Твой, теперь и навсегда (СИ)

***
В аэропорт Тэйн приехал вместе с Галеном и его опекуном Вернером. Мистер Ремингтон настолько сильно впечатлил Тэйна, что ему с трудом удалось выдавить из себя приветствие; робко пожав его руку, он окончательно смешался. Сев на заднее сиденье автомобиля Верна, всю дорогу украдкой рассматривал мужчину: прямые черные волосы, так и хотелось зарыться в них пальцами и погладить, а губы, Тэйн судорожно перевел дыхание, твердые на вид. А при поцелуе? Он пугливо сжался на сиденье; хорошо, что им еще далеко ехать, иначе не смог бы выйти из машины: брюки оттопырились, выдавая его сильное возбуждение.
  
Вернер, чувствуя пылкие взгляды парня, презрительно усмехался. Умный мальчик, не теряется, решил поменять любовника. Наверняка думает: напал на золотую жилу, вон как ерзает, сейчас из штанов выпрыгнет от радости. И глаза блестят, как у кота, увидевшего рыбу; только вот не знает, что рыбкой, которую съедят, будет он сам.
Тэйн, обнимая на прощание Галена, едва не прослезился.
— Учись хорошо, — сказал он и сжал его в последний раз в объятьях.
— Не волнуйся, буду! — засмеялся друг и, подхватив небольшую сумку, ушел. Тэйн, оставшись наедине с мужчиной, засмущался.
— Пойдем в кафе, — предложил Верн.
— Хорошо.
Усевшись за столик, Вернер спросил:
— Что будешь пить? Виски, вино?
— Ничего не буду, мне нужно вернуться на работу.
— Тогда, может, кофе, сок, чай?
— Кофе будет хорошо.
— Девушка, два кофе, — сказал Верн официантке. — А где ты работаешь?
— «Донован инвестмент».
— Нравится там работать?
— Да, и коллектив у нас хороший, в основном, все девушки.
— И давно ты там работаешь?
— Уже пять лет.
— Поужинаешь со мной сегодня?
Тэйн открыл рот от удивления, вопрос прозвучал неожиданно. Что означает это приглашение? Он понравился Вернеру? Или его пригласили просто из вежливости?
— Я согласен, — решился он, не все ли равно какой повод у приглашения? Зато он побудет еще с мужчиной, запавшим в его сердце.
— Отлично, тогда я за тобой заеду.
Допив кофе, они вернулись к машине, и Верн отвез его на работу.
***
Ужин в ресторане плавно перешел в визит в спальню Верна. Тэйн, совершенно охмелевший от вина и счастья, не стал возражать, когда мужчина пригласил его домой. Зачем? Ведь Верн сказал, что он нравится ему! Сердце радостно колотилось, теперь жизнь больше не казалась пустой, в ней появился кто-то по настоящему важный: любимый.
Верн, приведя парня в спальню, неторопливо его раздел.
Безупречная красота нежного тела… мягкие губы… гладкая грудь… целовать живот, лизать и покусывать… обхватить губами член и чувствовать под руками выгибающееся тело… войти и сладко замереть от тесноты и жара… двигаться… двигаться… окунуться в неземное блаженство… умереть на миг… и вернуться обновленным… тишина и теплота тела любовника…
— Спасибо, кудряшка, — поцеловав Тэйна в губы, прошептал мужчина. — Встретимся завтра?
Обрадованный кивок и счастливая улыбка.
***
Неделя пролетела одним сладким мигом, теперь каждый день Тэйна неизменно оканчивался в постели и объятьях Верна. Он долго не решался сказать мужчине о своих чувствах, но однажды все-таки преодолев стеснение, прошептал:
— Я люблю тебя, — робко прозвучало признание. Встреченное кривой усмешкой.
— Правда? — насмешливый взгляд.
— Да, — непонимание в растерянных глазах и немой вопрос: «А ты?»
— Знаю я таких, считающих себя самыми умными, хитрыми и ловкими.
— Что? — Ему просто показалось! Он ослышался! Верн не мог такого сказать!
— Думаешь, я поверю тебе? В такую внезапную твою любовь?
— Я говорю правду! — Надо убедить его, и все встанет на свои места! — Я не лгу! Поверь! Прошу!
— Господи, да ты готов унизиться! Ради чего? Денег? Подарков?
— Мне это не нужно.
— Это ты сейчас так говоришь, пытаешься меня убедить, что полюбил ни за что.
