Женская логика

– И снова ты ошибаешься, – негромко перебил ее Джефф, – ожерелье смотрелось на Элизабет великолепно.
– Но ведь она надела фальшивые рубины?
– Они достаточно искусно сделаны, чтобы сойти за настоящие.
– Значит, никто не знает…
– Я пока не сообщил в полицию о пропаже, если ты это имеешь в виду.
При упоминании о полиции у Бренды заметно поубавилось уверенности.
– Надеюсь, в этом не будет необходимости? – осторожно спросила она.
  
– Это зависит от разных обстоятельств.
– От каких, например?
– Прежде всего от того, как быстро я получу обратно свои рубины.
– Ты хочешь вернуть только рубины? – Тон вопроса не оставлял сомнений в том, что Бренда имеет в виду.
Снова повисла пауза, куда более многозначительная, чем предыдущая. Трое из четверых сидящих за столом затаили дыхание в ожидании ответа Джеффа.
– Нет, не только.
Кевин побледнел как полотно, Лиз показалось, что ее сердце стиснул гигантский кулак. Она молча уставилась на тарелку с нетронутой едой. Бренда вздохнула с явным облегчением и игриво поинтересовалась:
– Так ты не отменил свадьбу?
– Нет, не отменил.
– Значит, если ты получишь обратно рубины, все пойдет так, как и было намечено?
– Могло бы, – уклончиво согласился Джефф. – Но ввиду всего случившегося я не…
– Я понимаю твои чувства, – поспешно перебила его Бренда. – Честное слово, если ты на меня рассердишься, я не обижусь.
– Как мило с твоей стороны.
В голосе Джеффа слышался убийственный сарказм, но Бренда, по-видимому, от радости стала менее внимательной и затараторила:
– Но, как я уже говорила, все это придумал Кевин…
Кевин только махнул рукой. Он выглядел таким несчастным, что Лиз даже стало немного жаль его.
– Если бы у меня была хоть капля здравого смысла, я бы никогда на это не пошла! Но все произошло так внезапно, между нами вдруг возникло сильное взаимное притяжение, и я потеряла голову. Теперь я сожалею, что повела себя так глупо.
– Еще бы, – вставил Джефф.
Не обратив внимания на его реплику, Бренда с непоколебимой уверенностью красивой женщины в себе и в своей власти продолжала:
– Но еще не поздно. Ведь никакого реального ущерба не нанесено, правда? Поэтому если ты хочешь продолжать, как будто ничего не случилось…
Кевин все-таки не выдержал и вмешался.
– Минуточку. – На его лице появилось какое-то неприятное выражение, портившее красивые черты. – Прежде чем вы решите принять ее обратно в качестве невесты, хочу вас кое о чем предупредить. Спросите ее…
Спокойствие Бренды как ветром сдуло. Она яростно набросилась на сообщника:
– Ты бы лучше помолчал!
– Бренда, не возвращайся к нему… – Кевин вдруг сменил тон на умоляющий. – Ты ведь говорила, что любишь меня. Мы так хорошо подходим друг другу, гораздо лучше, чем вы с ним. – Он сжал ее руку. – Все, что я делал, я делал ради нас с тобой…
Бренда вырвала свою руку из ладони Кевина.
– Ты просто сумасшедший, если вообразил, что я останусь с тобой, когда тебе грозит не только банкротство, но и тюрьма!
– Ах, вот как? Тюрьма? Если я попаду за решетку, то не один, можешь мне поверить.
– Вместо того чтобы выслушивать эти угрозы, – вмешался в перепалку Джефф, – я бы предпочел узнать, о чем мне стоит спросить Бренду.
– Спросите, что она думает о детях.
Взгляд прищуренных серых глаз остановился на красивом лице Бренды.
– Ну?
– Конечно, дорогой, я собиралась подарить тебе детей. Ты же знаешь, это оговаривается в нашем брачном контракте…
– Она лжет! – грубо перебил Кевин. Потом, повернувшись к Лиз, с каким-то даже отчаянием взмолился: – Скажи хоть ты ему! Ты была с нами, когда она призналась, что не намерена заводить детей.
Джефф тоже повернулся к Лиз. Она молча замотала головой, не желая участвовать в выяснении отношений между Джеффом и Брендой. Ей было так плохо, что она даже под страхом смерти не смогла бы произнести ни слова. В эту минуту ей больше всего на свете хотелось оказаться за тысячу миль отсюда. Если Джефф после всего, что случилось, готов принять Бренду обратно, значит, он очень сильно ее любит.
