Восхождение Примарха 7 (СИ)

— Идея отличная, — ответил я, пристально глядя на жену, своей красотой затмевающую всё на свете. — Но прямо сейчас я собираюсь завоевать одного из представителей народов Российской империи.
И с этими словами накинулся на Варвару сверху. Посопротивлявшись для вида, она сдалась. Да и как могло бы быть по-другому?
Но мысль об изменении устройства империи аэрахов она в мой разум заронила.
* * *
В эту же ночь я вновь оказался возле обелиска.
Под моими ногами была зелёная трава, а вот молочно-белый купол перестал быть таким. Теперь создавалось ощущение, что я нахожусь на каком-то тропическом острове и вокруг меня безмятежно плещется безбрежное море под бездонным небом.
— Красиво, — проговорил я, озираясь по сторонам. — Я что, снова при смерти? Умер во время секса от инфаркта? Тромб оторвался?
— Ну зачем же? — обелиск явно потешался над моими предположениями. — Ты — существо разумное, имеешь право посещать мою ментальную проекцию в любое время. Тем более, судя по всему, некоторые вопросы кажутся тебе неразрешимыми, вот ты и обратился к моей помощи. А я что? Я всегда рад помочь достойному представителю разумного вида.
— И на том спасибо, — ответил я, почёсывая затылок. — А то меньше месяца со свадьбы, а я уже умереть успел, — я понимал, что искусственный интеллект мало интересуют эти подробности, но почему-то не мог не упомянуть. — Есть у меня несколько вопросов, которые оказались сложнее, чем мне казалось раньше. Или я о них вообще не задумывался.
— Задавай свои вопросы, — проговорил мне обелиск и, кажется, вздохнул. — Будем вместе искать на них ответы.
— Вопрос номер один, что мне делать с Кураной? Залежи ароита на этой планете таковы, что могут свести с ума всех аэрахов в галактике и превратить их из разумных существ в кровожадных тварей. Как оказалось, даже особям императорской крови сложно удерживать разум в порядке при большой концентрации этого металла рядом, — я подумал о том, что уже звучало в наших обсуждениях, и добавил: — Было предложение бросить Курану на чёрную дыру, но я против.
— Нет, Курана ещё потребуется в великом замысле, — ответил на это обелиск своим механическим голосом, в котором едва-едва можно было различить эмоции. — И ароит мы обезвредить для аэрахов не сможем, — он надолго задумался, а внутри него что-то тихонько поскрипывало.
Размышляя над его словами, я подумал, что это было бы круто сделать так, что ароит перестанет влиять на аэрахов. Вот совсем перестанет. Полностью. Но, как уже сказал искусственный интеллект, это невозможно.
А жаль.
— Может быть, всё-таки возьмёте Курану под свой патронаж? — на всякий случай поинтересовался я. — Будете генерировать туда эфир. Кстати, ещё одно из предложений, это переместить на Курану распылитель эфира и постепенно создать там эфиросферу.
— За счёт чего? — достаточно резко отреагировал обелиск. — За счёт эфира с Земли? Который вы через магов закачаете в своё приспособление? Прости, но это уровень первобытных людей и палки-копалки.
— Но я хотя бы что-то предлагаю, — ответил я, пожимая плечами. — А не стою, как истукан посреди несуществующего пространства.
Я понимал, что идея задеть искусственный интеллект обелиска не относится к моим лучшим, но всё же мне нужно было хоть как-то заставить его думать. А то я мог и проснуться, оставшись вновь без ответов.
— Не торопись, — ответил он мне с явной ухмылкой, словно прочитав мои мысли. — Без ответов ты не уйдёшь. Раньше времени не проснёшься. А я не молчу, я связываюсь с Центром для консультаций.
— О! — у меня даже правая бровь выскочила на лоб. — У тебя ещё и центр есть.
— А как же, — ответил тот, излучая благодушие. — Я хоть и сложный искусственный организм, всё-таки нуждаюсь в координации, — он ещё несколько раз щёлкнул, а затем слегка изменившимся голосом проговорил: — Возможность подключить Курану к общему генератору после его починки имеется. Видов, которые не переносят эфир, на планете не присутствует. Поэтому есть лишь одно опасение. Несмотря на создание специальной сферы, аэрахи могут напасть на генератор.
