Бросаешь мне вызов, Тихоня? (СИ)

Иду в душ. Через двадцать сажусь в тачку, трогаюсь в сторону города. Всю дорогу в салоне играет классическая музыка. Мама любила и нас пыталась с детства приучить. После ее смерти долго не слушал, было отторжение. Отпустило недавно. Загрузил любимые произведения в отдельный плейлист.
Подъезжаю к дому Карины, волосы еще влажные, не успели высохнуть. На улице заметно похолодало, накидываю капюшон куртки и иду к подъезду. Дверь мне открывает Надежда Игоревна. Здоровается, на лице легкая улыбка, искренне рада меня видеть. Сегодня я с пустыми руками, обычно всегда что-нибудь привожу.
  
— Карина дома? — после того, как поздоровались с Надеждой Игоревной. Отходит в сторону, пропускает меня в коридор. Забирает куртку, вешает ее. Гладит меня по плечу, ища в этом жесте успокоение для себя.
— На кухне. Недавно встала, — от этой информации внутри все вскипает. — Ест сидит, — в глазах женщины застыла печаль. Сложно терять веру и надежду. Каро — единственная любимая дочь, Надежда Игоревна не может простить себя, хотя нет ее вины в том, что случилось.
— Не переживайте так, — я не могу ей ничего обещать, она и сама все прекрасно понимает. — Вы отдыхайте, а мы немного пообщаемся.
— Спасибо тебе большое, Демьян. Если бы не ты… — мотает головой. Украдкой смахивая слезы, уходит к себе.
Прохожу в кухню, закрываю дверь. Каро поднимает взгляд, выдавливает из себя улыбку, видно, что даже самое простейшее действие дается с трудом. Под глазами синяки, сами глаза красные воспаленные, лицо бледное безжизненное, губы бесцветные. Хочется схватить ее и трясти, пока мозги на место не встанут или придушить, чтобы мать не мучила и себя медленно не убивала!
— Не смотри так, — опускает ложку в горячую тарелку с бульоном, дует, медленно подносит ко рту, глотает.
Отодвигаю стул, сажусь напротив. Сложив руки перед собой в замок, жду, когда она доест.
— Я не употребляла, — проглотив еще несколько ложек супа. Правая бровь сама ползет вверх, выражая мое отношение к ее словам. — Сама не употребляла, — добавляет Карина, бросая ложку в тарелку. Морщится от боли. Я не спрашиваю, что у нее болит, мне по хрену!
— Доедай, потом поговорим, — резко, чтобы не упрямилась. Ей надо поесть. Слушается, впихивает в себя все до последней капли. Отодвигает тарелку.
— Я вчера с девчонками ходила в клуб. Впервые встретились после окончания школы, — опускает голову на согнутую в локте руку. — Давно договаривались, но все как-то переносили, вчера спонтанно решили и поехали. Выпили по несколько коктейлей, пошли танцевать. Нормально сидели, вспоминали школьные годы, — отводит глаза в сторону. Не все ее воспоминания имеют приятный теплый окрас. — К нам парни подсели, познакомились. Один из них стал клеиться. Ну ты же знаешь, у меня сразу включаются все защитные механизмы. Да и не понравился он мне. Попробовала вежливо отшить, не получилось, — нервничает, дрожит. Руки складывает между коленей, зажимает их, чтобы унять дрожь. Встаю и ставлю на плиту чайник. — Я утащила Василину с собой на танцпол, оттуда наблюдала за тем, что происходит за столиком. Он вроде на Стасю переключился. Вернулась за столик, залпом осушила бокал холодного сока. Там доза была убойная, я почти сразу поняла, что меня наркотой накормили. Схватила сумочку и в туалет. Желудок давай чистить, но сознание уже начало плыть. Помню, успела написать сообщение, предупредить девчонок, чтобы были осторожны. Вызвала такси, но в него не попала. Меня этот урод у главного входа поджидал. Я к запасному двинулась, а дальше туман. Проснулась в своей постели, — делает паузу. А я боюсь спросить, тронул ли ее этот урод. Сердце шарахает в груди, ломая ребра. Недавно в такой же ситуации была моя зеленоглазая кошечка. Тогда я не воспринял ситуацию настолько остро, хотя меня знатно накрыло. Сейчас я бы всех утырков вместе с Аресом уложил.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Он тебя тронул? — выдавливаю сквозь зубы. Мотает головой.
— Нет. Точно нет, — мне нужны более убедительные доказательства, чтобы ложась спать, я не загонялся, что она снова выскочит из окна. — Я обрывками помню, как шла к запасному выходу. Как меня остановил какой-то мужик, я просила у него помощи, называла свой адрес, где меня ждет мама. Он меня вроде и привез.
— Точно? — считываю все ее реакции, вроде говорит правду.
— По щекам вроде бил и спрашивал: «Ты сама до квартиры поднимешься?». Это ведь не могло мне присниться? — достает руку, что была зажата между коленей и проводит по щеке, пытаясь вспомнить ощущения.
— Вряд ли, — завариваю ей чай, прокручиваю в голове план действий. На холодильнике висит блок листов для записей и у ручка на магните. Отрываю пару листов, кладу перед Кариной. — Пиши название и адрес клуба, попробую достать записи с камер. Если вспомнишь интересные факты, записывай. Имена, особые приметы.
— Зачем? Ты мне не веришь? Демьян, я же слово дала, что больше к этому никогда не вернусь. Я тебе…
— Верю, Каро, но уродов нужно найти и наказать, — зло цежу сквозь зубы. Ты могла не проснуться, ты хоть это понимаешь? А мама твоя скорую вызвать боялась, чтобы тебя опять не поставили на учет! — я бы в очередной раз дал бабок и снял ее с этого гребанного учета, потому что хочу, чтобы у нее была новая счастливая жизнь, без груза прошлого! — Я сейчас девчонке одной позвоню, она приедет тебя прокапает. Карина… — страх за нее не отпускает. Не только Надежда Игоревна боится, что она сорвется.
— Я не начну употреблять, Демьян. Не начну.
Хорошо, если так. Набираю Дине, договариваюсь, чтобы она приехала, помогла Карине. Просит скинуть сообщением адрес. Я перевожу деньги на карту, отправляю геолокацию. Карина что-то быстро строчит на узких продолговатых бумажках. Телефон в руке отдает вибрацией. Наверное, Дина прислала смайл. Открываю мессенджер.
Сука!
«Твой бой в следующую субботу…»
  
