Гром Раскатного. Том 7 (СИ)

— Ну да, — кивнул помощник. — Тут же ещё ситуация такая… складывается. Официального патента на существование этих роботов нет. То есть мы даже за смерть гвардейцев от его роботов ничего предъявить не можем! Малёк не дурак, тоже это понимает.
— Только пока ничего не предпринимает, — загадочно ответил Паперский. — Так. Усилить кольцо. Передай лейтенанту Обухову, чтобы отправили к кольцу сильных и дополнительные силы. Нам нужно точно понять, насколько силён этот юнец.
Его идея пришлась по вкусу всем присутствующим, кроме одной статной женщины.
— Почему сразу не ударить всей силой, а? — она посмотрела на главу рода через свои огромные линзы очков. — Нельзя позволять такому юнцу из Ибинево так обращаться с нами!
— Мы не можем рисковать, Клавдия, — не поворачиваясь к советникам, ответил Паперский. — Не можем трогать ни людей, ни оборудование, которое может быть связано с Охранкой. Если повредим что-то важное для них, это станет политической катастрофой.
— Но… — только было начала она, как Паперский обернулся и одним взглядом велел ей замолчать.
— Действуйте осторожно. Наша цель — прощупать его возможности. Заставить его раскрыть карты. Раскатный должен сам начать действовать. Если он нападёт на нас, это даст нам предлог для дальнейших действий.
— То есть будем просто молча стоять и получать по шее? — спросил ещё один из советников. — Тактика-галактика, конечно…
— Ты сомневаешься в моих решениях, Вадим? — острый взгляд Паперского заставил советника захлопнуть рот. — Пусть Раскатного загонят в угол. Но без резких движений.
И Клавдия всё же не успокаивалась:
— А если он продолжит сдерживаться? — женщина опасливо покосилась на главу рода. — Если у него есть все ресурсы для этого⁈
— Тогда будем отхватывать у него куски. Один за другим. Пусть он почувствует, как земля уходит из-под ног. И если он проглотит это молча, мы пойдём дальше.
В его словах сквозила хищная уверенность, которая граничила с цинизмом.
— Начнём с самого очевидного, — добавил он. — Ударим по его связям. Например, похитим Екатерину Распутину, его вассалку. Как по мне, очень хороший удар.
После услышанного советники начали переглядываться между собой. Но никто не осмелился возразить.
— Моя стратегия — проста, — начал заканчивать глава рода. — Осторожные, выверенные удары, которые раскроют слабые стороны Раскатного и заставят его раскрыть свои силы. А если тот проигнорирует угрозы — он будет терять всё больше. Но все мы понимаем, что Раскатный — лишь мальчишка, — усмехнулся он, садясь за стол. — Итак — действуйте!
* * *
О том, что Паперские усилили свой гарнизон и, собственно говоря, само кольцо вокруг фабрики батареек, я узнал по докладам гвардейцев, ну и, разумеется, по камерам.
Усиление, к слову, проходило сутки. Я молча наблюдал через камеры за тем, как одна за другой грузовые машины приезжали на территорию и из них выкатывали то оружие, то выскакивали гвардейцы.
Ситуация накалялась, и такое количество противников сильно затрудняло попытки любых моих скрытых маневров.
И это мне очень не нравилось. На фабрике было кое-что очень нужно мне, и это нужно было забрать.
Во славу Великой Электрожабе удача улыбнулась мне, когда ко мне в усадьбу приехала Верескина. В тот самый миг, когда я собирался выезжать к Шурупычу.
Она услышала, что происходит, от своих людей, затем отзвонилась Кате и решила, что мне нужна помощь. Только предложила ее, так сказать, грубо.
— Центр Устранителей, — Верескина стояла на крыльце моего дома, рядом со мной. — Может вмешаться в это! И защитить тебя!
— Они, конечно, помогут, но за это я стану их рабом, — хмуро ответил я. — С условием, что я подпишусь на штатную службу и буду работать на них. Нет уж, я сам справлюсь с Паперскими.
— Тебе нужна помощь? — с беспокойством в глазах спросила Тамара. — Если я могу чем-то помочь, только скажи.