Бренда, решив обернуть ее молчание в свою пользу, проворковала:
– Видишь, дорогой, Кевин просто ревнует и пытается меня оклеветать… А теперь, если ты согласен забыть эти ужасные последние несколько дней, я согласна стать твоей женой.
Ответная улыбка Джеффа смахивала на оскал.
– Как благородно с твоей стороны! Только я уже нашел себе другую невесту.
Красота Бренды разом поблекла.
– Как другую невесту?
– Я собираюсь жениться на Элизабет.
Трудно сказать, кто из двух женщин удивился больше.
– И я даже остаюсь в выигрыше, потому что в конце концов мне достается самое лучшее.
– Я тебе не верю, ты меня разыгрываешь!
Однако, повнимательнее вглядевшись в лицо Джеффа, Бренда растерялась.
– Но вы знакомы всего несколько дней… И она совсем не твоего типа!
– Боюсь, ты ошибаешься сразу по двум пунктам. Мы с Элизабет знакомы больше трех лет, и она – как раз мой тип женщины.
– Но ты говорил, рубины не единственное, что ты хочешь вернуть… – Бренда была близка к панике.
– Да, я хочу получить обратно кольцо, которое подарил тебе по случаю помолвки. – Джефф протянул руку.
После секундного колебания Бренда с видимой неохотой сняла кольцо и бросила его в подставленную ладонь.
– Ты хочешь получить его назад, чтобы подарить этой… – с уже нескрываемой злобой прошипела она.
Джеффа ее злость, казалось, нисколько не тронула. Он спокойно ответил:
– Нет, это кольцо – тоже часть наследия Колдуэллов. А у Элизабет уже есть кольцо.
Он взял руку Лиз и показал перстень с лунным камнем у нее на пальце. Бренда, боясь даже взглянуть на руку счастливой соперницы, взмолилась:
– Дорогой, прошу тебя, мы должны поговорить наедине. Мне нужно рассказать тебе нечто очень важное…
Джефф равнодушно пожал плечами.
– Может быть, позже я смогу выкроить время.
Он достал из кармана маленькую коробочку и швырнул через стол Кевину. Тот машинально поймал ее.
– Полагаю, ты тоже хочешь получить обратно свой подарок.
Лиз поняла, что в коробочке ее кольцо. За последнее время произошло так много всяких событий, что она совсем забыла о подарке Кевина. Тот уставился на скромный бриллиант. Джефф рассудительно предложил:
– Поскольку ты пока свободен, у тебя есть шанс надеть это кольцо на палец Бренде. Если она захочет. – Его губы сложились в презрительную усмешку. – Хотя, боюсь, оно недостаточно… скажем так, весомо, чтобы она передумала.
Лиз перевела взгляд с лица Кевина, на котором застыло беспомощное выражение, на суровое непреклонное лицо Джеффа. Джефф сказал «пока свободен»… Значит, он все же собирается позвонить в полицию? – Она вдруг поняла, что больше не в силах наблюдать за этой игрой в кошки-мышки, и встала. Джефф сделал то же самое.
– Мне еще нужно уладить кое-какие вопросы, но я попросил таксиста подождать, так что ты можешь ехать в отель. – Он взял палантин, накинул на плечи Лиз и, наклонившись к самому ее уху, тихо – но не настолько тихо, чтобы Бренда не могла расслышать, отметила про себя Лиз, – добавил: – Прими теплую ванну и ложись спать. Тебе нужно выспаться. Я не хочу, чтобы завтра моя молодая жена от усталости не могла наслаждаться первой брачной ночью.
Обнимая Лиз за талию, он повел ее к двери. Бренда и Кевин остались за столом. Лиз молчала, да и что она могла сказать? Столик у входа опустел, пожилая пара, сидевшая за ним раньше, рассматривала в холле туристические буклеты, выставленные в витрине киоска. Оба повернулись и посмотрели на Джеффа, тот молча кивнул и вышел с Лиз на улицу. Он поднял руку, подъехало такси. Джефф приказал водителю отвезти Лиз в отель, расплатился с ним, захлопнул дверцу, и машина тронулась. Лиз даже не успела спросить, какие у Джеффа планы и когда он вернется.
  
На обратном пути она заново проигрывала в уме неприятную сцену в ресторане. Отчаяние и бессильную злобу Кевина… хладнокровную решимость Бренды бросить человека, которого она якобы полюбила, и вернуться к тому, кто вышел победителем… расчетливую жестокость Джеффа… Он имел полное право на гнев, и Лиз его не винила, но ее ужаснули его безжалостность и стремление не давать пощады.