Твой, теперь и навсегда (СИ)

— Нет! Вы мне не нравитесь, вы злой! — отказался парень.
— Потому что обидел твоего Ала?
— Да! — выкрикнул Арчи и чуть не зажал себе рот, он испуганно посмотрел на Аллана, покраснел, встретившись с ним взглядом и не выдержав напряжения, торопливо вышел из кабинета.
— Вот это да! Мальчик, похоже, влюблен в тебя не на шутку, — улыбнулся Зейн. — Бедняга так за тебя переволновался, что даже забыл, что ты наполовину хозяин этой фирмы.
  
— Господи, Зейн, ты был так убедителен, что я сам чуть не поверил, что живу в твоей квартире и мне придется паковать вещи! А где, кстати, Мио? — Аллан огляделся.
— Мио сбежал, как только услышал, что у тебя не осталось денег.
— Не знаю даже, расстраиваться мне или нет?
— Я бы на твоем месте помощника прибрал к рукам, пока не нашелся какой-нибудь шустрик и не схапал этот кусок чистейшего золота.
— Честно говоря, он мне давно нравится, но он такой строгий, серьезный, я его иногда даже побаиваюсь и просто не представляю, как к нему подступиться.
— Ты серьезно? — опешил Зейн.
— Абсолютно.
— Ал, все-таки ты дурак. Пригласи мальчика домой, раздень и в постельку.
— Это ты дурак, как ты себе это представляешь? Он меня пошлет! — произнес Аллан.
— Я так не думаю, ты забыл, как он бросился тебя защищать? Как тигрица своего львенка!
— Тигренка.
— Да, какая разница: хоть куренка! Попробуй, а иначе упустишь.
— Попробую, а ты, вообще, зачем пришел?
— Черт, уже забыл.
***
Арчи, сидя в полутемном конференц-зале, в котором спрятался, потихоньку приходил в себя. Он с ужасом вспомнил, что Ал является соучредителем и партнером фирмы, а значит, все, что говорил Зейн, было ложью, а он повелся на его слова так же, как и Мио. Боже, вот идиот! Мужчины, наверное, сейчас смеются над ним, считая наивным дураком. Как ему теперь смотреть в глаза Алу, ведь тот, наверняка, догадался о его чувствах. Он не сможет теперь работать с Алланом, просто не выдержит его жалости. Ну почему он такой недоумок, почему думал не головой, а сердцем! Расстроив себя до слез, Арчи потихоньку всхлипывал и никак не мог заставить себя пойти на рабочее место. Ему было больно и стыдно. Наконец, собравшись с духом, поплелся на свое рабочее место. Он больше никогда и никому не покажет своих чувств и смеяться над собой никому не позволит!
***
— Привет, Ал!
— Зейн, как поживаешь?
— Неплохо. Расскажи про своего помощника, вы уже вместе?
— Нет, — грустно произнес Аллан.
— Почему? — удивился Зейн.
— Кажется, мы ошиблись, предполагая, что он влюблен.
— Почему ты так решил?
— Знаешь, он стал таким… Как объяснить? Совсем строгим что ли; теперь даже не улыбается.
— Что, совсем? — насмешливо спросил Зейн.
— Совсем! — обиделся Ал.
— И что ты решил?
— Ничего, оставлю все как есть.
— Понятно, — протянул Зейн. Все оказалось именно так, как он и предполагал. — Я собираюсь пригласить тебя в эти выходные на охоту.
— Зейн, ты прекрасно знаешь, что я терпеть не могу, когда убивают животных! — воскликнул Аллан.
— А я и не прошу тебя никого убивать! Это все затевается ради партнеров! Будешь их развлекать!
— Ладно!
— Помощника возьми. В пятницу, после двух, я за вами заеду!
— Хорошо, — сказал Аллан.
Зейн, коварно ухмыляясь, отключил телефон. Этот рохля сам никогда ни на что не решится, но ему повезло: у него есть верные друзья, и они помогут!
***
До охотничьего домика в горах ехали четыре часа; уже начало смеркаться, когда они, наконец, остановились у его порога.
— Зейн, кажется, никто еще не приехал, — неуверенно проговорил Ал, глядя на темный дом.
— Наверное, задержались в дороге, — ответил тот, странно усмехаясь. — Выгружайтесь! — скомандовал Зейн, вышел из машины и походил, разминая ноги. Дождавшись, когда Аллан со своим помощником подойдут к дверям домика, сказал:
— В воскресенье я за вами приеду! Не скучайте! — А затем запрыгнул в машину и лихо умчался.
Аллан и Арчи впали в ступор.
— Он сказал, что приедет за нами в воскресенье? — беспомощно спросил Ал.
— Да. Что все это значит? — нахмурился Арчи.
— Не знаю.
— Ладно, неважно. Пойдем в дом. — Арчи распахнул дверь и пошарил рукой по стене, нащупав выключатель, он пощелкал им несколько раз и, убедившись, что электричества нет, сказал: — Похоже, нам нужны свечи; думаю, они, наверняка, есть на кухне.
