Восхождение Примарха 7 (СИ)
Восхождение Примарха — 7
Глава 1
Друзья, это СЕДЬМОЙ том! ПЕРВЫЙ том приключений Никиты Державина вы сможете прочитать здесь: https://author.today/work/310489
* * *— Всем живо на тот берег! — крикнул я, прекрасно понимая, что при таком обилии тварей добежать туда никто не успеет.
Валя среагировала первой, она развернулась и кинулась к противоположному берегу.
А вот тот же Марио беспомощно озирался, баюкая повреждённую руку, и бежать, как мне показалось, не собирался.
Тогда я обмотал его паутиной и в воздушной сфере переместил в конец моста, где за него тут же взялась Валя.
Архос с Беллой швырнули Катерину и Кропоткина. Олег бежал сам, сжимая в руках алмазное копьё.
Я почувствовал неровное дыхание в спину, понял, что одна из тварей подобралась со спины, и обернулся.
Во всех смыслах.
К монстру из глубин эфирного озера повернулся уже Примарх в боевой трансформации. Возможно, я смог бы одолеть его и в своём обычном виде, но решил, что сущность аэраха в данном случае будет уместней.
И определённые плоды это дало: тварь попятилась, явно испугавшись. Но затем почувствовала поддержку своих сородичей и снова двинулась вперёд.
Зрением, обращённым назад, я убедился, что все мои спутники достигли противоположного берега. В этом смысле физиология аэраха выгоднее, можно обозревать все триста шестьдесят градусов пространства.
Исключением был Архос. Он находился где-то на середине пути от меня до окончания моста и следил за тем, чтобы никто не зашёл мне за спину, пока я двигаюсь за своими друзьями, попутно отбиваясь от тварей.
Памятуя, как мой наставник одолел предыдущего монстра, я материализовал в одной из лап кнут с упрочнённой паутиной вместо стандартного хлыста. И этот кнут оказался весьма эффективным против прущих на меня созданий.
Но был и один минус во всём этом деле. И минус существенный. Первый раз я думал, что мне показалось. Я увидел тварь с широченным шрамом на шее и заросшей дырой в груди. Это, конечно, могло быть совпадением.
Но затем я рассёк одного из монстров по диагонали, и он двумя кусками обвалился в кипящий эфир. Но уже через несколько минут, когда до края моста оставалось не больше сотни метров, я вдруг увидел у одного из атакующих широченный шрам ровно по той же самой траектории, что и мой кнут рассёк его плоть.
И тут до меня стало доходить. Я потянулся к сознанию одной из тварей, чтобы прояснить этот момент, и отшатнулся, настолько чуждо их сознание было всему тому, к чему я привык. Одно было ясно, это не просто какие-то там монстры из глубин. Это самые, что ни на есть эфирные твари. Да, урон они могут получить только от физического воздействия, но, падая обратно в свою родную среду, они тут же регенерируют и снова вступают в бой.
Кроша их налево и направо, я понимал, что бесконечно так продолжаться не может. Я просто в какой-то момент устану. А они нет. И не важно, что мост уже устилали внутренности, выпущенные из тел страшилищ. В эфире они вновь обретали всё, что им было нужно. А самое главное — силу, с помощью которой вновь шли на меня.
Меня обступало уже несколько десятков тварей, когда я решил действовать, как самая настоящая машина смерти. Я жёг их плазменными зарядами из скорпионьего хвоста Примарха, я резал их паутиной, натянутой над поверхностью озера. Я обрушивал на них сталактиты, висящие на потолке пещеры.
Всё было тщетно.
Эфир лишь больше бурлил и выдавал ещё и ещё подобных тварей.
Я даже подумал, что они сотканы из самой вот этой бурлящей субстанции, так много их было.
— Я думаю, они реагируют на твой облик, — крикнул мне Архос, который был уже на берегу. — Посмотри, их с каждой минутой становится всё больше!
Это я видел и сам. Но что делать?
И тут я понял, что где-то сейчас, а, может быть, минутой позже должен быть очередной выброс.
