Гимн шута Х (СИ)

Кое-кому же поплохело изрядно. В классах учились всякие… личности: в том числе подлецы, трусы, просто сволочи. Но вот идиотов не было никогда. Даже со связями пропихнуть через строгое сито отбора своих чад «обходными путями» не могли себе позволить и Первые Семьи.
В общем, припомнив «бойню в столовой», однокашникам не составило труда представить последствия такого «заряда», будь он вложен в оформившийся Лед. Тем более, времени поразмыслить было вполне достаточно. Например, во время попытки свидетелей подняться на ноги. Далеко не все оказались готовы к «сногсшибательной» волне чистой Силы.
Троицу, кстати, просто разметало в разные стороны. Однако каждая из них на радость клановым инструкторам вполне резво вскочила и напряженно застыла в ожидании следующего удара. И, по ощущениям Павла, он вот-вот должен был быть нанесен.
— Вика, успокойся, — негромко потребовал клановец.
К его собственному удивлению, девушка послушно замерла в покорной позе, еще ниже опустив голову в поклоне.
— Как скажете, господин…
Это проняло свидетелей едва ли не лучше «выброса».
— Вы… уходите!
Для контроля молодой человек даже перекрыл Юсуповой директрису возможного удара. Очень хотелось надеяться, что ему не придется об этом пожалеть.
— Время, — вмешался преподаватель, пусть и понявший, что происходит нечто необычное, но, по освященной веками традиции сего учебного заведения, вмешиваться в разборки «небожителей» не стал. Да и служебная инструкция подобного варианта не предусматривала. В случае нештатной ситуации неодаренный профессор обязан был известить службу безопасности Классов, но никак не лезть в разборки слушателей самостоятельно. Прибьют же и не заметят без должной подготовки. Единственное, что примиряло с ситуацией известного в империи и за ее пределами исследователя международного права — более чем щедрая оплата его услуг, с лихвой перекрывающая все риски. В конце концов, у него свои дочери подрастали. И их необходимо было выучить и выдать замуж. А все это требовало огромных даже по меркам его более чем нескромного дохода сумм.
— Пойдем? — прозвенел звонким колокольчиком неестественно счастливый голос «уралочки», а сама она подняла взгляд и, чуть наклонив голову к левому плечу, мило улыбнулась.
«Уже и до аниме добрались!» — мысленно ахнул Павел, вновь пообещав себе серьезно поговорить с полицейской. Нет, он ничего не имел против изучения древней анимации, но всему же должен быть предел!
Вслух же он возмущаться не стал. Лишь незаметно вздохнул и сделал первый шаг к свободным местам римской аудитории. Юсупова тут же пристроилась следом за его левым плечом.
* * *
— Неделя, — негромко сообщила Кошкина, присаживаясь за столик Павла.
От одного тона девушки все надежды молодого человека на спокойный почти семейный обед в компании Вики и Светы разом рухнули. Впрочем, парень себе врал. Неладное он заподозрил в тот самый миг, когда заметил проскользнувшую в Главный зал Лену. Ей давно уже никто не чинил препятствий в том. Самые же горячие головы остужала та легкость, с которой красотка махнула рукой устроившемуся чуть ближе к входу Воронцову… и, что важнее, вполне себе дружелюбный жест со стороны Матвея Александровича. Вот только девушка до сих пор предпочитала обедать в других столовых. Да и занятия у нее, насколько помнил Волконский, проходили в дальнем корпусе.
— Что случилось, — тут же подобрался он, едва девушка рухнула на свободный стул.
— Матримониал, — откликнулась… сестренка, пока Кошкина собиралась с мыслями. — Девяносто три процента.
— Паутовы? — уточнил тут же Павел.
Просто на всякий случай. Все-таки целительница практически в любой семье была бы желанным пополнением. А уж с такими талантами…
— Паутовы, — подтвердила Елена, резко кивнув, отчего несколько вьющихся прядей упали ей на лицо. — Обозначили срок, после которого они инициируют канцелярское разбирательство по долгу моей семьи.
