Наша игра (СИ)

— Ок, почти все, только это мало что меняет. Окси и Поз в целом значении составляют меньше одного процента от общего числа сотрудников. Даже если к ним Добровольского приплюсовать — цифра не изменится.
Арсений вспомнил слова Антона о том, что его по жизни все ненавидят.
— Ты ведь говорил, что кладешь болт на то, как к тебе относятся окружающие, но при этом стараешься не мозолить им глаза лишний раз?
  
— Да тут доходило пару раз до драки, не хочу провоцировать лишний раз.
Арсений присвистнул.
— Вы еще и драчун, Новосельцев, — процитировал он.
— Да, я крепкий орешек, — хмыкнул тот.
— Я вот сижу и думаю, что меня поражает сильнее: что ты дерешься на работе или что понимаешь отсылки к старым советским фильмам.
Антон тихо рассмеялся.
— Моя мама очень любит «Служебный роман», а так я ж из Воронежа, там часто приходилось драться. Сначала потому что я был самым умным, а ботаников-зазнаек у нас вечно пиздят. Позже потому, что выгляжу как-то не так, — он показал свои кольца с браслетами, — а в итоге я еще и ориентацию свою осознал, и там уже все. Собсно, в Воронеже трудно было найти парня, я поэтому переехал.
Информацию о сексуальных предпочтениях Антона он предпочел проигнорировать.
— И как ты справлялся с побоями?
— Мама очень переживала и спросила совета у дяди Юры — это муж ее подруги. Тот порекомендовал отдать меня в секцию бокса.
— И ты типа дофига крутой боксер?
Антон ухмыльнулся.
— Нет, конечно. Но постоять за себя в целом могу.
— И кому не посчастливилось отведать вкус твоих кулаков?
— Да какая разница, — отмахнулся Антон. — А ты умеешь драться?
Арсений умел отвешивать прекрасные в своей драматичности пощечины. Звонкие, хлесткие, театральные — как и полагалось королеве драмы. Но на большее был не способен.
— Я против насилия, — сдержанно ответил он.
— Ясно, — кивнул Антон. — Я сажусь с кодом возиться, если чё над будет, то лучше пиши. Я все равно тебя не услышу.
Он надел наушники и врубил музыку так громко, что Арсений слышал каждый бит и каждую ноту. Все же без Антона тут было в разы тише и уютнее.
***
Через часок к ним зашел тот самый Дима, с которым Арсений не был знаком лично, а только мельком виделся, когда они с Серёгой общались. Позов был низеньким, коренастым, лысым и походил на гоблина.
— Здравствуйте, — он вежливо кивнул Арсению, после чего подошел к Антону и стукнул его по плечу. Тот вздрогнул, повернулся и стащил наушники. — Привет, Шаст.
— Бля, ты меня напугал. Нех так подкрадываться.
— А как мне к тебе подходить, если ты спиной к двери сидишь? Сквозь стену, что ли?
— Мог бы написать.
— Ну а я вот решил подойти и пригласить ваше величество лично. Погнали.
— Сек, — Антон сохранил работу, заблокировал компьютер и поднялся. — У тебя зажигалка есть? Я свою проебал где-то.
— Удивляюсь, как ты еще голову свою не проебал, — подколол Димка, но продемонстрировал простенькую одноразовую зажигалку.
— Идем уже, — Антон хлопнул его по плечу и на прощание подмигнул Арсению, который с интересом за ними наблюдал.
Судя по всему, Шастун со всеми держался одинаково — что с Арсением, что с Димой, что с Оксаной и даже Шеминовым. Интересно, а другим он предлагал переспать или это прерогатива привлекательных людей вроде Арсения?
Хмыкнув себе под нос, он вернулся к работе, погружаясь в расчеты. За ними время пролетело незаметно, и спохватился он только в обед. Антон до сих пор не вернулся, а желудок жалобно урчал, так что Арсений отправился в кофе-точку. Сам он не готовил, но заказывал еду в Милти на неделю вперед. Ребята из разработки уже расселись по местам и обсуждали, какую-то компьютерную игру с картами. Они часто про нее говорили, но Арсений никогда не вникал, потому что был далек от подобных забав.
— Всем привет! — поздоровался он, направляясь к холодильнику.
— А ты сегодня не с Шастуном своим? — едко спросил Андрей.