— Должны быть.
— Пойду, поищу! — освещая себе дорогу сотовым телефоном, Арчи направился в сторону одной из дверей, предположив, что она ведет на кухню. И не ошибся! Пошарив по полкам, нашел внушительную связку свечей. — Ал, я нашел свечи! Иди сюда!
— Иду!
— Только зажечь нечем! — сказал парень, безрезультатно обследовав ящики.
— На камине должны быть спички, пойдем туда.
Арчи, взяв свечи и пару стаканов, пошел в гостиную. К его радости спички нашлись на камине, он зажег свечи и, пристроив их в стаканах, поставил на столик.
— Отлично, теперь я смогу приготовить нам ужин, — удовлетворенно произнес Арчи.
Через полчаса они сидели у камина и пили чай. Над огнем весело булькал котелок с мясом.
— Ну, Зейн, как приедешь — убью! — проворчал Аллан. — Засунул нас в дыру! Генератор не работает! Света нет!
— Это вытекает одно из другого, — сказал Арчи; он чувствовал себя неловко: мужчина сидел слишком близко, и его от этого бросало в жар.
— Знаю. Убью придурка!
— Успокойся, сейчас я тебя накормлю, и ляжем спать.
— Спать придется здесь, на диване, возле камина, иначе замерзнем; ночи в горах холодные, — смущаясь, проговорил Аллан. Его пробрала дрожь предвкушения: он сможет обнять Арчи, когда тот уснет, и даже прикоснуться губами к его губам. Он больше не сердился на Зейна, а, наоборот, был благодарен за подаренные ему два дня наедине с Арчи. Возможно, за это время любимый оттает, и они снова станут хотя бы друзьями, о большем он уже и не мечтал. Арчи разлил по тарелкам издававшую умопомрачительный запах, густую похлебку, на которую Аллан жадно набросился.
— Боже, как вкусно! — дуя на ложку и обжигаясь, он быстро съел свой суп.
Сытый и довольный, Аллан разложил диван, постелил простынь и положил подушки и одеяла, затем разделся, лег и, укрывшись, сонно заморгал. Но сон вмиг слетел с него, стоило ему увидеть, что парень раздевается. Мама дорогая, да он прямо сейчас кончит! Изящное тело с длинными стройными ногами и упругой попкой, какой же мальчик красивый! Арчи залез к нему под одеяло, и мужчина замер. Боже, дай ему сил сдержаться!
Парень немного повозился и затих. Аллан прислушался к его дыханию: вроде, уснул, он подождал немного и придвинулся, еще через некоторое время рискнул обнять. Арчи не сказал ни слова. Точно: спит! Мужчина приподнялся и осторожно поцеловал его в губы, слегка лизнув их языком. Сладкие, как ягодки! Наконец, перестав испытывать судьбу, он лег, прижал к себе парня и, счастливо повздыхав, уснул. А Арчи никак не мог успокоиться, поведение Аллана его озадачило. Но, в конце концов, согревшись в теплых объятьях мужчины, незаметно для себя погрузился в сон.
Утром они проснулись почти одновременно, тесно сплетенные друг с другом, испытывая смущение, расплели объятья и встали. На завтрак Арчи сварил яйца и сосиски. Аллан с аппетитом поел, ему все казалось вкусным, жизнь замечательной, утро добрым.
— Погуляем? — предложил он.
— Давай, — согласился Арчи.
Выйдя из дома, пошли к лесу, начинавшемуся почти сразу за задней стеной домика. Медленно бредя по тропинке, они наткнулись на полянку, всю усеянную желтыми и сиреневыми цветами. Ал, набрав охапку, преподнес ее Арчи со словами:
  
— Самому красивому помощнику на свете.
Парень огорчился: всего лишь помощнику!
— Спасибо, Ал.
— Могу я тебя поцеловать? — Арчи удивленно вскинул голову, и Аллан торопливо произнес: — В щеку!
— Да, — стеснительно согласился парень, он повернул лицо в сторону, и в это же время мужчина наклонился и случайно уткнулся ему в губы. Арчи удивленно приоткрыл рот, и Аллан совершенно потерял голову, застонав, впился в него. Что он делает, остановите его кто-нибудь! Но никого рядом, кто мог бы попытаться оторвать его от этих сладких губ. Поцелуй длился бесконечно, тело Арчи плавилось в жаркой истоме, и он был просто не в силах пошевелиться. Аллан, сгорая от яростной страсти, не владея собой, мягко опрокинул парня на траву. Он все сильнее впивался в податливый рот, сминая губы в неистовом поцелуе. Наконец, опомнившись, он с усилием оторвался от припухших губ парня.