Маньяки (ЛП)

— Ты можешь трахать меня так, как захочешь, — говорю я с хриплым стоном, и все трое более чем довольны моим ответом.
Невероятное удовольствие пронзает меня, и я хватаюсь за футболку Маркуса, мои пальцы сплетаются узлом лишь на короткую секунду, прежде чем скользнуть вниз по его твердому прессу, чтобы найти его член. Он в спортивных штанах, которые абсолютно ничего не оставляют для воображения и не являются препятствием на пути к тому, что я хочу.
Стягиваю его штаны с бедер, и его член освобождается, тяжело опускаясь в мои руки, и я инстинктивно провожу языком по губам.
— Проголодалась, детка?
Мои глаза горят желанием.
— Умираю с голоду.
— И чего ты ждешь?
Проклятье.
Удерживая его пристальный взгляд своим, я изгибаюсь в талии, раздвигая ноги шире, пока не чувствую его головку прямо у своих губ. Я широко раскрываю губы и направляю его в рот, принимая его целиком, пока не чувствую его глубоко в горле. Он стонет, и я провожу языком по его кончику, сжимая его ствол в крепком кулаке.
Я начинаю двигаться вверх-вниз, мои глаза слезятся от того, как глубоко я беру его, и как раз когда я думаю, что они все на своих позициях, Леви вытаскивает свои пальцы из моей попки, прежде чем я чувствую, как его член свободно упирается в мою ягодицу.
Я стону, вся сжимаясь, что вызывает лишь тихий смешок Романа, который более чем способен почувствовать мое возбуждение. Пальцы Леви возвращаются под мою задницу, и я чувствую, как они проникают в мою киску, смешиваясь с моей влагой и соприкасаясь с пальцами Романа, растягивая меня шире, и слишком скоро его пальцы снова оказываются в моей попке, убеждаясь, что я готова.
Он берет меня за бедро одной рукой, направляя свой член к моему входу другой, и я чувствую, как капелька спермы на его кончике прижимается к моей дырочке. Пальцы Романа изгибаются глубоко внутри меня, медленно массируют и помогают мне подготовиться к мощному вторжению Леви.
Я замираю, двигаясь вверх-вниз на члене Маркуса, в то время как Леви начинает входить в меня. Он широко растягивает меня, и когда я перевожу дыхание, он толкается глубже. Большой палец Романа потирает мой клитор, и я выдыхаю, расслабляясь вокруг Леви, в то время как мои колени дрожат от предвкушения.
Леви начинает двигаться, держа меня за бедра, когда он проникает в меня глубже, а затем медленно выходит. Я задыхаюсь от члена Маркуса, и, поскольку Леви все еще держит меня, Маркус начинает входить в мой рот и выходить из него, трахая меня именно так, как он хочет.
Они не торопятся, трахают меня медленно, позволяя прочувствовать каждое легкое движение, каждое прикосновение кожи к моему телу, каждый толчок. Пальцы Романа изгибаются, массируя то самое место глубоко внутри меня, и я сжимаюсь вокруг его пальцев, пока его другая рука медленно поглаживает его собственный член, и, черт возьми, если бы мои руки не были заняты тем, что удерживают меня на ногах, они были бы полностью на нем. Хотя нельзя отрицать, что наблюдать за тем, как такой мужчина, как Роман ДеАнджелис, ласкает себя, — самое эротичное, что я когда-либо видела, и, судя по горячему взгляду в его глазах, он точно знает, что делает со мной.
Знакомое напряжение начинает расти глубоко внутри меня, и я закрываю глаза, потому что ощущение полностью захватывает меня, но когда пальцы Леви сильнее сжимают мое бедро, а его член входит глубоко в меня еще раз, — все, блядь, кончено.
Мой оргазм застает меня врасплох, взрываясь по всему телу. Я задыхаюсь вокруг толстого члена Маркуса, в то время как моя попка сжимается вокруг члена Леви. Пальцы Романа продолжают ласкать мою точку G, и мои глаза закатываются от блаженства, — они втроем наблюдают, как я кончаю.
Мое влагалище содрогается в конвульсиях и сжимается, пока Леви медленно двигается взад-вперед, делая все это намного интенсивнее. Мой кайф пульсирует по всему телу, проносясь по венам и заряжая каждое нервное окончание.
