Гром Раскатного. Том 7 (СИ)

— Думаю, что даже спорить с тобой не буду, — хмыкнул Грулёв. — Мы должны понять, как он смог достичь такого уровня, ибо парень явно что-то скрывает. Никто не появляется из ниоткуда с такими способностями. А в одиночку… с Паперскими… это…
— Знаешь, — замначальника Царской Охранки вернулся к еде. — Давай сначала перекусим? На пустой желудок думается хуже, сам знаешь.
Молча поедая суп, заедая его брускетами с салом и хреном, оба лидера переглядывались, но от еды не отказывались. Закончив обед двумя рюмками хреновухи, Потёмкин довольно похлопал себя по животу и встал.
— Меня не пугает его сила, — пробормотал он, подходя к окну, глядя на вечернюю Москву. — Если в нём действительно куча боевого потенциала, то это нам может быть полезно.
— Мой дорогой друг, — глава Устранителей начал покачиваться на стуле, размышляя об услышанном. — Я повторю, и, пожалуй, в последний раз. Меня беспокоит только одно: что он, может быть против нас. Против империи и императора. Если он за демоноидов, то угроза — колоссальная. Для человечества, в том числе.
— Саша, — Потёмкин тяжело выдохнул. — Что ты всё заладил: демоноиды да демоноиды? Зачем гадать? Допрос — это лишь первый шаг. Мы выясним, что он за птица, и примем меры, если потребуется. Поверь, не только вы, Устранители, заинтересованы в его безопасности. Но и мы, хех.
* * *
— Приехали, — Распутина зашла в мой кабинет, обошла стол и наклонилась, шепча на ухо: — За тобой приехали, Гоша.
Я нахмурился, повернулся к Кате, и в следующий миг она поцеловала меня.
— Губы преданной спутницы приятнее, чем…
Я не дал ей договорить. Встал как ошпаренный, получив записи с камер. О встрече с представителями Царской Охранки я не договаривался, и, так сказать, присутствие гостя из Москвы на моей территории несказанно удивило меня. Тем более что я не отслеживал ничьи перемещения из этой «компании».
Скрывались? Как полковник Штирлев добрался до Нового Тагила, что я об этом не узнал?
Я спустился на первый этаж в тот момент, когда полковника впустил в коридор дворецкий. Сам Штирлев, увидев меня, приветливо улыбнулся и коротко кивнул:
— Прошу прощения, Георгий Игоревич, — он сделал шаг в мою сторону. — Что без предупреждения. Но сами понимаете, контроль, так сказать, должен быть неожиданным.
— Проверка должна быть неожиданной, — поправил его я и протянул руку. — И все же нужно было уведомить о вашем прилете. Ибо я не всегда нахожусь дома.
— Мы знаем, — загадочно ответил Штирлев. — У меня приказ, который может вам не понравиться.
— Допрос, я так полагаю? — предположил я с каменным выражением лица. — Из-за нападения на меня рода Паперских?
— В самую точку, — кивнул полковник и покосился на гостиную. — Итак, где нам лучше поговорить?
Ну, раз уж мы у меня дома, то смысл куда-либо выезжать. Я молча проводил его в гостиную, затем велел кухарке организовать чай и плюшки, а сам вернулся к гостю. Усаживаясь на диван, я заметил устройство, которое Штирлев выложил на стол. Ну и, разумеется, сразу понял, для чего оно.
В момент, когда к нам присоединилась Распутина, хищно рассматривая полковника, нам принесли чай.
— Знаешь, Георгий, что это такое? — Штирлев неспешно отпил чаю и улыбнулся. — Ой, вкусно-то как!
— Алтайские травы, — сухо прокомментировал я. — Ну, да, знаю. И к чему вам знать мой ранг?
— Об этом позже, — полковник нагло активировал это изобретение, даже не спрашивая, хочу ли я этой проверки. А затем он выпучил глаза и, словно не веря тому, что увидел, пару раз перезапустил это маленькое, компактное устройство.
Я лишь усмехнулся на это и принялся ждать вопросов.
— Не подскажете, — пробормотал Штирлев. — Как вы в восемнадцать лет, Георгий, смогли достичь ранга — Воитель? Это… — он перевел взгляд с изобретения на Распутину, а затем на меня. — Почти невозможно! В истории, я, пожалуй, даже и имени мага не вспомню, кто в таком возрасте…
— Это родовая тайна, — перебила его нахмурившаяся Распутина. — Гоша не обязан раскрывать такие подробности.