Глава 54
 
Демьян
Сегодня нет лекций в универе. Запланированные с вечера две тренировки отбиваю по расписанию. На часах почти девять вечера. Мышцы горят, пот катится градом по разгоряченной коже. Сбросив мокрую майку и шорты, встаю под горячий душ. Вода снимает усталость. Выхожу из ванной, натягиваю домашние штаны прямо на влажное тело.
Расслабился немного, теперь приходится жестко входить в тренировочный процесс. Времени до боя мало. Я не знаю, кто будет моим соперником. Антон решил играть втемную. Хочет срубить побольше бабла, уложив на ринге чемпиона. Мне нужны спарринг партнеры с отличающейся техникой, но где их взять?! Помощи я могу попросить у своих, но техника парней давно изучена вдоль и поперек, но это лучше, чем ничего.
Уверен, мой соперник знает, против кого выйдет. Жаль, не могу вернуться в зал. Кулесова бесполезно уговаривать, не прогнется. Скорее совсем выпрет из команды. Хотя, увидев меня после боя так и будет, никаких отборочных и чемпионата мне не светит.
Как только пришло сообщение от Антона, я сорвался в «Подземелье», личная встреча не удалась. Мне не простили, что я нагнул их в тот вечер, забрав с собой Раяну. Тогда я уступил просьбе Лены и впрягся за незнакомую красивую девочку. Если бы это произошло сейчас, никто не вышел бы живым из кабинета. Мог я предположить, что ее красивые глазки так меня зацепят?
Завтра у меня лекция у ее курса. Сейчас лучше не думать о кошечке, нужно сосредоточиться на предстоящем бое. Чуть больше десяти дней и мы вернемся к нашим свиданиям. Как не думать, если она постоянно перед глазами в том порочном образе, который даже спустя два дня всю кровь гонит в пах.
  
На кухне разрывается телефон. Сбрасываю звонок, увидев на экране имя одной из девчонок, с которыми я разрываю контракты. Я приблизительно знаю, что хочет спросить Вика, но я не настроен обсуждать свои решения. Пока сам не разобрался, для чего ставлю точки. Наши отношения с Раяной затянутся на пару месяцев, а дальше? Опять искать чистых девочек? Ловлю себя на том, что мне неинтересно думать в этом направлении. Полуимпотент какой-то. Раньше наличие одной девчонки не отбивало напрочь желание. И я не хочу думать о том, что зеленоглазая кошечка слишком глубоко пролезла мне под кожу и отравила собой кровь.