В шаге от вечности (СИ)

Он был похож даже не на офицера, а на инженера. Держался хорошо. И в то же время был явно напуган. Хотя и пытался изобразить надменность и презрение. Конечно, после слов Рауля этому не стоило удивляться. Но Максиму показалось, что тот боится не только их. А может, и не столько.
– Вам повезло… Не знаю, как вы это сделали.
Чего-то Майкл (если это было его настоящее имя) не договаривал. 
– Когда это произошло? – спросил Максим, указывая на трупы на полу, хотя скорее хотел спросить: «Что за хрень тут произошла?».
Начальник службы безопасности замешкался с ответом, и Рауль слегка встряхнул его, так что у того клацнули зубы.
– Отвечай, когда тебя спрашивает партизан.
Рихтер сурово посмотрел на парня, но в это время корп начал говорить сам.
– Хорошо, отвечу. Пять минут назад. Нас ударило… направленным разрядом. Типа шаровой молнии. Невидимым. Я успел заметить только свечение. Не представляю, как вашим это удалось.
– А ты почему живой? А?
– У меня… поле.
– Отдай часы, – догадался Рихтер и сам снял у него с запястья неожиданно тяжелый хронометр. – Вот так-то лучше!
Только сейчас военспец вспомнил про такие электромагнитные демпферы. Конечно, от пули они не помогали, но могли спасти от удара током или ЭМ-импульса. Но, что самое главное, эта штука могла сбивать приближающихся дронов импульсами, в том числе наноразмерных. Своего рода репеллент-инсектицид. Вещица дорогая. Минимум пять тысяч глобо. И это ценный трофей, подумал Максим. Но, конечно, он не продаст ее на рынке и не оставит себе, а сдаст интенданту, а там уже выдадут тому, кому нужнее. Хотя жаль, что нельзя оставить... и в бою, и в не менее опасном тылу от нее был бы прок. Но пока этот конфискат будет при нем.
«Выходит, наши уже давно в здании. Где же они застряли? Но если им удалось такое провернуть, значит, пробились на командный пункт охраны на первом этаже. Прямо над ними, на втором подземной уровне, должна была быть еще одна диспетчерская, откуда можно было управлять системами небоскреба. Может, и ее уже заняли? Тогда победа близка».
Могильщик, Рауль и Диего стояли рядом с ними. Остальным Рихтер приказал обыскать тела, но соблюдать осторожность. Хотя те предварительно просветил дрон.
– Я вижу, вы наплевали на ультиматум, – чуть покашляв, произнес пленный. – Умно, но глупо. Я говорил совету директоров, что вам нет дела до этих пеонов на улицах. Что вы продолжите атаку. Они не поверили.
«Нельзя слушать то, что он говорит, – подумал Максим. – Они снова будут пытаться вбить клин между «Авангардом» и местными жителями. Или даже посеять рознь среди наших рядов. А уж о положении и настроениях внутри своей конторы он точно нас дезинформирует. Какой ему смысл говорить правду? Несмотря на все мои знания психологии, я не оперативник спецслужб. И мы его не проверим. Тут нужно специальное оборудование и ментоскопия».
– Только выведите меня отсюда… – услышал Макс слова корпа, когда вдруг раздался странный треск.
– Бойцы интербригады! Оставайтесь на месте и не стреляйте! – раздался громоподобный голос, зазвучавший словно со всех сторон. – Это свои! Отряд «Бенито Хуарес!» Я лейтенант Маркес. Назовите себя! 
– Специальный отряд «Ягуар», – ответил Рихтер без задержки, удивляясь, почему не запросили по рации. А потом вспомнил, в каком они месте, – Осуществляли штурм воздушным путем через крышу.
– Понятно. Стойте где стоите и опустите стволы! – продолжал голос Зевса Громовержца. – Мы выходим к вам.
Доли секунды, чтоб определить, как действовать. Корпы могли выкинуть любой фокус. Но интуиция подсказала Рихтеру, что обмана тут нет: надо делать то, что говорят. Он первым опустил автомат стволом вниз и дал знак остальным сделать то же самое. Но оружия не складывать. 
Без возражений и колебаний все, даже Диего, последовали его примеру.
А с потолка на тонких нитях, словно пауки, скользили вниз бойцы в такой же как у них черной ребристой броне. Только сейчас Рихтер заметил там распахнувшиеся люки.