И как раз в тот момент, когда я подумала, что лучше уже и быть не может, Маркус кончает, и от этого восхитительного вкуса у меня перехватывает горло. Я жадно заглатываю его, беря все, что он может мне дать, усердно посасывая, пока он кончает у меня во рту.
 
Он со стоном произносит мое имя, и медленно отстраняется от моего рта, встречаясь с моим разгоряченным взглядом, но слишком скоро руки Леви обхватывают меня, заставляя меня выпрямиться.
— Я с тобой еще не закончил, — бормочет он, заставляя мою киску сжаться, а Роман в этот момент встает прямо передо мной.
Губы Леви опускаются на мою шею, а Роман придвигается ближе.
— Ты готова выполнить обещание, императрица?
Дьявольская ухмылка растягивается на моем лице, когда голод снова захлестывает меня.
— О, я не знаю, справишься ли ты с этим, — поддразниваю я.
Роман глубоко рычит, а его кулаки сжимаются вокруг его толстого, покрытого венами члена. Он тянется вниз, хватает меня за бедро и отводит его высоко вверх и в сторону, широко раскрывая меня и обнажая мои самые интимные места, а сильная рука Леви обхватывает меня за ребра, поддерживая меня.
Кончик Романа скользит по моему клитору, и я стону, когда он направляет его к моему входу. Леви приостанавливает свои движения, давая нам шанс довести дело до конца.
Роман толкается в меня, и я хватаюсь за его плечо, впиваясь ногтями, когда он широко растягивает меня, оба их толстых члена заполняют меня до краев.
— О, черт, — стону я, тяжело дыша, а Маркус в это время берет свой напиток и пятится через гостиную, его глаза прикованы к шоу, прикрыты и становятся голоднее с каждой секундой. Я не сомневаюсь, что он будет готов к большему, как только допьет свой дорогой виски до дна.
Роман входит глубже, как раз когда Леви выходит. Я делаю глубокий вдох, и Роман встречается со мной взглядом.
— Я не планирую быть нежным.
Я выдерживаю его взгляд, и во мне пульсирует трепет.
— Тогда какого черта ты ждешь? — Леви стонет позади меня, и я крепче сжимаю плечо Романа, в то время как другая моя рука обвивается вокруг руки Леви у моих ребер, более чем готовая к основательному траху, и это именно то, что они мне дают.
Роман начинает двигаться, жестко трахая меня, и Леви подстраивается под его темп: один толкается глубоко в меня, в то время как другой выходит. Это эротический танец, от которого у меня закатываются глаза.
— О, черт, — стону я, откидывая голову на плечо Леви, пока он поднимает наши соединенные руки, чтобы схватить меня за грудь.
Он сжимает ее, когда Роман меняет угол наклона, и в новом положении его тазовая кость прижимается к моему клитору.
— ДА, — стону я, наблюдая за лицом Романа, его голод сводит меня с ума от желания.
Моя киска пульсирует, и я краем глаза замечаю Маркуса, рука которого скользит под треники, пока он смотрит на меня в ответ. Я качаю головой.
— Дай мне посмотреть.
Он, блядь, ухмыляется, его глаза сверкают интенсивным, порочным трепетом, от которого все сжимается. Вот мудак. Он знает, что делает со мной эта дерзкая ухмылка. Он встает, выпуская свой член из штанов, и я вижу его целиком. Он такой охуенно большой — все трое такие. Удивительно, что они все одновременно помещаются во мне.
Леви хмыкает, его челюсть сжимается.
— Блядь, детка. Еще раз сожмешь свою попку, и ты оторвешь мне член.
— Что я могу сказать? — Я ухмыляюсь, оглядываясь на него. — Это моя специальность.
Он рычит, и вот так они трахают меня еще сильнее, пока мы все четверо не кончаем: парни выстреливают горячими струями спермы глубоко в меня, в то время как Маркус стонет с другого конца комнаты, а его сперма выплескивается на руку. Мое влагалище дико сокращается, пока во мне пульсирует оргазм, в миллион раз более интенсивный, чем первый.
Роман обхватывает пальцами мою шею, заставляя меня смотреть ему в глаза, пока кайф проникает в каждую клеточку моего тела.
— Именно так, императрица, — выдыхает он, переводя дыхание. — Никогда не забывай, как хорошо мы это делаем.