Измена (СИ)

— Андрей выметайся, — не выношу женские заебы, но с Диной это какие то особенные ситуации.
— Всю кровь мою выпила «динамо»
— Никогда такого не было, — не отвожу взгляда
— Да это постоянно происходит! — всматриваюсь в ее лицо, нервничает, я это вижу, сделать ничего не могу, но вижу же у нее на лице все написано, что мне придется перевоспитывать весь этот недрессированный табун
— Список пришли мне, — поворачиваюсь чтобы выйти
— Какой список?
— Про который вчера говорила, обозначая условия, я жду, — последнее из того, что я помню это то как она напрягала мозг вспоминая про список.
Мне вообще кроме нее никто не нужен.
Вызываю лифт, настроение дерьмо. Неужели вот так уйду и она не выйдет на лестничную площадку, и просто скажет, что все это хуйня и мы забьем на работу.
Нет, у этой ебанутой бабы точно не все дома. Не помню сколько у меня было женщин, но ни с одной мне не хотелось тупо проснуться утром, я уже и не вспомню сотни чужих губ, которые не приносили желаемого наслаждения, вообще ни одну.
Я понял что с Диной мне миллиметр за миллиметром нужно будет идти, сдвигая все ее ебучие принципы, убирая слой за слоем. Тогда я и узнаю ее настоящую, которая не боится верить людям, но которая совершенно точно нуждается в том, чтобы ее любили. По-настоящему. Навсегда.
А поскольку мой жизненный опыт подсказывает мне, что даже через столько лет я не смог выкинуть эту бабу с тараканьим цирком из своей головы, то что-то мне подсказывает что способ избавления имеется кардинальный — только вместе с черепной коробкой, блядь!
Сажусь в машину, хлопаю дверью так, что совершенно точно уверен, что слышал весь микрорайон, а не конкретные жители подъезда, из которого я только что вышел. Ехать не могу, «динамо» вывела меня окончательно, стучу пальцами по рулю. Первое желание просто вернуться, взять ее за плечи и трясти пока все тараканы из нее не вываляться
Что блядь не так?!
Трахаться она не хочет? Пусть не смешит меня, я знаю, что хочет! Это просто злит. Получил по роже как дебил думал поцелуй решит отстраненность, нихуя, выгнала
Тщеславием не страдаю, но сомневаюсь, что ей не понравилось в Питере, я же помню, как ахуенно она кончала, что блядь случилось когда я прошу ее повторить то что уже было?!
Что она там говорила ей надо? — начинаю искать сигареты в бардачке, нахожу, пачку, прикуриваю, вдыхая морозный воздух, как гребаный наркоман, чуть приоткрываю окно, впуская в салон немного зимнего утра.
Как же бесит!
Делаю первую затяжку, выпуская струйку дыма в окно, расслабляет. Нервы как струны.
Ведь у меня немереное количество женщин было. Взять ту же Громову. Она эффектная, красивая, по внешним показателям имеет явное преимущество по сравнению с Диной. И мозг не ебала, так как это делает Дина. Мысленно даю Дине определение «мозгоебка».
А ведь у меня были и феминистки, и бизнес-леди, содержанки, и все блядь прогибались когда дело доходило до секса.
А Дина, что с этой бабой не так?!
Динааа. — произношу ее имя, смакуя буквы ее имени, делаю очередную затяжку.
Она вообще другая: справедливая, мудрая, верная. Делает то что считает нужным, даже когда знает что мне это не нравится отстаивает свою позицию. И второй такой я не знаю.
А может второй такой нет, чувак? — мне кажется или мой внутренний голос говорит голосом Карлсона?
Пиздец допился!
Докуриваю, выкидывая в окно окурок, откидывая голову, упираясь в подголовник, усмехаюсь.
Дина же моя женщина.
Что она там говорила ей надо? Ебучий список. По любви, чтоб семья дом уют. Получется только соплежуй достойный кандидат был, а не подхожу?! Ахуенно!
Тогда зачем она изменила ему в гостинце, не просто же так? Я не заставлял ее, все было по обоюдному желанию тогда в гостинице.
Начинает идти мелкий снег, я включаю дворники, уезжать не хочу. У меня хуева туча дел а я сижу как мудак и пытаюсь понять где моя ошибка?
Уходя видел, что она была бледная, скорее всего последствия алкоголя, волосы убраны в краб. И опять меня скручивает от того что я хочу обнять ее, прижать к себе.
 