– Los chequistas, – прошептал Рауль.
 
Но это были не силы безопасности, а штурмовой отряд. Может, даже не из интербригады. «Чекисты» в первых рядах не пойдут, а обследуют здание после подавления сопротивления. Или бой уже закончен?
– А какого черта вы вообще здесь внизу оказались? – обратился к Рихтеру тот из них, кто приземлился ближе всего к ним. Высоченный, мускулистый, который и без брони должен был весить килограммов сто двадцать. Пока одни его люди спускались, другие зависли под потолком и взяли на мушку всех, кто находился на платформе. Броня у них была почти такая же. И знаки различия, и коды – все было на месте.
Максим мог им не поверить. Но это означало верную смерть, так как сила была не на стороне жалкого огрызка «Ягуара». На них были направлены десятки стволов, а на заднем плане маячило не меньше дюжины летающих дронов, которые тоже спустились из люков. «Если бы это были корпы, мы были бы уже мертвы», – подумал он.
– Мы следовали указаниям из штаба.
Командир штурмовиков посмотрел на него как-то странно, но ничего не сказал. Потом сделал прозрачным стекло своего шлема. Лицо у него было европейское (кавказской расы, выражаясь политкорректным языком, но сам он вряд ли себя считал кавказцем). Широкие скулы, квадратный подбородок, массивный лоб. Еще у него был свежий шрам через всю левую щеку, какой бывает, если пару дней назад ставил «заплатку».
Похоже, бывалый вояка. А еще ему и его людям явно сильно досталось, причем недавно. У всех были вмятины на броне. Несколько вмятин зарастали на глазах, но полностью не могли закрыться. Броня нуждалась в заводском ремонте.
– Ладно... мы это выясним. А теперь убирайтесь отсюда. Вам тут больше делать нечего, поняли? Путь свободен. Мы сами все сделаем. Выводите пленного и сдайте в комендатуру.
– Он говорит, что он начальник охраны Пирамиды. Вроде бы его зовут Майкл.
«Как одного музыканта», – вспомнил Макс.
– Важная птица. Молодцы! Пленных уже захвачено много, но этот будет очень полезен для дела революции.
– А как вы сюда попали? – спросил Рихтер.
– Через подземный тоннель, – ответил ему после секундных колебаний офицер, – Мы использовали субтеррину. Подземную лодку. Самодельную, но все сработало.
Но Максим не знал, что бывают такие штуки, разве что читал про бредовые проекты времен Второй Мировой. Но еще до того, как гость договорил, он понял: настоящая атака была через тоннели, а коптер-паки – только для отвлечения. Вот такие пироги. 
Но военспеца до сих пор удивлял этот подземный зал. 
– Товарищ Маркес, разрешите спросить, что это за зал? – решил озвучить Рихтер свои мысли, хоть и был научен двумя армиями, что это не всегда хорошая идея. – Он очень странный для дата-центра. Я про них читал. Здесь все по-другому.
Действительно, в серверной не было привычных «шкафов» – стеллажей, в которые до сих пор по традиции упаковывали блоки твердотельных носителей данных. Только циклопические колонны пустоты, окруженные странными силовыми полями, через которое дрон пролетел как сквозь плотную невидимую вату. А потом просто «умер», и его последний импульс, казалось, прошел через все тело оператора. То его самого.
– А это уже не твоего ума дело. Главное держись подальше от этих круглых штук. Мне сказали умники, что, если сунуть в них руку, станешь котом Шредингера. Хрен знает, что это значит.
– Кот, который одновременно мертв и жив, – сказал второй из бойцов, который шлем непрозрачным не сделал. Он был тоже высоким, но поуже в плечах, и, несмотря на разговорные выражения, у него был голос ученого, а не солдата, – А если серьезно… ни хрена не будет. Там нет ни высокого напряжения, ни ионизирующего излучения, ни электромагнитного поля. Только квантвые флюктуации, но это гипотетическая и совсем не опасная вещь. Теоретически.
– Эти колодцы обслуживали люди?
– Автоматика, – ответил невысокий. – Лестницы там есть, но туда судя по всему не лазили с самого момента пуска в эксплуатацию. Хотя я ничего не слышал, чтобы кто-то погибал здесь. Скорее всего очередное суеверие. У системщиков свои табу. Будем допрашивать, узнаем больше.