был друг друга друга друга, — она решительно качает головой. — Не все умеют держать себя в руках, будучи пьяными, особенно кретины. Ладно. Давай посмотрим, кого тебе представить...
Мы обе осматриваем комнату. Взгляд скользит туда, куда его всегда тянет, и легко находит Алека. Он не за покерным столом и не у бара. Стоит у встроенных полок, сжимая стакан скотча, и разговаривает с кем-то.
Я наклоняюсь, чтобы разглядеть собеседницу... Брюнетка. Больше ничего не разобрать.
Он кивает один раз, не отводя от нее глаз.
— Кто это? — спрашиваю я.
— М? А, женщина, с которой говорит Алек? Это двоюродная сестра Габриэля. Вообще хороший знак, что они разговаривают, — она наклоняется, будто может рассмотреть лучше. — И... вроде не ссорятся. Хм. Может, наши семьи еще смогут находиться в одной комнате.
— Уверена, что смогут, — я косо поглядываю на Конни.
Кое-что хочу спросить... но она знает его так, как не знаю я.
А мне отчаянно нужны ответы на загадку под названием «ее брат».
— Как думаешь, Алек вообще задумывался о новых отношениях? — спрашиваю я.
Она делает долгий глоток напитка.
— Нет, — наконец произносит она. — Хотелось бы. Я ничего не знаю о его личной жизни. Не то чтобы раньше многое знала... Они с Викторией познакомились, когда мне было лет пятнадцать. Были вместе почти десять лет, и я понимаю, но... прошло уже пять, — пожимает она плечами и смотрит на меня. — Разве ты ничего не заметила? Ты же живешь с ним в одной квартире.
— В разных концах.
— Ага. Я видела комнаты для нянь. Неплохо, да?
— Еще бы, мне не на что жаловаться. И нет. Никаких... свиданий я не видела и не слышала.
Ложь, хотя ею не является.
Просто секс. 
Я прочищаю горло.
— Как они с Викторией вообще познакомились?
— Не уверена, на самом деле. Наверное, через общих друзей, — она вздыхает. — Но новые отношения пошли бы ему на пользу. Ты вообще видела его до смерти Вики?
— Нет.
Она умерла как раз, когда мы с Конни подружились. Я помню это отчетливо: бранч, одна из первых встреч, и ее лицо, когда появилась новость.
— Ну, тогда он все равно был Алеком. Угрюмым, педантичным, властным. Идеальным сыном и старшим братом. Нам с Нейтом никогда не тягаться с его примером, — голос смягчается, затем она снова вздыхает. — Но после ее смерти стало совсем уж крайностью. Вообще я рада, что уговорила его прийти.