Женская логика

Упоминая о хобби Роберта, Джефф почему-то внимательно следил за лицом Лиз.
– Ах, вот зачем вы попросили меня прихватить лупу! – Он улыбнулся и дружески подмигнул. – Ну что ж, я готов отработать угощение.
– Садитесь. – Джефф указал гостю на кресло и, вместо того чтобы подойти к сейфу, как ожидала Лиз, вынул из кармана бархатный мешочек и передал гостю.
Роберт развязал тесемки и извлек ожерелье.
  
– О, знаменитые рубины Колдуэллов! Помню, я видел их на свадьбе вашего отца. – Он вдруг озадаченно замолчал. – Странно, камни выглядят как-то по-другому.
– Их вставили в новую оправу.
– И, я бы сказал, очень удачно. Новая форма ожерелья представляет камни в более выгодном свете.
– Я тоже так думаю, – согласился Джефф.
– Значит, хотите услышать мое мнение?
Джефф кивнул. Роберт извлек из кармана лупу и принялся внимательно изучать ожерелье. Закончив осмотр, аккуратно сложил ее, спрятал ожерелье в мешочек и вернул его владельцу.
– Ну что ж, могу вас поздравить. Очень тонкая работа. И хотя сами по себе камни не выдержат экспертной оценки, имитация очень искусная. Я лично считаю, что гораздо разумнее, если бы ваша будущая жена носила это ожерелье, а настоящие камни хранились бы в банковском сейфе.
– Благодарю. Примерно это я и ожидал услышать. – Джефф похлопал Роберта по плечу. – А теперь, если не возражаете, мы с Элизабет оставим вас ненадолго. Чувствуйте себя как дома. – Повернувшись к Лиз, застывшей в потрясенном молчании, Джефф потянул ее за руку. – Пойдем, дорогая, пора переодеваться.
Она покорно встала и, двигаясь как сомнамбула, позволила вывести себя из комнаты. В своей личной гостиной Джефф небрежно швырнул мешочек на кофейный столик. Тесемки не были завязаны, и ожерелье выскользнуло наружу. Гроза прошла, тучи рассеялись, в окно заглянуло солнце, и рубины на столе засветились красными огоньками.
– Камни не могут быть поддельными! Это какая-то ошибка! – воскликнула Лиз.
– Верно, ошибка, – мрачно согласился Джефф, – и совершил ее Сандерс. Но сейчас нам некогда обсуждать эту тему, до приезда гостей осталось меньше часа.
– Ты что, собираешься устраивать прием без Бренды?
– Я уже не могу его отменить, слишком поздно.
– Но как ты объяснишь отсутствие Бренды?
– А я и не буду ничего объяснять. Я не собираюсь выставлять себя на посмешище, объясняя, что какой-то прохиндей украл у меня фамильные рубины, а заодно и невесту.
– Н-но… я думала, что прием для того и устраивается, чтобы представить твоим друзьям Бренду.
– Не совсем так. Не Бренду, а мою невесту. Очень удачно, что никто из гостей еще не видел Бренду и даже не знает ее имени. – Он сделал многозначительную паузу. – Так что мне не составит труда представить в качестве невесты другую.
Лиз наконец начала понимать его замысел.
– Так ты хочешь, чтобы я…
– Вот именно. Это единственный выход. Я все решил еще до встречи с Робертом.
– Вот почему ты назвал меня «дорогая»! – ошеломленно прошептала она. – Вот почему вел себя так странно… Ты хотел, чтобы Роберт подумал…
– Умница. Считай, что репетиция прошла удачно. Если уж Роберт при всей его проницательности ничего не заподозрил, то убедить остальных не составит труда.
Лиз запаниковала. Если бы Джефф был ей безразличен, она еще могла бы сыграть роль его невесты, но при нынешнем положении вещей такое притворство ей не по силам. Стоять рядом с ним и выслушивать пожелания счастья, адресованные на самом деле другой женщине… Нет, этого ей не вынести!
– Джефф, я не согласна.
– А тебя никто не спрашивает. Ты увязла по самую макушку.
– Я?! Увязла?! Да я и понятия не имела о том, что происходит между Кевином и Брендой! А если камни действительно фальшивые, клянусь, я об этом ничего не знала!
– Это лишь ничем не подкрепленные слова. Ожерелье доставила ты. Так что, если не хочешь ближайшие лет десять провести в тюрьме, как и твой бывший жених, делай то, что я тебе скажу.