  
Полковник перевел взгляд на неё, явно заинтересовавшись моей сударыней. Он пожевал губы, словно додумывая что-то, а потом задал вполне логичный вопрос:
— Родовая тайна? Так бывает?
— Мы не скрываем своих рангов, — опять же ответила Распутина. — Но методики их достижения — это сугубо личное дело каждой семьи.
— Что ж, — спустя короткую паузу, сказал полковник. — Это весьма разумно.
А затем он перевел взгляд на меня. Словно ждал, что я как-то это прокомментирую. Но я лишь улыбался, и полковнику это явно не нравилось.
— Георгий, — начал было он. — Это действительно так?
— Не верите моему юристу? — я подмигнул Кате. — А зря.
Не сказать, что Штирлева устроил мой ответ, но тем не менее он переключился на другие вопросы. Которые, к слову, не относились никаким боком к истории с Паперскими. Я понял почти сразу, что за мной очевидная слежка, и имперскую службу очень интересуют мои боевые разработки. Не Устранителей, а саму империю.
Штирлев задавал вопросы, один за другим, касающиеся разработки големов и их применения. С явным намёком на то, что такая разработка, да в нужном русле, может многое перевернуть.
Причём он прямым текстом не говорил, что им нужны големы, а лишь намекал. И это, пожалуй, меня «вышибло». Уж что-что, а торговать «задницей» я не собирался. Ни с каким-либо родом, ни с Устранителями, на что я уже дал отказ. И уж тем более я не собираюсь спонсировать разработками армию.
— Я понимаю, к чему вы клоните, — наконец не выдержал я. — Но поймите. Мои големы — это человеческое изобретение. И они принадлежат только мне. Никому больше.
— Если вы не против, — Штирлева не смутил мой ответ. — Мы бы хотели повторить эти вопросы позже, под детектором лжи.
«Детектор? — я начал заочно соображать причину такого. — Хех, думаете, я засланный казачок?»
В целом причины стали мне понятны. Империя, ну либо глава Царской Охранки, беспокоится за то, что я могу быть иностранным «специалистом». Который несёт угрозу империи. Может, конечно, что-то другое, связанное, например, с демоноидами или моим желанием захватить власть, чего не было.
И тем не менее воевать и ругаться с Охранкой я не собирался. Детектор? Хорошо. Если вы после этого от меня отстанете, я буду только за.
— Хорошо, я не против, — пожимая плечами, ответил я. — Детектор, так детектор. Я так понимаю, он у вас тоже с собой? — моя ухмылка смутила Штирлева, но лишь на миг. — Могу пройти прямо сейчас.
— Да, — потерянно ответил полковник. — А вы проницательны, Георгий.
Допрос длился десять минут, не больше. Штирлев вышел сначала на улицу, принёс из машины кейс и начал раскладывать оборудование на столе. Затем ко мне были прилеплены датчики, на самом устройстве горели разноцветные огоньки, и в целом всё было «красиво».
Но Охранка меня удивила. Зная, что я электромант, и понимая, что я не прост, они раздобыли артефакт, который мог считывать вмешательства в технику.
Артефакт представлял собой небольшую плату, которую он прицепил последовательно к датчикам.
В завершение Штирлев подвёл итог, который, как мне казалось, устраивал всех.
— У вас явно много талантов, Георгий Игоревич. И ваш ранг, и ваши изобретения говорят сами за себя. Надеюсь, вы понимаете, что столь выдающиеся личности всегда привлекают внимание.
— Привлекать внимание, — твёрдо ответил я, — неизбежная часть пути. Но я предпочитаю идти своей дорогой.
Штирлев молча кивнул мне, поднимая чашку. А Катя лишь усмехнулась, наблюдая за нашим обменом репликами, словно бы готовая защитить меня в любой момент.
И что было немаловажным, всё время допроса в ней пылала энергия электроманта и чумницы. Она реально была готова наброситься на полковника и свернуть ему шею, если я почувствую угрозу или Штирлев сделает что-то экстраординарное.
Полковник Штирлев и заместитель начальник Царской Охранки, Потемкин.