Попаданка в мир мужчин. Легенда о Единой (СИ)

— Вижу по пылающим щекам, что ты уже сам понял, что это значит, — немного лукаво ответил старик.
— Магистр, а что было бы, если бы Единая встретила не всех Истинных или не смогла родить наследника? — я задумалась о том, что драконов нет, и если я эта самая Единая, то рисунок на спине будет неполным.
— Не знаю, это же легенда, — магистр тяжело поднялся со стула. — На сегодня занятия окончены, что-то я неважно себя чувствую. Продолжим завтра.
— Конечно, магистр, поправляйтесь, — я захватила книгу и, попрощавшись, вышла.
Тихо брела по коридорам, обдумывая все, что сказал мне учитель. Я Единая? Да ну, бред какой-то. Такого просто в принципе не может быть, я не могу ею быть, хотя бы потому, что я попала сюда каким-то странным непонятным образом. Кстати, так и не попросила у магистра ни разу никакой литературы о подобных перемещениях. Завтра обязательно надо попробовать разведать у него, были ли такие случаи, и слышал ли он о них. Он старый, наверное. Не один год живет и многое повидал.
Так задумавшись, я и дошла до своей комнаты. Уже стоя перед дверью, я вспомнила, что снова пропустила обед и голодна как волк. Решила зайти, оставить книгу и сходить в хозяйственное крыло, попросить что-нибудь перекусить.
Как только я зашла в комнату, то сразу же заметила короля. Даже не удивлена его присутствием у меня в комнате. Впрочем, когда я уходила, он тоже был здесь.
— Здравствуйте, Ваше Величество, — я прохожу в комнату и замираю перед королем.
— Ты быстро, магистру нездоровится? — король проницательно смотрит на меня.
— Да, магистр Тэри раньше закончил занятия, сославшись на плохое самочувствие, — подтвердил я догадку Эдуарда.
— Я ждал тебя, нам нужно поговорить, —  король встал и взял за руку, подвел к креслу, усадил. Мне показалось, что он обнюхал меня, и ему не понравилось то, что он учуял. Такое недовольное лицо было у мужчины.
— Слушаю вас, — я напряженно ждала продолжения разговора, спиной чувствуя стоящего позади меня мужчину.
— Завтра будет суд над Сэмом. Морг требует, чтобы ты выступал на стороне обвинения. Если ты не будешь свидетельствовать против него, то тебя самого отдадут под суд, признав виновным в навете и лжесвидетельстве, — король опустил руку мне на плечо.
— Но я же изначально не хотел никакого наказания для Сэма, это же вы велели, — я заглядываю в глаза короля, а он отводит взгляд. — Вы же знаете, я не хочу свидетельствовать против Сэма. Вы же знаете, что получилось недоразумение, —  голос срывается, и я замолкаю.
— Наказание за навет и лжесвидетельство королю - смертная казнь, — слова Эдуарда звучат как приговор, и у меня опускаются плечи. -  Суд завтра в четыре часа по полудню, к этому времени ты должен прибыть в зал судебных заседаний и разбирательств.
Я не смогла выдавить из себя и слова, лишь кивнула, низко опустив голову и спрятав лицо. Я не могла смотреть на короля, я не хотела его видеть. Смежная дверь хлопнула, и раздался звук проворачивающегося ключа, а я подняла голову. Я в комнате одна, как и в этом странном жестоком мире. Я бросилась на кровать и разревелась. Я в этом мире плачу больше, чем за всю свою жизнь в моем мире. «Сегодня какой-то день слез», — мелькнуло в голове. Я стянула с пальца кольцо. Так и уснула, не раздеваясь.
Глава 12 
Проснулась уставшая, будто и не спала, и с каким-то тревожным чувством, будто забыла что-то сделать вчера. Села, осмотрелась по сторонам.
Дверь, черт возьми, я забыла запереть дверь! Вскакиваю и мечусь по комнате в панике. Проверяю двери: в смежную заперта, а вот в коридор открыта. Но если я до сих пор здесь и под дверью не стоят стражники, готовые проводить меня в их местный публичный дом, то, значит, все хорошо, и моя оплошность осталась незамеченной?
Спокойно выдыхаю и сажусь за стол. Смотрю на книгу, она лежит посередине стола, открыта на  легенде о Единой. Странно, я же вчера не открывала книгу, просто положила ее на стол и не трогала больше, а потом легла спать. Может, это король ее открыл, а я не увидела? Наверное, так и было, а у меня уже паранойя.
