Восхождение Примарха 7 (СИ)
А вот уже в ней мы столкнулись с непредвиденным. Дело в том, что эфир теперь пошёл другими путями, которыми он и должен был попадать в наш мир, а не так напрямую в лоб, как это было последние сотни лет. А в связи с этим и перестроился весь ледяной покров.
Над нашими головами оказалось несколько сотен метров льда, смешанного с эфиром.
— Обрушать его нельзя, — задумчиво проговорила Катерина.
И тут к ней подошёл Олег и что-то шепнул на ухо. Она пристально посмотрела на него и кивнула, признавая, что он прав.
Затем она взяла его за руку и, как я понял, использовав его заклинание, просто раздвинула льды над нашей головой. Через образовавшуюся трещину проглянул солнечный свет.
Я на всякий случай ещё раз попробовал открыть портал, но у меня снова это не получилось. Тогда я вздохнул и закинул на верхний край льдов энергетическую паутину. В отличие от времён царской охоты, теперь я мог швырять невидимые нити на огромные расстояния.
* * *На удивление мост, по которому мы добирались сюда, устоял, слегка разрушившись лишь в нескольких местах. Обратно решили идти по нему. Неизвестно, насколько хватит моего «подорожника», прилепленного к обелиску. Вдруг выбросы начнутся, пока мы ещё будем в пути? Да и идти по нему было гораздо удобнее, чем по неровной поверхности льдов Антарктики.
Как только смог, я сразу же послал сигнал Жукову, что можно нас встречать. Он стоял ровно на том же месте, где и простился с нами, поэтому складывалось ощущение, что он вообще никуда не уходил. Хотя, конечно, это было не так.
— Ну что, счастливчики, — улыбаясь, произнёс он, когда пожал руку каждому. — Нашли то, что хотели? — и он многозначительным взглядом обвёл копьё, которое я сжимал в правой руке.
— Нет, — я с кислой физиономией покачал головой и продолжил: — К сожалению, обстоятельства не дали нам этого сделать полностью.
— Но ведь аномальные движения льда закончились, — недоумённо проговорил полярник. — Я думал, что это тоже ваших рук дело.
— Наших, — подтвердил я, усаживаясь в повозку и наблюдая за тем, как в нетерпении топчутся собаки. — Только вот неизвестно, насколько этого хватит. Поэтому соваться в те места по-прежнему не стоит.
— А если в исследовательских целях? — осторожно спросил Жуков, с вопросом глядя на меня.
— Нельзя, — отрезал я, не желая даже оглядываться на ту местность, что мы оставляли за спиной. — Особенно вглубь. Там такие твари обитают, что трое абсолютов не справились, так что все ваши исследования закончатся очередной пропавшей без вести экспедицией. Поберегите людей.
— А вы хотя бы можете описать, с чем столкнулись? — не унимался полярник. А я буквально чувствовал, как его распирает жажда новых знаний. — Я это в журнал исследований помещу.
— Знаете, я так отвечу, — проговорил я, пристально глядя Жукову в глаза. — Мы адреналина заполучили полные штаны. После чего вернулись от греха подальше. Я вам ещё раз говорю, что не стоит туда соваться. Там нет ничего интересного для вас. Только смерть и мучения, ничего больше.
Я уже жалел, что не прихватил голову хотя бы одной твари, чтобы пугать ею полярников. С другой стороны, их это могло только раззадорить. Они — странные люди.
— То есть полагаете, что совсем-совсем не стоит? — предпринял он последнюю попытку узнать у меня подробности.
— Более того, — я даже снял перчатку, чтобы был виден мой указательный палец, торчащий в голубое небо. — Зону, где раньше появлялись трещины, необходимо полностью изолировать, а над ней установить бесполётную зону. Понимаю, что в вашу компетенцию это не входит, но дайте мне только доехать до Петербурга, и это станет первым приказом императора, касающимся Антарктиды. Так что прислушайтесь ко мне, пожалуйста. Не ходите туда. Мои абсолюты одни из самых сильных в стране, и они не справились, помните об этом.
— А как же тогда…
Я улыбнулся, и вопрос замер на обветренных губах полярника.
