Тайная стража (СИ)

– Есть какой-то пропуск, кольцо или что-то еще?
– Нет.
– А твои амулеты?
– Я сам их сделал.
Не так давно эльф допрашивал Айнура, а теперь он сам оказался на его месте, и паладину не стоило жалеть непримиримого врага. Но, тем не менее, вид сломленного старика, который пропитался собственным дерьмом и уже начал заживо гнить, невольно, вызывал жалость, и Ройхо отвернулся.
Паладин осмотрелся. Вечнозеленый лес Сарма, который, несмотря на зиму, не терял листву, под напором холодных северных ветров скрипел сучьями. Этот шум, при определенных навыках в природной магии можно было даже разложить на вполне осмысленные слова и предложения, но ничего доброго человек в них не услышит. Лес не любил людей и хотел, чтобы они как можно скорее его покинули.
– Айнур, уходим, – завершив очередной допрос, обратился к паладину Иллир.
Ройхо направился к тропе, а полубог легким движением руки вызвал магический пресс и обрушил его на кокон.
– Шлеп-п! – магия превратила эльфа вместе с его оковами в лепешку и, оставив на вмятом грунте пятно из каменной крошки, костей и крови, заклинание рассеялось.
Иллир Анхо двинулся вслед за Айнуром и сказал:
– Я чувствую, что ты чем-то обеспокоен, паладин.
– Это так, господин, – не стал отрицать очевидный факт юноша. – Моя душа для тебя, словно открытая книга. И, заглянув в нее, ты сразу поймешь, что меня гнетет.
– Копаться в чужих головах и душах, пусть это даже мои последователи, удовольствия мало. Твой старший брат, окажись он рядом, подтвердил бы мои слова. Поэтому проще общаться живыми словами. Так что же тебя гнетет?
– Господин, ты можешь наказать меня за наглость, но я скажу, как есть. Я все равно не понимаю, зачем мы идем к Дереву Жизни и в чем смысл всей этой операции. Конечно, в тайнике бога Финголиэри немало интересных и дорогих артефактов. Но называть разграбление чужого тайника делом спасения человечества, по моему глубокому убеждению, слишком пафосно.
Иллир усмехнулся:
– Определенно, Айнур, ты не похож на других паладинов и в этом вы с Урквартом похожи. Нестандартные и, порой, видите то, чего другие не замечают. За это Улле Ракойна и отметила Уркварта, а я положил глаз на тебя и пока своим выбором доволен.
– Так ты пояснишь, что на самом деле происходит?
– Пожалуй, что да. Но сначала вопрос – в чем моя основная цель в этом мире, по твоему мнению?
– Стать сильным и подняться на следующий уровень, дабы иные небожители, когда они вновь получат доступ в наш мир, не смогли тебя победить и признали за равного.
– Хороший ответ, однако, неверный. Моя главная цель – сохранение байтила с душой и разумом моей богини, с ее последующим воскрешением, а только затем личное возвышение.
– И причем здесь тайник создателя эльфов?
– Финголиэри существо древнее и старше Кама-Нио. Он мудрый и хитрый, понимает, что при всей своей силе не бессмертен. Поэтому, когда наш враг привел в этот мир первых эльфов, он создал тайник с артефактами, которые смогут оживить его после гибели в пространстве богов.
– И мы идем за ними?
– Да. Именно они наша главная цель. Я хочу понять, как он собирался себя оживлять, при помощи чего и на каких принципах. И если я это пойму, богиня воскреснет раньше, чем вернутся другие небожители, и она защитит не только лично себя, но и всех людей. Вот потому я и сказал, что этот поход важен для судьбы всего человечества.
– Господин, позволь тебе напомнить, что при восстановлении полноценной связи с дольним миром, вернутся не только боги эльфов и манкари, но и человеческие. Например, Верш Моряк, Ярин Воин, Самур Пахарь…
– Они не смогут противостоять Финголиэри или Сиву-ушу, – прервал паладина Иллир. – Не тот уровень.
– Но почему все произошло так неожиданно и мы не подготовились к походу заранее?