– Нет! – в панике закричала Лиз. – Я не позволю меня шантажировать! Я не совершила ничего противозаконного…
– Даже если предположить, что ты говоришь правду, тебе нелегко будет это доказать.
– Но я действительно говорю правду!
Джефф пожал плечами.
– В данный момент это вряд ли имеет значение. Когда фирма Сандерса закроется, что неизбежно, тебе придется искать другую работу. – Наблюдая за лицом Лиз, он прочел в ее взгляде отчаяние. – Вижу, ты все понимаешь. Грязь – штука прилипчивая. Как только станет известно, что ты была замешана в афере…
– Я сменю работу, однажды я это уже сделала.
– Но во второй раз у тебя не получится – уж я позабочусь.
– В таком случае, я пойду работать официанткой в бар или в магазин помощницей продавца.
– Если ты откажешься сделать то, о чем я прошу, я постараюсь, чтобы тебя не взяли даже дворником в зоопарк.
– Ты не можешь так поступить… – потрясенно прошептала Лиз.
Джефф расхохотался.
– Уверяю тебя, очень даже могу.
– Честно говоря, меня удивляет, что ты готов тратить столько сил, чтобы мне навредить, – с горечью пробормотала она.
– Мой девиз – не своди себя с ума, своди счеты. Никто не может выставить меня на посмешище и остаться безнаказанным.
– Но при чем тут я?
– Может, ты и не помогала спланировать эту махинацию, я даже уверен, что ты этого не делала, но свою роль в деле ты сыграла. Пусть даже по неведению, но ты приехала сюда и тем самым дала Сандерсу время и возможность ускользнуть. Ты передо мной в долгу, Элизабет, и сделаешь то, что мне нужно. Предупреждаю: в твоих интересах сыграть роль как можно убедительнее. Кстати, до приема осталось три четверти часа, так что, полагаю, тебе пора начать готовиться.
Какое высокомерие! Похоже, он не сомневается, что я покорно подчинюсь его желаниям! Ну нет, так легко я не сдамся!
– Мне нечего надеть, – холодно заявила Лиз. – Я привезла с собой только платье для коктейлей.
– Так надень его. Какого оно цвета?
– Черное.
Лиз с мстительным удовольствием вспомнила, что Джефф терпеть не может черный цвет. Как это часто случалось, он прочел ее мысли по глазам.
– Черное тоже сойдет.
– Если ты заметил, – продолжала Лиз безупречно вежливым тоном, – я немного торопилась покинуть Колдуэлл-Холл и сложила вещи не слишком аккуратно. Боюсь, платье помялось.
– Так надень что-нибудь из вещей Бренды. При всех ее недостатках вкус у нее хороший, а размер у вас примерно одинаковый.
– Я не ношу чужие вещи! – надменно отчеканила Лиз.
– Надевай что хочешь, но, если ты не будешь готова через тридцать минут, я приду и сам тебя одену, – прошипел Джефф и, развернувшись, ушел в свою спальню.
Выдержка изменила Лиз, и она бессильно осела на кровать. Если бы Джефф накричал на нее, хлопнул дверью, ей было бы легче. Но его тихий, с трудом сдерживаемый гнев был куда страшнее. И не она одна так считала. В деловом мире Джефф был известен как человек, который всегда держит эмоции под контролем, никогда не повышает голоса, однако его уважали и побаивались не только сотрудники, но и влиятельные бизнесмены.
Сделав над собой усилие, Лиз взяла себя в руки и встала. Можно не сомневаться, что, если она не соберется вовремя, Джефф осуществит свою угрозу. Поэтому она скрепя сердце побрела в спальню Бренды.
Как Лиз и опасалась, черное платье оказалось в ужасном состоянии. Зря, конечно, она побросала вещи в чемодан как попало, да что теперь толку об этом жалеть… Ничего не поделаешь, придется надеть платье Бренды. Она открыла дверцу огромного гардероба и мрачно уставилась на длинный ряд вешалок с вечерними платьями и на шеренгу туфель соответствующих цветов. Все наряды были ярких расцветок – голубые, зеленые, красные, пурпурные… и ни одного черного. Зато было несколько кружевных, почти прозрачных. Правда, непрозрачные наряды скрывали ненамного меньше – большинство вечерних туалетов Бренды были с открытой спиной и с минимальным количеством ткани спереди. Даже под страхом смерти Лиз не согласилась бы надеть ни один из подобных туалетов – она вообще предпочитала одеваться неброско, избегая ярких красок и смелых фасонов, чтобы не привлекать к себе внимания.