— Есть вещи и посильнее, — ответил я на невысказанный вопрос, чем заслужил уважение этого улыбчивого человека, привыкшего к суровым условиям.
* * *Первым моим адресатом действительно был император. Слишком много тем накопилось, которые нужно было обсудить именно с ним.
Честно признаться, я не хотел его видеть. Некоторые его действия настолько отвернули меня от него, что в какой-то момент я даже подумывал встретиться с императрицей вместо него. Но, в конце концов, я преодолел личное отношение, переступив через некоторые эмоции.
И ещё я решил, что для аудиенции идеально будет появиться с дедом. Всё-таки он вхож во дворец и частенько общается с императором, в отличие от меня.
Распределив друзей по их адресам, я перенёсся к Державину-старшему. Мне хотелось забыться хотя бы часов на пять глубоким сном, но дел было столько, что просто перечисление их в очереди занимало огромное количество времени. Поэтому приходилось держаться.
Деда я нашёл в хорошем расположении духа. Он, конечно, был обеспокоен судьбой нашей экспедиции, но полагал, что мы вполне сможем за себя постоять.
Увидев меня, он разулыбался до ушей и раскрыл объятия.
— Я волновался, — пробасил он, щекоча мне щёку своей бородой. — Как всё прошло?
— На троечку, — честно ответил я, отстраняясь. — А сейчас мне бы срочную аудиенцию у императора. Пришло время обговорить некоторые моменты.
Ярослав Иванович согласился принять нас в ближайшее время, так что я создал портал в столицу, и через полчаса мы были уже на аудиенции у императора.
Удобная штука всё-таки эти порталы, прав был Магнус.
Однако император, судя по всему, ожидал от меня совсем не тех слов, которые в итоге услышал.
— В связи со вновь обнаружившимися обстоятельствами, — холодно проговорил я, глядя сквозь монарха, — требуется полностью закрыть доступ людей к определённому квадрату в Антарктиде. Причём, любых людей, неважно из каких стран.
— Какие причины для такого кардинального решения вопроса? — император приподнял бровь, справившись с неожиданностью темы.
— Причина — нахождение там уникального артефакта, — ответил я, размышляя над тем, как не вызвать у Ярослава Ивановича нездоровый интерес и не заставить его снарядить собственную экспедицию. — Несмотря на то, что он является одним из источников магии на нашей планете, не стоит пытаться его отыскать или вообще как-либо с ним взаимодействовать. И дело тут не только в том, что это просто невозможно для представителя человеческой расы. Основная проблема заключается в том, что именно этот артефакт защищает планету от вторжения расы жестоких и кровожадных аэрахов.
— Тех самых из-за которых вы эвакуируете Морран? — поинтересовался император, добавляя в голос нотки участия. Я уже понял, что всю эту беседу он постарается свернуть в нужное ему русло. Что ж, пусть пробует. — Или есть ещё более кровожадные аэрахи?
— Нет-нет, — ответил я, медленно кивая. — Всё верно. Только не нужно относиться к этому легкомысленно. Люди конкретно из нашей ветви человечества находятся на значительно более низкой ступени, чем аэрахи, не только по степени технического развития, но и по степени разумности. И, по сути, единственная защита планеты — это как раз тот самый артефакт, доступ к которому можно получить из Антарктиды.
— Это всё очень серьёзно, — неожиданно легко согласился император. — И вот, что я думаю по этому поводу, — он встал с кресла, прошёл мимо нас с дедом, подошёл к окну и выглянул наружу, затем повернулся и продолжил. — Никита Александрович, понимаю, что в последнее время между нами повисло несколько недосказанностей, поэтому предлагаю рассмотреть вам следующий сценарий развития событий, — он прошёл обратно к столу, открыл бар, налил в три рюмки чего-то безумно дорогого и подставил нам с дедом по рюмке. — Вы с Варварой Ярославной женитесь, ты становишься консорт-императором и сам издаёшь этот самый закон. Как тебе предложение? — и он кивнул, указывая подбородком на рюмку, которую я не собирался брать даже из субординации.