Попаданка в мир мужчин. Легенда о Единой (СИ)

— Казнят? — у меня перед глазами сразу нарисовалась картинка из учебника истории, где довольно красочно описывали казнь в средневековье, ещё и иллюстрацию в виде фрески прикрепили. Я тогда в школе с ужасом смотрела на это изображение. До сих пор помню: толпа ликует и беснуется, кто-то с жадностью ловит каждое движение палача, кто-то уплетает принесённые с собой на городскую площадь угощения, кто-то просто кричит и улюлюкает, а на деревянном помосте обезглавленное тело на колоде. Над телом возвышается фигура палача в красной остроконечной шапке, которая прикрывает ему лицо. Он держит окровавленный топор, а голова преступника вот-вот готова свалиться в ликующую толпу. Я так сильно визуализировала изображение, что начало тошнить, и я пропустила, что ответил Шаарша.
— Что вы сказали?? — во все глаза смотрела на змея.
— Я говорю, что не казнят, но лучше бы казнили, — повторил свой ответ мужчина.
— А что ему сделают? — я немного выдохнула и попыталась отогнать от себя красочное изображение, которое навязчиво караулило меня на периферии сознания.
— Отрубят причинное место и готов, — у меня перед глазами все поплыло, так как услужливая память подкинула мне всю ту же картинку, только теперь в толпу падала не голова казненного, а другой его орган. — Эй, ты! Что такой впечатлительный? Ты разве не знал?
— Нет, не знал, — сказать, что я плохо себя почувствовала - это ничего не сказать.
— Прости, не хотел тебя расстраивать, — Шаарша изобразил на лице раскаяние. — Ты весь побледнел; может, воды? — заботился обо мне король.
— Нет, все нормально, — я сглотнула подступивший комок. — А можно как-то его помиловать? Ходатайствовать там или что-то сделать? — я с надеждой  посмотрела на короля.
— Можно, если кто-то из венценосных особ помилует приговоренного, но ты же понимаешь, что Эдуард не сделает этого, — Шаарша многозначительно посмотрел на меня.
— Еще раз вам повторяю, между нами с королем ничего нет, — видимо, запальчивость моего ответа не убедили змея в этом, а скорее, заставили поверить в обратное.
— Если тебе неприятен этот разговор, давай не будем продолжать, лучше расскажи мне о себе, — Шаарша хотел перевести беседу на нейтральную тему. В этот момент я услышала, как над садом раздался звон колокола, и удивленно посмотрела на короля.
— Что это?? — амо собой вырвалось.
— Обеденный колокол, — король снова каким-то удивленно недоверчивым взглядом окинул мою фигуру.
— Тогда мне пора, — я вскочила, но не решалась уйти без разрешения короля.
— Хорошо, тогда завтра я жду тебя у себя в покоях, только приходи пораньше, а то мы слишком мало времени провели вместе, — как-то уж очень интимно и нежно это прозвучало.
— Слушаюсь, Ваше Величество, — я рванула по направлению ко входу в замок и не заметила силуэт, скрывавшийся в тени деревьев. А может, он и не скрывался, а просто прогуливался и так удачно стал свидетелем разговора между Стасом и королем.
На всех парусах влетаю в учебный класс. Магистр Тэри скептически приподнял бровь, но ничего не сказал. Уселась за стол и затихла. Магистр начал рассказывать основы этикета. На это должен был быть упор в моем, так сказать, образовании.
— Магистр, а можно мне какой-то свод законов изучить? И может, у вас есть медицинские справочники? — я вынырнула из своих мыслей и нагло, бесцеремонно перебила учителя.
— А этикет ты уже освоил? — старик смотрел, не мигая, а я закивала. – Ну раз освоил, давай проверим, — и магистр разложил передо мной опросник. Интересно, откуда он узнал, или я настолько предсказуемая? Я взяла лист бумаги и перо. Вот с пишущими принадлежностями у меня была большая проблема, нормально писать этим «чудоюдом» не получалось.
— Может, я устно отвечу? — магистр отрицательно показал головой, и я обреченно вздохнула. Делать нечего, высунув кончик языка, я потихонечку начала свой импровизированный экзамен. Слава Богу, что утром я немного больше успела изучить, чем задал магистр, поэтому знала ответы на вопросы. Но эти ответы нужно было ещё записать. Отвечала кратко, емко и по существу, но, несмотря на это, все же провозилась до вечера. Отдаю свою писанину магистру, а он скривился так, будто лимон съел, всем своим видом показывая своё отношение к моему почерку.
