Колодец душ (ЛП)

В сейфе лежала кожаная папка с позолоченным краем, перевязанная зеленой лентой. Дуглас схватил ее и вернулся к столу. Пока его пальцы рвали ленту, кто-то постучал в дверь.
Дуглас метнул взгляд на тело на полу, мысли заметались. Что можно увидеть из дверного проема? Его могут найти рядом с телом. Где спрятаться?
Стук раздался снова, а затем послышался голос: 
— Мистер Флиндерс-Питри, сэр? Тут какой-то грубиян пришел. У вас есть что-нибудь для него?
Сайлас Камбербэтч, садовник.
— Отошлите его, — Дуглас пытался подражать голосу отца. — Я занят.
— Хорошо, сэр, так и сделаю, сэр.
Дуглас прислушался к удаляющимся шагам. Затем, не желая больше рисковать, сунул папку под плащ и выскочил через раздвижные двери. Вышел в сад, быстро огляделся по сторонам, убедился, что его не заметили, бросился через лужайку к изгороди. Там он в детстве перелезал через садовую стену. Оказавшись в переулке, выбежал на дорогу, поймал такси и приказал ехать на вокзал Паддингтон.
Здесь он купил билет и поспешил на платформу, где уже стоял поезд, нашел пустое купе, вошел и закрыл дверь. Только после того, как поезд покинул станцию, миновал Илинг и направился к Слау, Дуглас достал кожаную папку.
Положив ее на колени, он развязал зеленую ленту и откинул крышку. Внутри обнаружился листок бумаги с короткой запиской. 
«Прости меня, Дуглас. Так будет лучше.
Твой любящий Отец».
Карта на Коже исчезла.
  
ЭПИЛОГ
 
Трое покинули аббатство Монсеррат на грузовике, заезжавшим в монастырь каждый день. Возле деревни Эль-Брук у подножия горы они вспомнили о том, что неплохо бы раздобыть какое-нибудь оружие. Однако, все, что им удалось найти в маленьком универмаге на деревенской площади, был охотничий нож в ножнах. 
— Ладно. Лучше, чем ничего, — решил Кит. — Не будем терять время.
Он повесил нож на пояс и повел спутников по обочине шоссе, вдоль реки. Через пару миль они оказались там, где охотники нашли Кита. К счастью, в это время никого поблизости не оказалось, так что они без помех пересекли небольшой каменный мост и направились вверх по склону к скалам. Пока они шли, Кит пытался подготовить своих спутников.
— Представьте себе настоящий каменный век. Все примитивное. Никаких зданий, никаких машин, никакого металла, стекла или пластика. Одежда — сплошные шкуры. — Он погладил свою куртку. — Природа в первозданном виде, и человек один на один со стихией. Сейчас там середина зимы. По крайней мере, когда я уходил, стояла зима, а значит, вокруг полно голодных хищников, так что нам придется побыстрее найти моих соплеменников, если мы не хотим быть съеденными.
— Может, нам стоило взять что-нибудь потеплее? — вслух подумала Вильгельмина.
— Лишние вещи только помешают. Я думаю, у нас все будет в порядке, — ответил Кит. — Как только мы найдем племя, у нас будут и меха, и шкуры, и все остальное. Нечего тратить время на болтовню! Доберемся до Дома Костей и прыгнем к Колодцу Душ.
Брат Лазарь что-то сказал по-немецки, и Мина перевела Киту: 
— Брат Лазарь беспокоится, как бы мы не напугали твоих первобытных людей. Они ведь могут и напасть на нас.
Кит остановился и повернулся к своим спутникам. 
— Послушайте, я, конечно, ничего не могу гарантировать, но меня они приняли спокойно. Никакого насилия. Ко мне сразу отнеслись, как к своему, и это удивительно, если подумать. Да, они немного пугливы, но меня-то помнят. Племя меня усыновило, а вы со мной. Думаю, проблем не будет, просто будьте осторожны и делайте, как я говорю, хорошо? — Он с превосходством посмотрел на спутников. 
Через несколько минут тяжелого подъема они достигли входа в пещеру.
— Вот это место, — объявил Кит. Он взглянул на солнце, полдень миновал. — Наверное, придется немножко подождать, пока портал станет активным.
Они сняли рюкзаки, и Вильгельмина сверилась со своей лей-лампой. Как и ожидалось, синие индикаторы не горели. 
 
