Никогда больше (ЛП)

— Виолетта? — мой голос был напряженным.
Виолетта — та, которая украла у меня Августа. Виолетта, идеальный материал для главной героини.
Она одарила мне теплой улыбой, она выглядела, как всегда, просто великолепно.
— Давно не виделись. Как ты?
— Ужасно, — выпалила я, готовая разрыдаться перед девушкой, которую я бы назвала воплощением совершенства. — Моя жизнь на грани развала, а ты выглядишь великолепно, счастливо, а это совсем не то, что мне сейчас нужно!
Она сглотнула и подняла несколько книг, прижимая их к груди.
— Прости за грубость. Просто я завидую, — призналась я, помогая ей собрать остальные книги, прежде чем мы выпрямиться. — У тебя есть Август, и теперь вы, ребята, женаты. Я следила за вами, потому что я странная, и я смирилась с этим. Я рад за вас.
Мои откровенные монологи вернулись, и я понятия не имела, почему не могу сдержать свои эмоции. Я собиралась разобраться с многолетним разочарованием, держа всё это в себе.
— Я понимаю, — она поправила очки, то ли ненавидя меня, то ли злорадствуя. — Это забавно, потому что тогда я отчаянно хотела быть твоей подругой.
— Моей подругой? — я приподняла брови.
Она слегка улыбнулась мне.
— Да. Я чувствовала себя глупо рядом с тобой. Ты произвела на меня впечатление. Однажды я даже попыталась подражать тебе и купила бант для волос, похожий на твой, но я выглядела нелепо.
— Подожди, что? — мой голос эхом разнесся по пустому коридору. — Ты? Ты завидовала мне? Но ты само совершенство!
— Ты знаешь, как может быть утомительно — пытаться быть совершенной?
Её фраза задела меня за живое. В конце концов, мы с Виолеттой не так уж сильно отличались. Конечно, она была полной моей противоположностью, но в глубине души мы понимали друг друга в одном и том же невозможном стремлении к совершенству.
— Вы счастливя? — спросила я её. — Вы всё ещё любите друг друга? И, пожалуйста, будь честна. Я двигаюсь дальше.
— Да, мы очень счастливы, — она пожала плечами и одарила меня извиняющейся улыбкой. — Прости, что мы причинили тебе боль. Мы не хотели этого.
— Я знаю, — я вздернула подбородок. — Я могла сказать, что он влюбился в тебя с первого взгляда. Каждой истории нужен злодей.
— Я не хотела быть злодейкой в твоей истории, — извинилась она.
— О нет, я имел в виду себя!
— Себя? — она нахмурилась. — Я никогда не думала о тебе как о злодейке, но как о ком — то, кем я стремилась быть. Настолько сильно, что я тогда назло тебе попросила директора закрыть подсобку.
— Это из — за тебя?
Я так и знала! Эта су—
— Не то, чем я горжусь, — она погладила себя по руке. — Я даже закрыла её на ключ. Я чуть не заперла там странного парня. Я пыталась поговорить с ним, чтобы извиниться, но он был тем грубияном, который сказал, что мне не идет бант и что я жалкая копия кого — то несравненного. Поверь мне, сразу после этого я выбросила этот бант…
— Я не удивлен, что он сказал такого, — усмехнулась я, зная, что это мог быть только Аякс, и внезапно я была готова подвести черту под прошлым. — На самом деле было очень приятно снова увидеться с тобой, но мне нужно забрать свою сестру. Я желаю вам много счастья, серьёзно.
— И тебе тоже. Если ты когда — нибудь захочешь выпить кофе или ещё чего — нибудь, я свободна в выходные, пока дети спят.
Точно. У них были дети. Я не смогла удержаться от гримасы и уверена, что мы никогда больше не встретимся и не станем друзьями, потому что это было бы слишком странно. Из положительных моментов, я не чувствовала себя жалкой развалиной, разговаривая с ней. Я чувствовала себя в какой — то степени могущественной.
— Я тебе позвоню! — я бросилась прочь из коридора, уже опаздывая.
У меня не было номера телефона Виолетты.
Я просто бросила её.