А потом смотрю в окно идет женщина с маленькой девочкой, малышка вытащив язык, ловит снежинки пока никто не видит. Я отворачиваюсь смотря на работающие дворники. Какое — то спокойствие что ли пришло неожиданно. Я понял как надо. Понял в чем моя ошибка. Эта дурочка думает что я хочу попользоваться ею. Ну конечно, блядь! Что она там говорила. Семья, дом, уют. Мудак, блядь. У нас будет семья, будет дочка, сопляк бы только меня дедом не сделал раньше времени.
Достаю телефон пишу:
«Выходи за меня замуж «динамо»». Стираю. Это я ей лично скажу. Снова пишу: «Думай, что хочешь я люблю тебя дуру и никому не отдам»
Заберу ее себе, она моя. Никаких соплежуев! Мне почти сорокет. Что меня останавливает от того, чтобы дать ей то что она ждет?! Со временем захочется разнообразия и она мне надоест? Что не сможет привыкнуть к моему ритму жизни? Если бы так башка не раскалывалась от похмелья я бы поржал над своими мыслями. Никто мне не нужен. Куда она денется? Подстроиться! Я даже не могу прелставить на минуту что она к соплежую вернется, через мой труп блядь. Не родился тот мужик кто ее у меня забрать сможет!
Хочу ее в свою квартиру, хочу, чтобы на выходные она ездила со мной к родителям на дачу, хочу каждое утро просыпаться с ней.
Конечно я могу без нее, и бабу найти себе тоже могу. Только не хочу.
Да у меня отвратительный характер, я мудак, псих, но пусть привыкает!
Я наконец-то нащупал верное направление. Когда видишь цель, то на пол пути точно не остановлюсь
Переключаю рычаг в положение D и выезжаю с заснеженной парковки. Как же меня злит, что я не могу касаться своей женщины! Целая вечность прошла, у меня такого воздержания не случалось даже в пубертатный период!
Не любит, говорит? Полюбит, блядь.
Звоню и заказываю цветы, сразу два букета: один вечером домой, второй в офис. Хули я понял что мне нужно делать чтобы Дина была моей. Секс, сто процентов получу после свадьбы!
Похуй! Не отдам ее никому. У нас такая же девчонка будет которая шла и снег ловила языком пока мамка не видела.
Какая-то долбанутая часть меня все равно довольна.
Дина. Моя. Женщина.
  
Эпилог
 
Андрей младший
Мне шестнадцать.
Я рад, что мой день рождения празднуется вместе с дедом, бабушкой, папой и, конечно, мамой. Она задерживается, но у нее есть машина, она получила права, приедет обязательно, сказала, что позже. Отец весь «на иголках».
Я пригласил только Маху, маму. Зато дед пригласил половину улицы садового товарищества. Бабушка позвала подруг из города.
Отец уже с утра недовольный, сказал, что, как всегда, собрали «свадьбу», а он хотел посидеть в узком кругу.
— Ты «побузи» мне, ни одного праздника тут не был, чтоб выводы делать, — дед отцу любит выговор делать
— Никогда тут не было меньше народу, всегда толпу наблюдаю, — отец с дедом не соглашается
— А ну «цыц», кто тут отец?! — бабушка вмешивается, чтобы унять споры
— Ты не поверишь, но вы оба, — дед с бабушкой не спорит, отец достает телефон и начинает игнорировать собеседника
А когда дед уходит вместе с бабушкой помогать на кухню, мы с отцом вдвоем остаемся.
Народу много. Маха со своим папой еще не приехала.
Отец спрашивает:
— Мать выехала? — я уже звонил ей, поэтому знаю, что едет, отвечаю
— Угу
— Позвони, где она? — я уже пять раз по его просьбе звонил, потому предлагаю:
 
— Пап, уже едет, сам позвони, — я знаю, что, когда так скажу, он отстанет, они с мамой общаются по телефону, и мне кажется, что в последнее время лучше понимают друг друга.
Мама согласилась приехать и познакомится с бабушкой и дедушкой. Ее и раньше звали, но, наверное, ей неловко было.