Гимн шута Х (СИ)

Тут юный претендент на Трон изрядно лукавил. Он хоть и не имел достаточного опыта, но уже прекрасно знал, что самые страшные междоусобные случаи резни в рядах «уральцев» происходили именно поэтому. И все в зале об этом знали. Вот только вслух такие вещи говорить было не принято. Равно как и сочувствовать «попавшемуся».
— Кроме того, двадцать один гвардеец нашего клана отдал жизнь из-за ваших игр, — продолжил претендент. — Сейчас вы угрожаете развязать войну с императором и одним из самых серьезных кланов империи лишь ради сохранения собственного поста. Я ничего не перепутал?
Ровные и спокойные слова на зал впечатления произвели. Многие из собравшихся и сами в свое время дел натворили немало, чтобы добиться нынешнего положения. Однако «развлечения» главразведчика явно выходили за любые, даже достаточно широкие, границы нормы. Ибо ставили они под удар всех. Само существование «уральцев» в нынешнем виде.
— Всего лишь слова, — презрительно бросил Константин Ильич. — Они ничего не значат. Будут ли доказательства?
Игнат едва заметно дернул уголком рта. Возможно, в этом движении зарождалась легкая презрительная ухмылка. Однако молодой человек мгновенно вернул «масочку» на свое лицо. Он даже отвечать не стал. Просто сдержанно развел руками. Мол, а чего доказывать-то? Сам же выступил на все деньги.
Никто в зале не сделал и лишнего движения. Не мальчики, в конце концов, собрались. У многих был опыт и не таких кризисов за плечами. Однако общее настроение все равно неуловимо сместилось. И явно не в сторону вставшего со своего места разведчика.
— Я могу доказать каждое свое слово, — наконец склонил голову Игнат. — По запросу материалы расследования будут предоставлены незамедлительно.
— Фальсификация, — уверенно отрезал Константин Ильич, небрежно поправляя едва заметно сбившийся галстук.
Собственная голова — тот самый приз, за который побороться стоит всеми силами. Сдаваться лишь потому, что «какой-то сопляк», по его собственной терминологии, заявил о наличии доказательной базы, мужчина не собирался.
— Это обвинение? — негромко поинтересовался наследник, приподняв бровь.
— Нет, — тут же откликнулся глава разведывательного управления. — Я допускаю ваше искреннее заблуждение в этом вопросе.
Обвинение все-таки прозвучало. Личное. Однако молодой человек спокойно кивнул.
— Хорошо, — согласился он. — Любой может ошибиться. Предлагаю вынести вопрос на коллегию… следующего заседания. Да, некоторое время придется побыть под наблюдением… Заметьте, я даже не настаиваю на аресте. К этому сроку мои люди подготовят имеющиеся материалы, чтобы у уважаемых судей была возможность изучить наши доводы. Вы также сможете ознакомиться с материалами обвинения и предоставить убедительное опровержение по каждому пункту. Что скажете, Константин Ильич?
Взгляды собравшихся плавно сместились на главразведчика. Предложение было более чем приемлемо. Коллегии судей, куда входили самые уважаемые члены клана, решали и не такие ситуации.
— Неприемлемо! — прозвучал надменный ответ. — Вопрос должен быть решен здесь и сейчас!
«Ну вот и все!» — оценил про себя воевода. Теперь сочувствующих или тех, кто рискнет прилюдно оказать поддержку этому человеку, в зале заседаний не осталось.
Кажется, о том же подумал и сам Константин Ильич. Или просто понял, что терять ему уже особо и нечего. Во всяком случае, он решил подвести итог своему «предложению» таким образом, чтобы разночтений не осталось.
— Я требую сохранить за мной должность главы разведывательного управления, — разнесся его голос по залу заседаний. — Зачем мне клан, если в нем нет меня? Альтернатива вам известна: война с Волконскими и гнев императора. Решайте!
«Дурак!» — едва заметно покачал головой воевода, набивая короткое сообщение из трех слов: «Мы все оплатим!».
* * *
— Ну еще бы, — хмыкнул негромко Павел.
А то он без сообщения Льва Демидовича не догадался бы еще полторы минуты назад подать тревожный сигнал.
