По краю огня (СИ)

— Сколько же их нагнали сюда? — глядя вслед очередному голубому мундиру, задумчиво протянул Энрике. — И откуда? Из центра?
— Вряд ли, — высказался рыжий. — Центральные лагеря давно уж стоят пустые, скорее, восток или юг. А нагнали порядком. Тысячи две, не меньше. И ладно наездники, но драконов-то они куда распихали? Наших ангаров никак не хватит на этакую прорву хвостов!
Энрике пожал плечами.
— Даккарай большой, уж нашли, наверное, где разместить… Новостей не было, Реджи?
Стрэттон молча качнул головой. Как показалось другу — слишком поспешно, но Энрике не стал на него давить. Он давно уже подозревал, что Морковка своей информированностью был обязан не столько природному любопытству и широким связям, сколько причастностью к делу разведки, а раз так, то в теперешних обстоятельствах приказ о неразглашении распространялся и на него. К чему создавать проблемы другу?
Они успели в главный корпус до утреннего отбоя. Нашли своих у тренировочного зала, дождались начала занятия, а по окончании оного, отобедав, внутренней галереей вернулись во вспомогательное крыло, что теперь заменяло кадетам казармы. Три уборные, две общие спальни, мужская и женская, — правда, без окон, располагалось всё это в цокольном этаже, но условия были сносные.
Клифф пристроился возле лампы с какой-то книжкой, Рональд и Реджинальд сели играть в карты, а Энрике растянулся на своей койке, заложив руки за голову. Спать ему пока не хотелось. Он лежал, уставившись в потолок, вполуха прислушивался к голосам однокашников и думал о герцогине эль Тэйтана. В последнее время он постоянно думал о ней — это сердило его и смущало, но успело войти в привычку, от которой было трудно избавиться. Он был влюблен. Как сопливый юнец и впервые в жизни: конечно, ему и раньше случалось увлекаться, но то, что сейчас, — это было совсем другое. Орнелла не шла у него из головы, хоть его режь. Он ревновал ее к де Кайсару — люто и бешено, он ревновал ее к собственному брату, и если первый хотя бы сейчас был здесь, вдали от нее, то второй… Что за насмешка! Орнелла благоволила Санто, и пускай отношения их были скорее приятельские, даже они выводили Энрике из себя. Почему Санто? Ему назло? Или это наказание свыше?.. Энрике, привычно скрипнув зубами, скосил глаза на ушедшего в книгу Вэдсуорта, вспомнил Кэсс и дернул щекой. Может, Кассандра и не была влюблена в Клиффа, но он был ей дорог. А Орнелла ему, Энрике, скорее всего только плюнула бы вслед… Если б он мог надеяться хотя бы на дружбу! Кадет Д’Освальдо перевернулся на бок, прикрыл глаза и скользнул ладонью к плечу, коснувшись пальцами шрама под толстым сукном мундира. Он завидовал Вэдсуорту, но понимал, что одной только дружбы ему самому будет мало. «Может, и к лучшему, что всё так сложилось, — подумал он. — Дерево надо рубить по себе».
В два часа пополудни прозвучал приказ дежурного офицера погасить лампы, и кадеты разошлись по койкам. Спальня погрузилась в темноту. Энрике всегда засыпал мгновенно, стоило голове коснуться подушки, но нынче он еще целый час ворочался в постели, гоня прочь горькие мысли. Он был влюблен и несчастен. Однако усталость в конечном итоге взяла свое — тело расслабилось, веки отяжелели, и кадет Д’Освальдо следом за остальными провалился в сон…
А в начале седьмого вечера, когда до горна оставалось еще три часа, третьекурсников Даккарая подняли по тревоге к общему сбору. Данзарские войска, подошедшие к перевалам Черной долины еще на рассвете, бросили своих драконов на штурм.
Время пришло.
  
Глава 32
 
Перевалы пылали, и горы вокруг, окрашенные последними всполохами закатного солнца, казалось, слились с этим пламенем, превратившись в гигантское огненное кольцо. Удушливый дым пачкал небо, взвиваясь столбами. А над Черной долиной, теперь ставшей оранжево-черной, было тесно от ревущих драконов — бросив пехоту и бомбардиров на перевалы, генералы Данзара подняли своих штурмовиков по высокой дуге. Четыре полновесных крыла, пробив воздушный щит Геона на входе в долину, обрушились на линию защиты, а с флангов им скоро подоспела подмога. Командующие воздушной армией севера это предвидели: волна ревущих штурмовиков живым облаком сажи метнулась навстречу захватчикам, засвистели в воздухе копья, затрещали, сухо лопаясь, смертоносные шары с горючей смесью… Данзар бил тараном, Геон ставил щит за щитом — им обоим отступать было некуда.
 
