По краю огня (СИ)

Бервик прищурился:
— Принца?.. Так то был мальчик?
— Увы. Я велел главному лекарю и его помощникам, включая госпожу де Вей, не распространяться на этот счет — радовать Данзар очередной успешной диверсией ни к чему, а их величествам, полагаю, и без того сейчас непросто.
Граф передернул плечами.
— Согласен, — коротко высказался он. Помолчали. Герцог эль Гроув, как недавно его собеседник, бросил взгляд на дам у дверей и понизил голос:
— На наше счастье, королева осталась жива. Однако учитывая некоторые обстоятельства, полагаю, его величество…
Он сделал короткую паузу и граф вновь понятливо усмехнулся. Само собой, о сердечной тайне правителя Геона, касавшейся его жены, эль Гроув знал не хуже Бервика. Вот только с выводами явно поторопился.
— Его величество, — спокойно проговорил граф, — привязан к супруге, и потеря наследника явилась для него большим ударом, однако не думаю, что критическим. Кроме того, королеве повезло куда больше, чем её фрейлине. Будут и другие дети. Не беспокойтесь, ваша светлость, король возьмет себя в руки — и Данзару от этого выйдет только больнее.
— Хорошо бы, — вздохнул мэтр. И после очередной короткой паузы поднял взгляд на собеседника: — Что первый алхимик? Подвижки есть?
— Есть, но не в нашу пользу. Зараженные вот-вот начнут умирать. И, по словам его светлости, даже противоядие, буде оно найдется, бессильно им помочь.
Лоб герцога прорезала глубокая морщина.
— Клянусь богами, — сквозь зубы выдохнул он, — когда мы доберемся до источника этой заразы, Данзар заплатит за каждую отнятую жизнь сторицей!
Бервик, посерьезнев, кивнул. Как бы прохладно его сиятельство ни относился к верховному магу, в этом вопросе он был с ним полностью солидарен.
Из коридора за бархатной занавесью вновь послышались быстрые шаги. Еще один агент тайной канцелярии, отвесив поклон, вручил эль Гроуву какую-то записку. Герцог развернул ее, прочел и кивком головы отпустил гонца.
— Со спящей ячейкой мы не ошиблись, — сказал он. — Лакей, что нёс из кухни пирожные для королевы, только что найден мертвым.
Граф вскинул быстрый внимательный взгляд на собеседника:
— Сам, ваша светлость, или…
— Сам. Воротник ливреи оказался вспорот, судя по всему, там до поры пряталась пилюля с ядом. Жаль. Теперь он уже ничего не скажет…
Тяжелые складки занавеси опять колыхнулись, и на пороге гостиной возник номер Шестой. Граф выпрямился:
— Литтон?..
— Де Шелоу прибыл, ваше сиятельство, — поклонившись герцогу, доложил буревестник. — Согласно приказу, я передал его на попечение тайной канцелярии.
Верховный маг удовлетворенно прикрыл глаза. А граф, пытливо сощурившись, взглянул в лицо буревестнику:
— Это всё?
— Нет, ваше сиятельство, — тот сунул руку за лацкан и с новым поклоном подал номеру Первому запечатанный свиток. Бервик, оценив смазанный оттиск крыла на красном сургуче, сбил печать. Развернул донесение, прочел и мысленно заскрипел зубами. Данзар не спешил почивать на лаврах… Верховный маг Геона, правильно истолковав на миг застывшее лицо соратника, расправил плечи. «Запад, — промелькнуло в его голове. — Чего и следовало ожидать».
— Полагаю, — спросил он, — вслед за холмами пришел черед переправы?..
— Да, — выдохнул Бервик, одним движением сворачивая донесение и передавая его верховному магу. — Литтон! Возвращайся к резервной точке и жди указаний.
— Так точно, — отозвался буревестник и, щелкнув каблуками, исчез. Одиноко сидящий на пуфе номер Четвертый поднял голову, но взгляд графа скользнул мимо него к затворенным дверям опочивальни.
— Я сообщу его величеству, — сказал Бервик. Данстен эль Гроув, не поднимая головы от донесения, молча кивнул.