«Нашел время переписываться!» — тут же прозвучал в наушнике голос Бойцова, наблюдавшего за сценой с высоты птичьего полета «глазами» одного из беспилотников.
  
— Мы предлагаем разойтись миром, — негромко произнес Волконский, никакого внимания на ерничание главы его уже формирующейся структуры безопасности.
Куда больше парня интересовал невысокий лысый мужичок с добрыми глазами бывшего особиста в форме «Скорпионов», который тоже явно тянул время, рассчитывая на прибытие «официальных» гвардейцев.
— Я Павел Анатольевич Волконский, — повторил молодой человек. — За моей спиной Виктория Львовна Юсупова в окружении офицеров СИБ и клановых гвардейцев. Осознаешь последствия, если у кого-то из твоих людей…
Юноша демонстративно медленно и плавно выставил вперед указательный палец левой руки и обвел им собравшихся.
— … Дрогнет рука.
Лысый едва заметно усмехнулся.
— Я видел настоящих клановцев, — покачал головой он, избегая, впрочем, всякой грубости (отчего Павел счел его умным человеком). — Они другие. Да и Виктория… Львовна эта не очень-то похожа на наследницу Великого клана.
Командир «Скорпионов» разочарованно развел руками. Мол, сам понимаешь.
— Кроме того, нас предупредили о появлении самозванцев.
Речь бойца была вполне спокойна и выверена. «Точно тянет время!» — оценил парень.
— Кто⁈ — раздался из-за спины клановца возмущенно-разочарованный голос "жены. — Да я… кхх-гхм!..
Кажется, кто-то все-таки догадался заткнуть ей рот. Возможно, даже буквально. Ладонью. Впрочем, оборачиваться, чтобы проверить свои загадки, молодой человек не стал.
— Предлагаю поступить следующим образом, — закончил мысль мужчина. — Вы сдаете оружие и дожидаемся прибытия людей государевых… чья личность не вызывает сомнения. Не думаю, что это займет много времени. В случае моей ошибки лично принесу свои извинения тебе и твоим людям.
А пальчик-то дрогнул. Вытянутый вдоль ствольной коробки. Однако Павел «поймал» его куда раньше, чем тот сместился на спусковой крючок. Да и командир «Скорпионов» вел себя в высшей степени разумно. Скорее всего, клановец на его месте поступил точно так же. Вся соль ситуации как раз таки и была в том, что у них просто не было времени на «выяснение личности».
Парень окинул взглядом доступное ему пространство таким образом, чтобы в любой момент времени держать в поле зрения командира наемников. Картина вырисовывалась не очень. Ребята им противостояли довольно опытные. И к бою явно готовые.
— Пойду я, — негромко хмыкнул лысый. — А то твой снайпер так неприятно в меня целится!
Однако вновь скрыться за монументальной рекламной конструкцией, установленной на обочине, он не успел. Так и застыл перед щитом, на котором была изображена устроившаяся на каком-то супер-пупер удобном матрасе девица. Акцент, естественно, был сделан на едва прикрытых ягодицах модели, и в тот миг Волконский как-то непроизвольно отметил их сходство с выбритой головой застывшего на месте командира наемников.
Замерший было мужчина неспешно обернулся к недавнему собеседнику, бросив на него острый взгляд. Человеку служивому надсадный, чуть шипящий звук движетелей боевого глайдера был знаком ничуть не хуже свиста несущихся к земле мин.
Идущая на сверхмалой высоте машина вынырнула из-за группы высоток, буквально протиснувшись между ними (ТАК «шутить» Волконский не решился бы никогда, но жизнь заставила!). Стальная «птица» сделала красивую горку над дорогой и, довольно лихо развернувшись, вошла в глиссаду. И нет, пилот вовсе не собирался садиться прямо на крыши авто. У него была совсем другая задача. Сбросить с внешней подвески пару «тяжей». И только-то!..
Бум!
Клановцу показалось, что дрогнула земля. Конечно, быть такого не могло, хотя… Шутки шутками, а на месте приземление первого «доспеха» асфальт брызнул осколками в разные стороны. Остается только гадать, какие секретные разработки государевых лабораторий позволяют оператору «тяжа» чувствовать себе комфортно при падении с такой высоты.