 
— Каким образом? — удивился я, понимая при этом, что один из самых сложных вопросов почти решён. — Они же себя плохо чувствуют в эфиросфере, сознание теряют.
— Ты, — достаточно резко ответил мне обелиск. — Ты создал аэрахов, которые могут преодолевать эти препятствия. Притом, в сокровищнице твоей родственницы по имени Арана достаточно ароита, чтобы на некоторое время забыть о существовании эфира.
— Ароит я вполне смогу перенести в защищённое место на Куране, — ответил я, полагая, что это будет несложно. — А вот с остальным…
— Ты можешь создать корпус магов эфира, эдакий тайный орден, который будет хранить проход к генератору, — опередил мои мысли обелиск. — В таком случае из Центра тебе придёт добро.
Я подумал о предстоящей ассамблее эфирников и решил, что всё делается к лучшему.
— Я создам необходимый орден и переселю часть магов эфира на Курану, — пообещал я, уверенный, что это не составит особых проблем. — Но на это мне потребуется время.
— Отлично, — обелиск ещё несколько раз щёлкнул. — Добро на подключение Кураны к общему генератору вместо погибшего мира Проксимы Би получено.
— То есть у вас был погибший мир, а вы ещё раздумывали? — удивился я.
— Бюрократия, — ответили мне, и я понял, что были бы у обелиска руки, он обязательно ими развёл бы. — Какие ещё вопросы тебя мучают?
— А с остальным, — ответил я, тяжело вздохнув и с грустью посмотрев на море, — я постараюсь разобраться сам.
— Как посчитаешь нужным, — ответил мне обелиск. — Но хочу заметить, что в любом случае, тут тебе всегда рады. Ты можешь приходить сюда в любое удобное время. Для этого просто пошли ментальный сигнал с определённой сигнатурой. Сейчас скину образец.
* * *
Ассамблею магов эфира решили проводить в кремлёвском дворце, где обычно выступали всяческие знаменитости. Кроме известных мне родов, съехались ещё толпы каких-то диких эфирников, о которых я даже и не подозревал.
Я так понимаю, они были из тех, которые любили, когда их чествуют, и терпеть не могли что-то делать.
Я сидел по правую руку от Марио и пытался определить, кого я могу послать на Курану, чтобы охранять проход, что открылся к генератору.
Сан-Донато был сегодня мрачнее тучи.
— Что-то случилось? — спросил я его шёпотом, легонько толкнув локтем в руку.
Он обернулся ко мне, на усатом лице итальянца читалась всё грусть, какая только есть в мире.
— Представляешь, пошли мы вчера на Дракулу, — ответил он мне настолько тихо, насколько это было возможно. — И всё было, в общем-то, нормально до некоторых пор. Но затем в фильме начали резать глотки, а она возьми да брякни: «Да кто ж так режет, вся кровь порченая будет, её же использовать потом невозможно».
Я подавился смешком. К счастью, Марио это не заметил.
— Ну и всё, — продолжил он печально вещать. — Больше я ни о чём думать и не мог. А романтический вечер превратился в самый кошмарный в моей жизни.
— Да уж, дружище, — сказал я, похлопав его по плечу. — Не завидую я тебе. Ну ничего, может, найдёшь ещё свою родственную душу?
— Да-а, — он только рукой махнул.
В этот момент уже начали выступать представители различных родов.
Для начала выступил представитель Пяти семей, который вкратце описал, как существуют эфирники в рамках этой организации. Затем он добавил что-то высокопарное и заявил, что будет рад, если все маги эфира будут существовать далее под эгидой Пяти семей и под управлением Марио Сан-Донато.
— Вот, — сказал я ему, снова толкая локтем. — Будешь большим начальником, наверняка, к тебе дамы потянутся.
Он посмотрел на меня и лишь тяжело вздохнул.
Выступили несколько человек, которые лишь весьма опосредованно относились к европейским эфирникам. Все говорили примерно одно и то же, что рады легализации и готовы войти в ассамблею под эгидой Пяти семей.