Райан Рексфорд, надежно укрывшись в расщелине камней на краю тропы, изучал взглядом раскинувшуюся внизу долину. «Темноты, значит, решили не ждать», — подумал он. Скосил глаза на замершего по левую руку Восьмого, мельком обернулся назад, прислушиваясь, не раздастся ли за спиной тихий шорох шагов, и вернулся к наблюдению. Долина Клевера, затянутая вихрящимися снежными сумерками, ожила еще четверть часа назад. Шатры пока не сворачивали, однако всё к тому шло — лагерь медленно, но верно начал приходить в движение. Зашевелились драконьи стоянки, заскакали вдоль линий пехотных полков вестовые, ожил штабной центр. И объяснение всему этому могло быть только одно. Номер Второй перевел взгляд с ближайшей стоянки штурмовиков на крыши наспех сколоченных продовольственных амбаров — и удовлетворенно прищурился. Правильно сделали, что не стали ждать с моря погоды. За эти несколько дней запасы зерна и мороженой рыбы в хранилищах значительно поуменьшились, а значит, вот-вот дойдет до «сюрприза»… Он холодно улыбнулся. Вторая диверсия в стане врага прошла тихо, незаметно, ровно так, как и планировалась. Штаб не подкачал, рейдеры тоже — а один из пехотных капитанов данзарской армии, завербованный еще два года назад, получил возможность отомстить за сестру. «Иногда семейные трагедии бывают очень кстати», — подумал Райан, щурясь от ветра. И усмехнулся, вспомнив невысокого худого человека в красном мундире, его запавшие глаза и презрительную полуулыбку, больше похожую на собачий оскал. Капитан Ван’Доссет ненавидел магов. Всех, без оглядки на гражданскую принадлежность, и в целом его можно было понять.
 
Их было двое — близнецов-сирот, брата с сестрой из обедневшего дворянского рода; родители их умерли много лет назад, а опекун, принявший их к себе, приходился обоим каким-то троюродным дядей. Дети выросли, и в положенный срок каждый получил своё: юный Ван’Доссет поступил на военную службу, а его сестра вышла замуж. За человека втрое старше себя, которого не любила и за которого идти не хотела — но кто ее спрашивал? Опекун получил щедрые отступные и не без облегчения снял с шеи это ярмо: у него у самого подрастали дочери, и счастье сироты-бесприданницы было для него на последнем месте. Даже несмотря на то, что посватавшийся к девушке вельможа являлся магом, похоронившим к тому времени уже трех жен — как на грех, любителя брачных уз тянуло именно к не обладающим даром, а с последними в Данзаре традиционно не церемонились. Ван’Доссет, которому сестра в преддверии навязанной свадьбы исхитрилась таки отправить весточку, ушел в самоволку, но предотвратить беды не смог. Свадьба состоялась. А еще через неполный год молодая женщина умерла — то ли от родов, то ли от тоски, то ли, как полагал безутешный брат, благодаря тому, что её супруг не слишком утруждал себя ношением амулета. Похоже, эта догадка была отчасти верной: скорбный вдовец, вместо того, чтобы закономерно возмутиться в ответ на прямое обвинение, просто упрятал беспокойного «родственника» в дальний лагерь и замял дело. Он был такой не первый и не последний, так что нашлось, кому его прикрыть. Вскоре он взял себе пятую жену и зажил с ней в свое удовольствие, забыв о предыдущей. А его бывший зять не забыл. Ненависть к человеку, что отнял у него единственное родное существо, переросла в ненависть к его дару — и ко всем тем, кто этим даром владел. Включая правящий дом, что десятилетиями возводил магов на пьедестал, не считаясь с потерями… Разведка Геона в Данзаре своего шанса не упустила: Ван’Доссет был до отвала накормлен обещаниями, благополучно завербован и оставлен ждать своего часа.
Оный час пробил несколько дней назад, в сожженной долине Клевера. Резидент обеспечил номеру Второму и его диверсантам доступ к кормовым ангарам, а королевский алхимический корпус Геона позаботился, чтобы далеко после такой кормежки драконы и лошади не ушли. Четыре полновесных торбы Серой пыли, безвредной для человека, но вызывающей необратимые последствия в организме животного, не пропали даром. «Еще сутки, — подумал Райан. — Максимум — тридцать часов, и начнется падёж. Жаль только, переправу взять смертники всё же успеют». Он философски шевельнул бровью. Что поделать? Лес рубят — щепки летят. И даже вероятный штурм перевала ничто в сравнении с потерей дороги на Хелвинд. Случись войскам Мэйнарда Второго добраться до города в полном составе — и падение Черной долины станет лишь делом времени…