— Но это так! — Тэйн вздрогнул, встретившись с холодными, злыми глазами. И понял убивающую его правду: ему не поверят, что бы он ни сказал, ни за что и никогда.
— Знаешь, в чем ты ошибся, милый? Тебе не стоило говорить этих слов, тогда бы мы продолжали встречаться, а ты спокойно мог получать от меня и деньги и подарки. Это был бы честный обмен: я беру твое тело, ты принимаешь дары. Но твоя лживость все перечеркнула, и, думаю, нам пора расстаться.
— Я больше никогда не скажу ни слова о любви, только, пожалуйста, не бросай меня, — взмолился Тэйн, чувствуя себя несчастным.
Цена предательства самого себя высока. Прощай, самоуважение и гордость, но сил расстаться с любимым нет. Как без него жить? Он не сможет! Не видеть, не слышать, не касаться. Невозможно, это как перестать дышать, он просто умрет от тоски! Не бывает роз без шипов. Не бывает любви без страданий. Лучше так, чем хоть один день без любимого!
Тэйн остался, но на условиях Верна.
***
Очередная вечеринка, доставляющая мало радости, но много хлопот. Тэйн привычно заказал готовые закуски и напитки из ресторана. Принял душ, оделся и сел в гостиной ждать. В последнее время он только и делает, что ждет. Когда вернется с работы Верн, а он стал слишком часто задерживаться. И какое у любовника будет настроение? Если не очень, значит, придется постоять под потоком грязи, вываливаемым на него.
А вечеринка закончится очередным скандалом, среди гостей обязательно найдется хоть один, кто посчитает, что ему скучно и примется его развлекать. Обычно эту роль берет на себя друг Верна, Бронт, красивый, самоуверенный мужчина. Очень умный и такой же холодный, как Верн. Тэйн зябко поежился, как же ему не хочется никого видеть, но отказаться от участия в вечеринке не получится, иначе любовник разозлится. У молодого человека в последнее время все чаще возникает неприятное ощущение, что Верн демонстрирует его гостям как некий трофей, хвастается и с удовольствием выслушивает, какой у него прелестный мальчик. А он будет тоскливо ждать окончания этого праздника жизни, чтобы выслушать оскорбления от любовника и уйти спать в свою комнату. Там он сможет, наконец, спокойно поплакать в холодной постели и уснуть.
Первый звонок в дверь как приглашение к началу ссоры. Встать, натянуть улыбку: у тебя все хорошо.
Пятеро, среди них Бронт. Рад видеть. И он, очень. Все отлично. Нет, не грустный. Нет, не хочу. Ладно, тогда мартини. С грейпфрутовым. Спасибо.
Обычная светская беседа ни о чем. Надо сделать вид, что не видишь полыхающих яростью глаз любовника. Ни сдвинутых бровей, ни сжатых губ. Менять собеседника бесполезно, наоборот, будет только хуже, так его Верн обвинит только в заигрывании с одним, а не с несколькими. А, значит, и кричать будет меньше.
Не угадал!
— Мило поворковали с Бронтом? — злой голос.
— Мы не ворковали. — Покорная поза.
— Ты, я вижу, привязался к нему.
— Нет.
— И до чего договорились?
— Ни до чего.
— Да неужели?
— Мы, правда, ни о чем не договаривались.
— Не успели что ли?
— Мы и не собирались.
— Как мне надоело твое вранье!
— Я не вру!
— Как это смешно звучит из уст лживой шлюхи.
— Я не шлюха.
— Конечно, нет, — издевательским тоном тянет Верн. — Ты просто дева непорочная.
— …
— Что молчишь? Случайно прикусил свой лживый язык? Думаешь, меня обманет твое невинное личико? Я уже устал от твоего притворства! Хочешь сменить любовника? Пожалуйста! Вали к Бронту! Там тебя уже ждут с распростертыми объятьями.
— Я не хочу…
— Заткнись! Я не собираюсь с тобой больше возиться! Шлюха! Убирайся из моего дома!
Тэйн растеряно смотрел на взбешенное лицо любовника, нет, бывшего любовника. Злые слова Верна больно ранили душу. Думал ли он, что тот окажется таким жестоким? Конечно, нет.
  
— Что ты стоишь? — Верн гневно дернул его за запястье. Тэйн не пошевелился. Он терпеливо ждал, когда мужчина отпустит его руку, Вернера разозлила эта покорность, и он с раздражением отбросил ее. — Пошел вон!