«Что б вас всех!» — коротко вздохнул Волконский. Мысленно, естественно. Столько сложностей из-за всяких так этикетов, традиций и прочих негласных правил. Если бы не они, то вопрос молодой человек решил бы самостоятельно. Да, сумма была большой. Для него в том числе. Строго говоря, у него и денег таких не было. Но если поставить задачу… Собрал бы. Наверное. Готов он был и на радикальные меры. Но даже предложение с его стороны ситуацию не решало. Кошкины все равно оказывались на грани разорения. И это в лучшем случае. Если разбирательство возглавит невероятно лояльный семейству целителей представитель Канцелярии Е. И. В. Во всех иных случаях они отдадут все. И еще останутся должны. Сильно.
  
— Сколько? — спросил молодой человек негромко.
— Неделя, — сообщила Лена. — От сегодняшнего.
Юсупова улыбнулась. Со стороны могло показаться, что чуть насмешливо. Однако подобное выражение Волконскому уже было известно. И оно не предвещало ничего хорошего. На лице «уралочки» огромными буквами читалось предвкушение.
А аналитик призадумалась.
— Хороших вариантов не вижу, — сообщила она через несколько секунд. — шансы выбраться есть. Но твоя Семья потеряет либо в репутации, либо попадет под финансовый удар.
Красивые глаза Елены заметно погрустнели. А хуже всего было то, что смотрела она только на Павла.
— Совсем никаких? — уточнила девушка без особой печали в голосе.
Ситуация была довольно прозрачна. Она и не надеялась, что выбраться удастся без потерь. Весь вопрос сейчас оставался в вечной категории «Сколько?».
— Я…
— Сейчас помолчишь и дашь мне подумать, — негромко вздохнул молодой человек.
Юсупова уже многое не удивляло в отношениях брата и сестры. Но и она не ожидала, что Волконская послушно пристигнет одну губу к другой и продолжит смирно ждать решения Павла.
— А как же?.. — лишь поинтересовалась негромко Виктория.
— Да, спасибо, — чуть отстраненно согласился молодой человек и взялся за вилку.
Одним точным и ловким движением он наколол кочанчик брокколи на зубчики и поднял «добычу» на уровень глаз, после чего задумчиво уставился половинку соцветия.
За столом воцарилось тишина.
Некоторое время клановец предавался воспоминаниям. Буквально посекундно он восстановил в памяти встречу с Дмитрием. «Мой ответ — нет!» — почти наяву услышал Павел нервный голос «женишка». «Да кто ты такой⁈ Родился с серебряной ложкой в заднице и считаешь, что все можно, да⁈ Да ты без родичей чего стоишь-то, а⁈» — голос превратился в полное ненависти шипение. И как закономерный итог: «Я угрожаю лично тебе!»…
— Лен, — негромко уточнил Павел, вновь открывая. — Так на что ты готова?..
В прошлый раз прозвучали слова «… чтобы отомстить». Сегодня был иной случай. Но Кошкина мгновенно вспомнила первый день их знакомства.
— В прошлый раз ты облапал меня прямо на улице, а после и вовсе затащил в постель.
Волконский задумался на миг. На его памяти там все было немножечко не так. Особенно в части «затащил». Однако уточнений от молодого человека явно не ждали.
— На многое, Паша, на многое.
И даже не уточнила «А что именно ты собираешься сделать?». Такое доверие было достаточно красноречиво без всяких уточнений.
— Хорошо, Елена Викторовна, — кивнул парень. — Вот только я тебя предупреждаю: придется заплатить. Возможно, дорого. Нам обоим. Согласна?
Девушка уверенно кивнула и скупо улыбнулась… вновь минуя стадию вопросов. Вместо этого она просто встала и направилась в сторону выхода из зала, подвесив в воздухе короткую фразу:
— Удачи, Паш, я в тебя верю!
Несколько секунд парень проверял, хорошо ли рассмотрел кочанчик. Однако его вновь отвлек очередной голос.
— Павел Анатольевич… — начал было он и тут же осекся.
Неудивительно, ведь его перебил самый натуральный рык.
— Р-р-р-р, — действительно изобразила тигрицу Юсупова.
Негромкий басовитый звук, сдобренный толикой Дара, заставил вздрогнуть всех в радиусе десятка метров. Да что там говорить… Даже Павла пробрало слегка!