Мне следовало бы чувствовать себя виноватой, и небольшая часть меня чувствовала этого, но другая, с дьяволом на моем плече, улыбалась, потому что я отпустила прошлое.
 
Я ждала Луну на станции, как одинокая домохозяйка, наблюдающая за ссорой соседей, нахмурившись и скрестив руки на груди. Прошло пять минут с тех пор, как прибыл её поезд, а её всё ещё здесь не было, в то время как большая семья со своими десятью детьми уже садилась в такси. Я даже решила взять дело в свои руки и подошла к сотрудникам вокзала. Я спросила их, могу ли я зайти в вагон поезда, чтобы найти её, на что они, очевидно, ответили отказом.
Я была готова полностью сойти с ума, когда чей — то голос вывел меня из состояния безумия.
— Аврора! — этот голос я узнала бы везде. Моя младшая сестра последней сошла с поезда в своем клубничном платье и с чемоданом в руках. — Прости, я просто не люблю выходить первой. Все кричат.
Я была не из тех, кто легко раздаёт объятия, но я прижала её к себе так крепко, как будто она была на грани расставания с жизнью.
— Всё в порядке. Я так счастлива, что ты здесь.
Я улыбнулась так сильно, что у меня заболели щеки, и взяла её багаж, уже спеша найти попутку.
— Я составила список того, чем мы можем заняться, пока ты здесь. Это будет потрясающе! Мне просто нужно провести несколько репетиций с фондом L'espoir, и ты должна мне помочь. Мне нужен твой талант.
Её зеленые глаза прищурились, изучая меня.
— Что — то в тебе изменилось…Ты полна жизни и в то же время опечалена.
— Опечалена? — я изобразила смех. — Я не могу быть счастливее. Наконец — то ты здесь.
— Твои глаза сияют, — она подняла бровь, одарив меня взглядом младшей сестры, в котором ей ни в чем нельзя отказать. — К тому же, ты настолько гиперактивна, что даже не поняла, что выход с другой стороны. Но это нормально. Ты живешь здесь сколько, семь лет?
Я фыркнула, на этот раз двигаясь в правильном направлении.
— Ты слишком умна — это раздражает. Но больше не морочь мне голову, иначе я не дам тебе прочесть мою рукопись.
— Лучше бы для меня была красивая страница с посвящением, — скомандовала она, заправляя прядь своих светлых волос, чтобы отправить сообщение по телефону. — Ты должна рассказать мне, по крайней мере, о чём она.
Я всё продумала. Я не смогла бы сделать аннотацию, даже ради спасения своей жизни. Я могла бы сказать ей, что это история о злой королеве, живущей в замке на отшибе, и о волшебнике, чья магия была подобна искусству. О волшебнике, который медленно умирал. Злая королева была изгнана принцессой давным — давно, потому что она влюбилась в принца, за которого должна была выйти замуж. Принц разбил ей сердце, выбрав принцессу, которая была простой простолюдинкой. Злая королева ожесточилась и получала удовольствие от грустных концовок.
Волшебник заставил всё умереть вокруг себя. Он чувствовал себя опустошенным, живя один в бездушном поместье. Но однажды новоиспеченный принц отправил его в замок убить злую королеву вместе с самой свирепой женщиной — рыцарем, вдохновленной моей сестрой. Но волшебник влюбился в королеву. И когда это произошло, его магия превратилась во что — то прекрасное. Жители деревни увидели, какой была злая королева; в начале она была полной надежд и доброй крестной матерью. Женщиной, которая хотела, чтобы у неё был счастливый конец. Но волшебник, восстановив свою магию, оставил её ради славы и красоты жизни в золотом дворце принца. А чем закончилась история? Понятия не имею.
Я не могла рассказать ей всего этого, поэтому сказала:
— Это история любви с двумя антигероями.
— Хм, думаю, мне придется прочитать это, потому что ты не рассказала ничего существенного.
Я застала её за тем, что она фотографировала себя, думая, что я на неё не смотрю, но я видела всё.
— Кому ты это отправляешь? — спросила я. Я говорила как полицейский, указывающий ей, что она может или не может делать.
— Райану, парню, о котором я тебе рассказывала… Он действительно милый, и он хотел убедиться, что моя сестра действительно забрала меня, — её щеки покраснели.