Направив хвост в свод пещеры, я выпустил такую порцию плазменных зарядов, что хватило бы на локальный конец света для какого-нибудь города вроде Санкт-Петербурга. Сверху стали рушиться глыбы льда в несколько тонн весом каждая. Они ненадолго отвлекли тварей, часть из которых оказалась просто раздавлена нежданным приветом сверху. Но оставшиеся в живых быстро переключились обратно на меня.
Одновременно с этим начала ходить ходуном поверхность под ногами. Я понял, что времени у меня в обрез.
Однако его мне с лихвой хватило, чтобы примчатся к друзьям, скомандовать:
— Ложись! — и накрыть их всех эфирными зеркалами.
Даже не накрыть. Укрыл я каждого по отдельности. А затем всех вместе заключил в одну общую зеркальную сферу. Я рассудил, что этого должно хватить для ликвидации любой опасности. Притом, что эфира для подпитки моих способностей тут столько, что хватит для любых магических решений.
— Скажи честно, ты решил, что нами целиком твари могут подавиться, и сделал из нас шаурму? — спросил Кропоткин, которому неудобно заломило руку, пока я его заворачивал в зеркальный кокон.
Я ослабил на нём своё творение, и Фёдор принялся разминать заломленную руку.
И тут же зашумело, затрещало в проходе перед нами.
Выброс эфира.
Чтобы нас не снесло к чертям собачьим из того прохода, где мы улеглись, в лапы эфирных тварей, я поставил линзы на уменьшение. Сначала две, а затем и ещё пяток. Зачем стесняться, когда ресурсы не ограничены?
Единственным минусом этой стратегии оказалось то, что монстров, упрямо идущих к нам, ослабленный поток тоже никоим образом не задел. И как только выброс закончился, я выбрался из-под зеркальной сферы и распрямился, чтобы вновь дать бой осаждающим нас тварям.
И обомлел.
Хотя в этом месте уже давно надо было привыкнуть ко всяким чудесам, которые никакой магией объяснить было нельзя.
Тварей не было. Точнее, не так. Они, конечно, были, но за перегородкой. Выброс и смещение льдов, его сопровождавшее, изменили конфигурацию выходов внутри этого странного лабиринта. По какой-то невероятной счастливой случайности эфирное озеро вместе с эфирными тварями, желающими разодрать нас на мелкие кусочки, находилось теперь за полупрозрачной стеной.
— У меня для вас две новости, — сказал я, обернувшись к лежащим на льду друзьям.
— Начинай с хорошей, — попросила Катерина, пытаясь встать на ноги.
Рядом с ней то же самое проделывали и остальные. Я снял зеркальный купол, освободив друзей.
— А кто вам сказал, что хорошая есть? — решил пошутить я, но по угрюмым лицам команды понял, что не вовремя. — Ладно-ладно, — я махнул рукой, признавая неудачную шутку. — Хорошая новость в том, что твари, покромсавшие Марио, нам больше не угрожают. Они остались в прошлом.
— А плохая? — отряхиваясь, спросил Олег и разогнулся, глядя мне в глаза.
— В том, что вместе с тварями там остался и выход наружу, — ответил я и тут же широко улыбнулся. — Так что возвращаться будем другим путём.
— И правильно, — пробурчал на это Сан-Донато. — Меня встреча с подобными фанатами как-то больше не прельщает.
* * *Лабиринт оказался не просто большим, а огромным. После каждого выброса Штопор бежал вперёд и разведывал пути, ставшие доступными и отмечал ходы, ставшие тупиковыми. Всю эту информацию он передавал мне, а я складывал её в сознании, создавая трёхмерную карту этого самого лабиринта.
И если в самом начале мы ещё плохо понимали, с чем именно столкнулись, то уже часа через полтора ясно видели, что находимся внутри гигантской структуры, каждые пятнадцать минут изменяющей свои очертания.
Несмотря на это, ориентироваться было довольно просто. Я уверенно вёл экспедицию в ту сторону, где концентрация эфира была наибольшей. При каждом новом выбросе становилось совершенно очевидно, с какой стороны он движется к нам.
И каждый раз приходилось либо искать какое-нибудь убежище, либо накрывать всех зеркальной сферой. Оказалось, что её вполне достаточно, чтобы нейтрализовать действие потока.