– А чего тянуть, Айнур? Я в долгой подготовке нужды не видел. Узнал, что необходимо, обмозговал и отправился на Лесокрай. Потом мне понадобился верховный жрец эльфов, и судьба сама послала его в наши руки. Он подставился, и я узнал местонахождение тайника. А если ты хочешь спросить, почему я взял в рейд вас, хотя легко мог пробежаться к Дереву Жизни сам, то и это не секрет. Схрон Финголиэри, наверняка, прикрыт серьезными чарами, и чтобы его открыть, мне придется сосредоточиться и потратить какое-то время. В этот момент я буду уязвим и вы, паладины, прикроете мою спину.
 
– Благодарю за откровенность, господин, – Айнур, который расценил беседу с Иллиром, как знак особого расположения, кивнул. – Я этого не забуду.
Иллир не стал продолжать беседу. Полубог и его паладин присоединились к отряду и, молча, приближались к цели.
Легендарное Дерево Жизни эльфов открылось взору людей неожиданно. Они шли по звериной тропе, которая закончилась на берегу ручья у водопоя. По стволу упавшего дерева Иллир и паладины перебрались через водную преграду, прорубили в густом колючем терновнике дорожку и оказались на окраине леса. Дальше у подножия безымянной горы находилась райская долина, в центре которой стояло великолепное белоснежное дерево-великан, не менее семидесяти метров в высоту, с красными прожилками по стволу. Зрелище незабываемое и паладинам казалось, что можно любоваться этой красотой вечно, и что в этом любовании есть какая-то особая завораживающая магия, которая принадлежит только Дереву Жизни. Однако голос Иллира заставил воинов очнуться и вернуться в реальность:
– Пятерка Тергера в авангард. Тройка Локара на левый фланг. Тройка Мирта на правый. Скарк прикрываешь. Остальные со мной. Пошли!
Рассредоточившись, отряд двинулся к Дереву Жизни и если издалека оно казалось прекрасным, то с приближением к нему впечатление менялось на противоположное. Красные прожилки на исполинском стволе стали напоминать вздувшиеся кровавые вены. Белоснежный цвет дерева поменялся на цвет грязного снега. Трава, такая зеленая возле леса, пожухла. Но самое главное – от Дерева Жизни стали распространяться злые эманации. Невидимые ментальные волны, сначала слабые, а затем более мощные, накатывались на паладинов, и в них была явная угроза. Дерево не хотело, чтобы люди приближались. Оно пыталось их отогнать и паладины занервничали. Озираясь, они держали оружие наготове и машинально сбавили скорость.
«Прочь! Вы умрете! Спасайтесь! Бегите!» – слышалось паладинам в шорохе травы и дуновении ветра.
– Нас не запугать! – с усмешкой, громко сказал Иллир Анхо.
Временно чары Дерева перестали давить на людей, и полубог отдал новые приказы:
– Принять эликсиры! Любой, кого встретите, будь это призрак или демон, эльф или морок в облике родной матери – враг! Убивайте всех, а когда станет совсем туго, используйте амулеты жрецов и молите меня о помощи! Моя сила с вами и вы выстоите! За Анхо и империю! За Оствер!
Кто-то из паладинов повторил традиционные боевые имперские кличи, но большинство промолчало. Зато чародейские эликсиры приняли все.
Воины торопливо опустошали склянки и бросали их в траву. На лицах паладинов появились улыбки, и они сами рвались вступить в бой. Их движения стали более резкими, а шаги широкими и уверенными. А вскоре, когда эликсир бодрости, по сути своей магический допинг, полностью пропитал их тела, паладины перешли на легкий бег трусцой, быстро добрались до выпирающих из земли огромных корневищ Дерева Жизни и здесь встретили местных охранников.
Стражниками святого для эльфов места и тайника Финголиэри, мог оказаться кто угодно. Живые мертвецы или заключившие с богом договор существа дольнего мира, боевые монстры или прирученные лесные твари, вампиры или ограниченные в свободе семьи оборотней, големы или привезенные из иных миров смертоносные техномагические механизмы. Однако первым рубежом обороны Дерева Жизни оказались призраки эльфийских воинов. Не обычные, не чета тем, каких можно встретить на кладбищах или в древних склепах, а прирожденные воины, паладины своего бога, которые даже после смерти не отправились в мир мертвых, а остались караулить тайник Финголиэри. Но это были всего лишь призраки и осверские дворяне, которые стали паладинами Иллира Анхо, знали, как с ними нужно сражаться, а главное – имели для такого боя все необходимое.