Однако достигнутое ценой потери Хелвинда равновесие, увы, не распространялось на магов. Теперь Данзар их не прятал, и было их у него на треть больше, чем у соперника. Не успели сойтись в небе два роя, серый и черный, как налившееся багровым небо расцветилось огнем «звездопада». Бомбардиры Геона сомкнули бреши, задрожали в сгустившемся воздухе силовые щиты — и почти в то же мгновение по земле покатилась «песчаная буря». В этот раз она несла на своих крыльях не снег: дым и пепел с горящих перевалов, сойдя лавиной, накрыл собой пехоту Геона. «Держаться! — пронеслось от строя к строю, множась разноголосым эхом. — Ни шагу назад! Укрыть лица! На колено, штыками в землю!» Солдаты срослись плечами, один за другим припадая к земле, и над их головами, возвращая врагу удар, пронесся сборный «пустынный смерч». Мутные пылевые столбы, вытянувшись дрожащей лентой, низко прошли над застывшей пехотой и врубились в строй врага. Уши заложило от свиста и криков — каждый смерч был полон «хрустальной пыли», царапающей доспех и взрезающей в кожу до крови. Вдогон смерчу засвистели в воздухе арбалетные болты. Первая линия нападения дрогнула. Однако над второй и третьей распахнулись щиты, а сразу вслед за ними со стороны взятых перевалов покатилась «мгла»…
Рауль Норт-Ларрмайн, приподнявшись на стременах, окинул взглядом жирную черную кляксу, медленно расплывающуюся по камням у подножия скал. Словно живая, она облаком накрыла данзарские пехотные части и, пожирая одинокие пыльные смерчи, всё еще дрожащие кое-где по флангам, захлестнула собой передовой геонский полк, вросший в землю по краю долины.
— Что это?
— «Мгла», ваше величество, — откликнулся Райан Рексфорд, щурясь. — Но судя по цвету… Демоны!
Подавшись вперед, к самому краю каменистого уступа, Райан вгляделся пристальнее и лицо его исказилось: черный туман призрачно заискрился желтым.
— «Светлячки», — выдохнул номер Второй. — Только бы наши не проморгали!
«Мгла», проклятие всех стрелков, уже сама по себе была не сахар, но вместе со «светлячками» несла в себе реальную угрозу. Потеря видимости, полная дезориентация — и жалящие искры в довесок! А если учесть, что солнце уже закатилось, и на долину вот-вот опустится темнота… Райан вытянул шею. «Ну же! — мысленно простонал он, прикипев взглядом к черной кляксе. — Сбивайте! Скорее, чего вы ждете?!»
«Мгла» внизу, потревоженно колыхнувшись, пошла крупной рябью. Маги Геона успели сориентироваться. «Штормовой ветер», с каждой секундой набирая силу, ударил по черному киселю, уже захлестнувшему первую линию буфера, и тьме пришлось отступить. Король медленно опустился обратно в седло. Бросил взгляд вверх, туда, где рычало и выло небо — и, стиснув в кулаке повод, прикрыл глаза рукой. Второй «звездный дождь» не замедлился. Багровые сумерки вспыхнули алым и желтым.
А следом, не дав защитникам Черной долины опомниться, на левый фланг обрушился удар «небесного грома». Ослепительная бело-синяя молния ударила в землю.
— Левый фланг, — сквозь зубы уронил Рауль, метнув взгляд вниз, на вросшее в скалистую стену слева от ущелья поместье Вэдсуортов. И едва успел зажмуриться — новая невыносимо яркая вспышка ударила по глазам. — Они пробивают с краю. Тауни!
Номер Четвертый с готовностью шагнул вперед.
— Передай в штаб, чтобы плотнее стянули щиты. И пусть бойцы реде ан Джабира будут готовы…
Окончание фразы потонуло в реве и грохоте. Третий удар «небесного грома» расколол сумерки, а вслед за ним, сразу по обоим флангам, пролился огненный дождь. Номер Второй, проморгавшись, оглянулся через плечо — Тауни уже исчез в воронке — и приложил руку к глазам. «Да, пробивают с краю, — почему-то с сомнением подумал он. — И штаб во главе с королевой — отменный трофей, да только…»