— Ничего, — объявила она. — Но еще рано. Я послежу за этим. А пока покажи нам эту свою пещеру.
Брат Лазарь открыл рюкзак и раздал фонари. Кит проверил свой. 
— Готовы? — спросил он, когда Мина и брат Лазарус снова надели рюкзаки. — Идите за мной.
Войдя в пещеру, он включил фонарь. Воздух внутри был тих и прохладен, пахло плесенью и грибами. Возле входа Кит нашел свою меховую рубашку там, где он оставил ее несколько дней назад.
— Ты это носил? — усмехнулась Вильгельмина.
— Это последний писк моды, — гордо ответил Кит. — Я сам ее сшил.
— Да уж. Повезло, что охотники тебя не застрелили, когда увидели, — сказала она.
Кит свернул рубашку и засунул в рюкзак. 
— Сюда, — он повел их во тьму. Они прошли по штреку вглубь горы, отсветы фонарей метались по шершавым стенам. Брат Лазарь с живым интересом осматривал горные породы, иногда останавливаясь, чтобы изучить ту или иную особенность.
Они дошли до того места, где извилистый проход становился прямым, как стрела. Здесь Кит остановился и посветил фонарем вдоль прохода, который он считал лей-линией. Раньше он не видел его при свете, теперь все выглядело иначе, чем он помнил. Воображение рисовало ему пещеру как сочетание прямых линий и углов. Оказалось, что пол туннеля достаточно ровный, хотя из стен торчали камни. Конец туннеля терялся во тьме где-то впереди.
— Это то самое место? — спросила Мина. Свет ее фонаря добавился к фонарю Кита.
— Думаю, да, — ответил Кит. Он достал свою лей-лампу. Устройство не испускало ни малейшего проблеска света. — Твоя тоже молчит? 
Вильгельмина взглянула на свой прибор. 
— Ничего, — сказала она. — Что ты собираешься делать? 
— Подожди, дай подумать, — отозвался Кит.
Подошел монах и с интересом принялся изучать большую кристаллическую жилу на стене. 
— Надо подождать, — сказала Мина по-немецки. — Лей-линия пока не активна.
— Разве? — спросил монах, глядя на прибор у нее в руке.
Мина тоже взглянула вниз. Крошечные отверстия едва заметно светились синим. Она хотела сказать об этом Киту, но слабый свет в приборе потускнел и померк. Она уставилась на лей-лампу, страстно желая, чтобы она ожила. 
— Ну, давай, — поторопила она. — Светись!
— Что ты там делаешь? — обеспокоился Кит.
— Тихо! Смотри! 
Ряд огоньков ожил. Кит достал свою лампу. Его устройство оставалось темным.
— Определенно что-то есть, — пробормотала Мина. 
Индиговый блеск стал глубже, и он усиливался с каждой секундой. Лей-лампа Кита осталась темной. Просто холодный кусок металла. Лей-лампа Мины засветилась ярче.
— Как ты это делаешь? — спросил Кит.
— Ничего я не делаю! — огрызнулась она. — Просто моя лампа мощнее твоей. Апгрейд, дорогой мой.
Монах передвинул руку Кита поближе к Мине, так, чтобы оба устройства оказались рядом. Постепенно лей-лампа Кита тоже начала светиться — колеблющийся свет усиливался, пока не сравнялся с яркостью прибора Мины.
— Надо же, как интересно, — проговорил Кит. Он мельком взглянул на лицо Мины, освещенное холодным голубым сиянием.
Брат Лазарь потер лоб указательным пальцем. 
— Sehr interessant.
— Он говорит, что да, очень интересно, — автоматически перевела Мина.
— Да, да, я понял, — сказал Кит. — Тогда прыгаем? — Он посветил вперед. 
— Подожди, давай попробуем на этот раз остаться вместе, — Вильгельмина протянула ему руку. 
— Хорошая идея. — Кит взял ее за руку, а брат Лазарь положил руку на рюкзак Мины и кивнул Киту.
— О’кей, — сказал Кит. — Тогда вперед! 
Он пошел вперед медленным шагом, потом, когда уверился, что другие идут в ногу, немного ускорился. Уже через несколько метров он ощутил трепет в воздухе, легкое дуновение ветерка побежало по коже, словно подуло из невидимого вентиляционного отверстия. Лей-лампа в руке нагрелась, и огоньки ярко сияли. Он сунул прибор в карман и приготовился к прыжку.