  
Запираю все двери и бегу в ванну, захватив с собой комплект одежды. Странно, но обо мне заботится Берн. Он пополняет мой шкаф новыми нарядами и приносит чистые вещи из прачечной. И когда он все успевает? Чудо, а не секретарь.
Живот поет рулады, я ж пропустила ужин. Я здесь питаюсь так нерегулярно, что лишний весь вряд ли получится нагулять, а я еще переживала, что кушаю впрок.
В ванной комнате снова осматриваю свою спину, ничего не поменялось. С одетым кольцом рисунков нет, без кольца спина как у якудзы. М-да, подкинула жизнь задачку.
А сегодня еще суд над Сэмом, что же там будет? Мне самой под суд, ох, как не хочется. Как ни крути, но своя рубашка ближе к телу. Угрызения совести мучают и, наверное, все внутренности мне выгрызли, но не в моих силах что-то изменить. Пытаюсь договориться со своей совестью, и самое большое, что удается, это просто ее голос немного приглушить. Смотрю на себя в зеркало: моль белая, такая бледная и испуганная. Переодеваюсь, с опаской выглядываю из комнаты, но на удивление меня в комнате никто не ждет. Спокойно выхожу и направляюсь  к змею.
Около его покоев, как обычно, два стражника из личной охраны, которые беспрепятственно пропускают меня в покои. Змей дарит мне самую свою обворожительную улыбку. Я лишь закатываю глаза, но стараюсь сделать это незаметно, не хочу нарываться. Только с этой стороны мне неприятностей еще не хватало.
— Завтрак?? — тол, как обычно, ломится от всего.
Я с сомнением смотрю на угощение. Надо поесть, но боюсь, что на суде мне просто может стать плохо. Сейчас-то на голодный желудок мутит, а во время слушанья и подавно.
— Тебе надо поесть, — Шаарша настаивает и, встав, подходит ко мне, подталкивает к столу, усаживая за него. Снова наполняет мне тарелку и ставит передо мной. Снова мы едим в полном молчании, мужчина галантно подливает мне сок в стакан и не смотрит на меня во время еды, чтобы не смущать.
А почему я так плохо относилась к королю змеев? Нормальный же вроде мужик, даже может быть воспитанным, когда ему это выгодно. А-а-а, они же хитрые и расчетливые, потому я и отношусь к ним с опаской, а еще я боюсь змей. Вот же змей-обольститель; обольстил, что я забыла, почему у меня была к нему антипатия.
— А у вас есть в королевстве «Дома нежности»?? — давно хотела это спросить, но как-то разговор не заходил.
— К-х-м, у нас это немного иначе называется, — мужчина замялся, но решившись на что-то, продолжил. — У нас немного иначе устроено отношение к женщине, но определенные обязательства она все-таки имеет. Девушки не обязаны, как здесь, отбывать повинность, рожать детей, но должны выбрать нескольких мужей и удовлетворять их потребности. Дома нежности у нас называют «Дом любви», в нем живут и работают девушки, женщины, которые посвятили свою жизнь сексу. Их никто не заставляет там быть. Они вольны уйти, когда встретят кого-то, или по иным причинам. В этих домах у нас есть также и юноши, которые выбрали для себя этот путь. В связи с тем, что женщина не обязана рожать, как это заведено в королевстве оборотней, то у нас с женским полом дела обстоят значительно хуже, чем в этом королевстве. Почему ты задаешь эти вопросы, Стас?
— Сегодня суд над бывшим слугой короля, —  я тяжело вздохнула и запнулась. — Я просила короля Эдуарда отпустить меня со службы, так как мне не нравятся устои этого королевства. Но он сказал, что сможет это сделать только после суда и приведение в исполнение приговора, так как я должен присутствовать, — Шаарша не дает мне договорить. У него радостно загораются глаза, и он буквально подлетев ко мне, хватает меня в охапку и прижимает к себе.
— Ты хочешь уехать со мной? — он прижимает меня к себе и утыкается носом в шею, шумно дышит, и я замечаю, как его глаза становятся то змеиными, то человеческими. — Я с радостью увезу тебя, но до Большого бала не могу покинуть замок, так как это будет слишком подозрительно, ты потерпишь? — мужчина так крепко прижимает к себе, что я чувствую его возбуждение и мне, мягко говоря, становится страшно, как бы он меня не изнасиловал на радостях.