И, блин, а мне помощь-то нужна… только не такая, какую предлагает Верескина. Так что я коротко кивнул и рассказал ей свой план. Тамара, конечно, была против вранья, но ситуация, так сказать, была к месту.
  
Через четверть часа мы приехали к моей фабрике по производству батареек с десятком гвардейцев и Тамарой. На грузовике, в кузове которого были кости дракона.
Внаглую приехали на пост, спешились, и я с возмущением потребовал пропустить меня. На что Тамара сообщила присутствующим о том, что она офицер Устранителей. А затем заявила, что оборудование на фабрике необходимо для выполнения срочного заказа Центра.
Конечно, ее слова вызвали недоумение, тем более что гвардейцам было многое известно.
К нам вышел высокий мужчина с бакенбардами, каменным лицом и заячьей губой.
— Нам известно, — начал он, скрестив руки на груди. — Что эта фабрика не используется для создания оборудования для Устранителей.
— Хотите подвести Центр Устранителей и подорвать их заказы? — усмехнулась Верескина. — Доведём до высшего руководства, что вы мешаете выполнению военных нужд.
Дальше был вопрос времени. Сколько Паперские будут между собой совещаться. И, как я и думал, они быстро приняли решение, что лучше бы нас пропустить.
Но они все равно нас сопровождали до самых ворот фабрики. А уже там молча замерли, глядя на то, как перед их носом закрываются огромные двери.
И тут началось!
Гвардейцы, которые прибыли со мной, мысленно матерясь, потащили кости дракона в потайную комнату, где меня дожидался очищенный, чумной кристалл. Ну а уже там…
— Ой ля, — я предвкушал нечто великое. — Итак, всем выйти, кроме… — я повернулся к Верескиной. — Тебя. Твой доспех, если что, выдержит удар. А вот вы, мои дорогие, — я повернулся к гвардейцам, — в общий зал, до следующих моих указаний.
Когда все ушли из комнаты, оставив меня, Тамару и кости с кристаллом — в скромной компании, я начал.
Используя кости дракона и энергию кристалла, я сначала создал чистейший эфир! А затем — огромного, мать его, настоящего фамильяра в форме электродракона.
Не маленького мезофамильяра, а настоящую махину! Бу-га-га-га!
Дракон получился размером с лошадь! Он сиял, искрился электрической энергией, будто бы был живой. А его глаза горели небесно-синим. Но он был еще не завершен, оставалось лишь чуть-чуть…
— Это… — протянула Верескина. — Что? Ты… ты… ты только что создал дракона?
Я молча кивнул, придавая фамильяру окончательную форму. Искрение стало ярче, а затем я велел фамильяру погрузиться в кристалл, чтобы впитать всю энергию, которая была там.
— Ну, а теперь, — я улыбнулся, поворачиваясь к Тамаре. — Сударыня, уезжай, хорошо?
— Что⁈ Нет! — тут же возразила она. — При мне они побоятся на тебя напасть! А если я уйду, то…
— Мне это и нужно, Тамара, — парировал я. — Уходи. Мне нужно, чтобы они сделали первый шаг.
— Ты слишком рискуешь, — тихо сказала она, наклоняясь ко мне. — Я понимаю, что ты хочешь…
— Уходи, — уже более грозно велел я. — Я справлюсь.
Блин, сударыни, да что с вами вообще такое? Верескина решила меня поцеловать на прощание, но взяла с меня слово, что я позову ее, если все станет прям «жопно».
И как только Верескина уехала, Паперские пошли на очевидный шаг. Они решили взять меня «тепленьким», пока я находился без защиты Устранителей.
Но и тут я подготовился. В данный момент к фабрике должны были подъехать големы вместе с Людкой. Так сказать, в виде фан-сервиса поддержки.
А затем время замерло. Я сидел в своей потайной комнате, уже просто горя желанием уничтожить этих утырков новой силой. Големы и Люда также стояли и ждали моего приказа, а эти сволочи все не шли и не шли…
Но, как я и думал, Паперский сделал свой ход.
Вскоре несколько человек проникли внутрь здания. Я услышал голос, призывающий меня сдаться и не сопротивляться, и тут я встал. Вышел из потайной комнаты и направился к ним навстречу, в узенький коридор.
Когда они увидели меня, я хищно улыбался.