Никогда больше (ЛП)
— Я встретился лицом к лицу со своим отцом. Рассказал ему правду о том, кем и чем я хотел быть. Он сказал, что если я решу поставить его в неловкое положение, мне следует просто уйти и никогда не возвращаться. Так я и сделал. Я оставил свою семью, свой трастовый фонд и никогда не оглядывался назад, — его челюсть сжалась. — В восемнадцать лет я был практически бездомным. Я сменил пару работ, чтобы выжить, чаще всего был официантом в Париже, и именно тогда я записался на курсы Бернарда с теми небольшими деньгами, которые у меня были.
— Какой грубый придурок! — моя нога ударилась о приборную панель машины. — Твой отец потом извинился?
— Я не видел его с того дня. Он отрекся от меня.
— Что? — я снова сорвалась, мои колени ударились о машину так, что синяки не сойдут ещё несколько дней.
Аякс нахмурил брови.
— Ты в порядке?
— Да, — простонала я, поглаживая колени. — Ты хочешь сказать, что мы собираемся увидеться с твоим отцом прямо сейчас, когда ты не общался с ним сколько, десять лет? И ты втянул меня в эту передрягу?
— Верно.
Я откидываю голову назад.
— Это кошмар. Ты поэтому взял меня с собой? Потому что ты знал, что твой отец возненавидит меня, поскольку я олицетворяю собой практически всё странное?" Это какой — то заговор мести или что — то в этом роде?
— На самом деле это благодаря тебе я изменил своё решение.
Мне?
— Я не сомневаюсь, что ты либо очаруешь его, либо заставишь его выглядеть неудачником. Такое я видел только один раз за всю свою жизнь. Когда они приподнимает брови и прикусывает внутреннюю сторону губы. Это означает, что он побежден своим противником. Но если он широко и резко улыбается, это означает, что он собирается уничтожить тебя, и я предлагаю тебе бежать.
— Господи, спасибо тебе за подсказку, — я закатила глаза, сделав мысленную заметку сосредоточиться на прикусывании губ, а ещё одну — следить за тем, чтобы не показывались зубы. — Он знает, что мы приедем?
— Я думаю, что да. Он пытался связаться со мной, поскольку узнал от моего брата, что я был на пути к тому, чтобы разбогатеть. Полагаю, он внезапно счел, что я достоин фамилии, и понял, что у него появилась ещё одна игрушка в его игре.
— Ты знаешь, что описываешь своего отца как какого — то тирана. Не того злодея, который нам нравится, — под ‘нами’ я имею ввиду себя и героиню моего неопубликованного романа.
— Если это тебя хоть немного утешит, у нас есть фонтан, — его глаза встретились с моими, в них было ехидство. — На случай, если тебе снова захочется промокнуть.
— Ты помнишь, что я не хочу тебя ненавидеть? Ну, ненависть может вернуться, если ты нажмешь на мои кнопки. Плюс, я всегда мокрая из — за тебя… — я прикусила язык. Чёрт возьми. — Я. Не. Полезу. В. Ваш. Фонтан. Это всё, что я скажу.
— Поверь мне, Аврора, — его взгляд остановился на дороге. — В следующий раз, когда я сделаю тебя мокрой, это будет не из — за фонтана или моря.
От этого комментария у меня перехватило дыхание. Слова Аякса казались маловероятными, и всё же он сказал это. Он подразумевал то, что, я думаю.
— Ты действительно знаешь, как успокоить мои нервы. Таким образом, я уверена, что не опозорю ни себя, ни тебя перед всем наследием Клемонте. Или, может быть, я просто спрячусь в вашей темнице или еще где — нибудь.
— У нас есть пещера, — тонкая улыбка тронула его губы. — Феям не положено прятаться, и они обладают магической силой.
— А рыцари в сверкающих доспехах должны спасать попавшую в беду девицу, а не тащить её в логово дракона.
— Но я не рыцарь, так же как и ты не девица в беде, Аврора. Мы уже установили, что за этими слоями цветущего солнечного света у тебя есть шипы, подобные самому острому мечу.
— Боишься, что я заставлю твоё сердце обливаться кровью до смерти, мистер Клемонте?
— Ты даже не представляешь.