— Как видишь, нет, — ответил Арсений, выбирая что съесть на обед.
— Мы думали, ты будешь ходить за ним хвостиком.
— И какой в этом смысл? — уточнил Арсений, сдирая упаковку с порции пюре с котлетой из индейки и овощами.
— Выслужиться, — предположил Андрей.
— Вникнуть в рабочий процесс, — тактично заметил Толик.
— Чтобы ебланить на законных основаниях, — внёс свою версию Ваня.
— У меня хватает задач от Шеминова. Когда Антон надумает ввести меня в курс дел, то выкроит для этого время.
— О-о-о! — тянет Ваня. — Пахнет разладом в благородном семействе.
Арсений предпочел промолчать. Все равно ничем хорошим эта беседа не закончилась бы. Впрочем, для поддержания темы его участия не требовалось: все остальные принялись сплетничать об Антоне и поносить его по пням и кочкам каждый на свой лад. Арсений привык к подобным оскорблениям, но сегодня, когда находился Шастун в офисе, чувствовал себя неуютно. Поэтому он помалкивал и старался поскорее поесть, не отрывая взгляда от тарелки.
— Арсик, ты жопу береги, кстати, — вдруг позвал его Ваня, — а то твой новый босс — педик. Мало ли чем может закончиться индивидуальное собрание с ним.
— Правда, что ль? — раздался голос Антона. Тот подхватил один из стульев, придвинул его спинкой к столу и оседлал, опершись грудью о перекладину. — Ну рассказывай, чем же заканчиваются индивидуальные собрания с ужасным педиком Шастуном. Если мне память не изменяет, то половина вашего отдела через такие встречи прошла, когда лажала с кодом. Сильно он вас там дрючил, а?
Арсению стало откровенно не по себе. Во-первых, он не знал, сколько Антон их слушал — а ребята языками чесали будь здоров, пока Арс сидел и молчал. Во-вторых, этот Антон вызывал трепет и страх.
В помещении тем временем повисла тишина. Толик и многие другие ребята потупили взгляды, только Ваня нагло посмотрел Антону в глаза и буквально выплюнул:
— Ненавижу сраных педиков! И каким бы там ни был хорошим кодером, ты чмо опущенное, раз мужиков предпочитаешь.
Арсения покоробило подобное заявление, но он смолчал, скорее испуганный разворачивающейся сценой, нежели задетый гомофобными высказываниями, относившимися и к нему тоже.
Антон ухмыльнулся и чуть склонил голову.
— Ненавидишь сраных педиков, стало быть? Ну-ну, — произнес он, поднимаясь. Его взгляд остановился на Арсении. — После обеда жду тебя в офисе для запланированного с утра обучения.
— Ага, — выдавил Арсений, наблюдая, как Антон уходит, не дождавшись его ответа.
В помещении какое-то время царила гробовая тишина, затем Ваня продолжил говорить гадости о Шастуне, но все остальные принялись спешно сворачивать трапезу. Арсений посмотрел в тарелку и понял, что кусок в горло не лезет. Он не знал, как поступить с остатками еды, потому что упаковку успел выбросить, да и порция горячая после микроволновки — такую сразу в холодильник нельзя. Поэтому Арсений кощунственно выбросил все в мусорку. Отец всегда осуждал расточительство и учил ценить, что дано, бережно обращаться с ресурсами и едой. Это лишь ухудшило настроение Арсения.
Он поспешил в кабинет и когда вошел, то увидел только затылок Антона, занятого работой.
— Я вернулся, — сказал Арсений растерянным тоном.
— Ты так быстро поел? — уточнил тот, не отрываясь от своего занятия.
— Аппетит что-то пропал, — не стал лукавить Арс.
— Ясно. Я пока занят.
Лаконично, строго, безэмоционально и… непривычно. Арсений имел дело с прямолинейным, улыбчивым и даже заботливым Антоном. Но злой и раздраженный — Шастун подавлял своей убийственной аурой.
Арсений тихонько шмыгнул за стол и предпочел погрузиться в работу. Информация и ее анализ всегда успокаивали и отвлекали. Вот и сейчас ему почти удалось сбежать от реальности, но помимо воли он то и дело косился на Антона. Любопытство брало верх, и Арсений осторожно изучал его. Что тот делает? Как двигается?
  
В какой-то момент Антон подал голос:
— Я закончил. Ты готов к обучению?