  
— Завтра будешь тренировать руку, это никуда не годится, — старик протянул мне две довольно объемных книги. — Расскажешь мне завтра, что же ты почерпнул из этих книг.
Попрощалась и метнулась на выход. Уже спустя минут десять была около своей комнаты. За всей этой суетой я совершенно забыла об обеде и ужине. Но в хозяйственное крыло не пошла, потому что побоялась пересечься со змеем. Вероятность была минимальная, но рисковать не решилась. Как только вошла в комнату, тут же натолкнулась на тяжелый взгляд короля.
— Долго ты, — король пристально смотрел на меня.
— Я был на занятиях у магистра Тэри, — чувствую себя жутко неловко под таким тяжелым взглядом.
— Ох, я совсем забыл про них. Думал, что ты прислуживаешь королю змеев, — Эдуард голосом выделил слово «прислуживаешь», оно явно было произнесено с двойным смыслом.
— Я ушёл от него, когда зазвонил обеденный колокол, — в голове всплыл разговор со змеем, и все, о чем он мне поведал.
— Вы гуляли в парке? — король всполошился, будто мы совершили что-то запретное.
— Немного посидели в беседке, — интересно, он будет ежедневно меня инспектировать о том, что я делаю с Шааршой?
— Просто посидели? — король встаёт и приближается ко мне. Медленно обходит меня, будто крадётся и принюхивается. Ну точно хищник.
— Разговаривали, — я напряжена до предела. На затылке чувствую, как шевелятся волосы.
— О чем же вы разговаривали? — ощущаю спиной жар, исходящий от тела короля. Он застыл в паре сантиметров от меня, склонил голову к моей шее и с шумом вдохнул воздух около моего уха.
— О том, что я живу в покоях фаворитки, а не как вы мне сказали, в комнате камердинера. О том, что суд над вашим слугой Сэмом это формальность. Все и так знают, что ему грозит, — я стараюсь держать себя в руках, хотя хочу сделать шаг, увеличить расстояние, а может, наоборот, приникнуть  к крепкой груди мужчины. Я не знаю, что именно хочу, но уж точно не стоять статуей.
— Так и знал, что этот ползучий наговорит гадостей обо мне, — я резко повернулась и отпрянула от короля, он был так пугающе близко.
— А это все неправда? — я вся напряглась, ожидая ответа. Ну же, Эдуард, скажи, что змей все придумал, и Сэма помилуют, а я просто живу в ближайших пустых покоях.
— Нет, он сказал все верно. Вот только у моих действий другие мотивы, а не те, что имеет в виду Шаарша, — король снова садится в кресло, но теперь уже в другое и указывает мне на то, из которого он только что встал.
— Какие? — я опустилась в нагретое оборотнем кресло, стало так уютно. Опускаю книги на колени и смотрю на свои сцепленные пальцы.
— Покои я тебе эти выделил потому, что с твоими внешностью и доверчивостью не мог тебя поселить в крыле для слуг. Да, я боялся, что тебя обидят, не все случаи домогательств рассматривает суд. Не все жертвы таких домогательств заявляют о насилии, которое учиняют над ними. Именно поэтому Сэма будут судить, и все знают, какое наказание его ждет. Он понимал, что ему грозит, но нарушил закон, теперь должен отвечать, — я не смотрю на короля, но чувствую его жаркий взгляд на себе.
— Но ведь он заблуждался, он не собирался насиловать, на постоялом дворе вышло недоразумение, — чувствую ком в горле и прилагаю все усилия, чтобы не разреветься.
— Он нарушил закон, поэтому должен понести наказание. Это слово короля, — голос Эдуарда сух и зол.
— Умоляю вас, Ваше Величество, ходатайствуйте о помиловании, — слезы предательски потекли из глаз. Я не знала о том, как надо просить короля о милости. Отложив книги в сторону, опускаюсь перед королем на колени, склонив голову. Вижу, что мужчина встал и замер. Тишина тяготит, но я не решаюсь поднять голову и посмотреть на короля.