глава 20
— Ты издеваешься надо мной? У вас действительно есть замок!
Я дважды моргнула, любуясь поместьем Клемонте: каменным замком с большим садом, затерянным в сельской местности. Несомненно, что — то, что принадлежало историческому наследию. Фотографии, которые я нашла на Картах Google, не отдавали этому должного.
— И, похоже, мой отец пригласил всех своих коллег, — Аякс поправил свой костюм, разглядывая гостей. Все мужчины были одеты в элегантные рубашки, вероятно, им было за пятьдесят. Что касается их жен, то они были либо в костюмах, либо в строгих платьях. Рядом с ними я выглядела как маршмеллоу или чирлидерша — психопатка. — Сегодня важный день не для моего брата, а для Леона. Снова.
Я достала свой телефон и включила фронтальную камеру.
— Иди сюда, давай сделаем селфи. Это только для моей сестры.
Он с сомнением нахмурился.
— Селфи?
— Да, это то, что делают люди, когда веселятся и создают воспоминания, понимаешь? Ладно, приготовься. Рз. Два… — я сделала фото с холодным, неулыбчивым Аяксом и отправила его своей сестре. — Похоже, это твоё первое селфи.
Я: «Посмотри, где я!!! (Да, это тот, с кем я ходила на благотворительный балл, его зовут Аякс, и это своего рода его замок).»
— Возможно, так и есть, — Аякс казался почему — то обеспокоенным. — Что ответила твоя сестра?
Луна: «Вау, ты вытащила его из одного из своих романов?? Кстати, на заднем плане сердитый старик.»
— Она сказала, что там сердитый старик, — я попыталась увеличить фото, проверяя, смогу ли я убрать этого человека в фотошопе.
— Она думает, что я похож на сердитого старика? — он нахмурился ещё сильнее.
— Не ты, а…
— Это не туристическая достопримечательность, — нам подошел сердитый старик, о котором шла речь.
— Это он, — прошептала я Аяксу, схватив его за руку под пристальным взглядом человека, известного также как отец Аякса, Леон — благодаря моим исследованиям или слежки.
Тут я подумала, что они поприветствуют друг друга, но Леон решил отвернуться, чтобы продолжить беседу со своими гостями.
Меня словно ледяным душем окатили.
— Он что, просто проигнорировал нас?
— Это Леон, пытается произвести впечатление.
— Ты приехал, — Арчибальд, одетый в бежевый костюм, кивнул своему брату. — Не могу поверить, что мне придется работать с этими придурками. Я их терпеть не могу, — затем он повернулся ко мне с резкой улыбкой, что — то среднее между хмурым выражением лица Аякса и взглядом юриста, который уничтожит тебя во время судебного разбирательства. — Сегодня у Клемонте что — то вроде свадьбы. Мой брак с медициной.
Я рассмеялась.
— По — моему, звучит довольно жестоко, но эй, поздравляю. Пусть вы с женой измените мир.
— Спасибо тебе, Аврора. Держу пари, это ты убедила моего брата притащить сюда свою задницу.
— Скорее мы опаздывали из — за меня, — призналась я.
— И ты выглядишь совершенно не вписывающейся в здешний пейзаж, который мне очень нравится. Представь лицо отца, когда…
Мои глаза широко раскрылись, когда Аякс вмешался.
— Где мама?
— Леон попросил её переодеться в другой наряд, гораздо более подходящий, чем…пижама. Кое — кто помогает ей.
— Аякс? — раздался позади нас слабый голос. Он исходил от женщины, стоявшей у двери. — Ты здесь.
Его мать. У неё была яркая улыбка, легкий макияж и фамильные драгоценности, которые придавали ей элегантный вид аристократки или какого — нибудь члена королевской семьи, её волосы были аккуратно собраны в пучок.
— Мама, рад тебя видеть, — сказал Аякс, когда его мать подошла, чтобы взять его за руки. Я отступила, готовая дать им немного пространства, но он представил меня. — Это Аврора. Она пишет о романтике, как в тех книгах, которые ты любишь читать.
Она повернулась ко мне и изучающе посмотрела на меня с добрым выражением лица, которое доказывало, что не все свекрови из сказок могут быть злыми, и…Свекрови? Он не мой парень. Аякс не мой…