Твой, теперь и навсегда (СИ)

— Что, детка, остался без сладкого? — сочувственно спросил он.
— Это ужасно! — жалобно проговорил парень.
— Не расстраивайся, сейчас я разведу твою беду руками, — с ухмылкой сказал он. — Пошли в кондитерскую!
— Я пойду с тобой, если ты пообещаешь мне не говорить: «Хватит есть, у тебя опять разболится живот!»
— Обещаю, — Эйдон подавил смешок. — Пойдем, лучше я тебя от расстройства желудка полечу, чем от расстроенных нервов.
  
— Да, мне это больше нравится, — Лонс, наконец, улыбнулся. Все-таки жизнь не так уж и плоха!
***
— Эйдон, я хочу сообщить тебе кое-что, что тебя крайне заинтересует.
К немалой досаде мужчины в трубке раздался голос бывшей невесты. Вот почему она никак не желает оставить его в покое? Ведь поговорили уже обо всем и все выяснили! Понятна была бы ее настойчивость, если бы она хоть немного любила его, но нет же никакой любви и в помине!
— Не думаю, что меня хоть что-то заинтересует из того, что ты хочешь мне сообщить, — отрезал он.
— А вот и не угадал! — ехидно протянула Кристина. — Речь пойдет о твоем любовнике и его похождениях!
— О моем любовнике? — удивился Эйдон. Ах да, Лонс! А ведь это так и есть, он действительно его любовник! Они же как-никак встречаются, и нестрашно, что между ними пока ничего не было: со временем все будет!
— Так вот я стала случайным свидетелем того, как твой распрекрасный любовник без зазрения совести изменял тебе с другим! — злорадно проговорила девушка.
— Что? — опешил мужчина. — Не может быть!
— Я все видела собственными глазами!
Эйдон, отключив телефон, схватил со стола ключи и вихрем вылетел из дома.
***
Лонс открыл входную дверь и с удивлением воззрился на кипевшего гневом Эйдона.
— Привет, — поздоровался он, — не ожидал тебя увидеть.
— Еще бы! Небось, пришлось в срочном порядке прятать в шкаф любовника! Я думал, ты порядочный молодой человек, а ты, оказывается, очень весело проводишь время за моей спиной! Притворялся девственником, а сам та еще шлюха! — злобно прошипел Эйдон.
— Ты что, спятил? С какой это стати ты на меня тут орешь? Ты вообще кто такой? И откуда у тебя право орать на меня? — возмутился Лонс.
— Я твой любовник!
— Когда это ты успел стать моим любовником? — опешил парень.
— Мы ведь с тобой встречаемся! — сказал Эйдон. — У нас было несколько свиданий!
— По-твоему, два похода на вечеринки к друзьям и три в кондитерскую — это свидания? — поразился парень.
— А разве нет?
— Мне кажется, нет. Я, правда, не знаю, каким должно быть настоящее свидание, но то, что между нами было, не очень-то на него похоже! Мы даже не целовались!
— А кто в этом виноват? Если бы ты не объедался сладким до колик в животе, то мы бы с тобой уже не только поцеловались!
Лонс покраснел, но вовсе не от стыда за свою неумеренную тягу к сладкому, а представив, как мужчина ласкает его тело.
— Я ведь говорил тебе, что у меня нет никакого опыта? — прошептал он.
— Да, — Эйдон улыбнулся. — Ты еще ни разу и ни с кем и виноват в этом Джер.
Лонс смешливо фыркнул:
— Точно! А если серьезно, то я сильно нервничаю и, может, поэтому так много ем сладкого… Я ничего не умею… вообще… я даже не знаю, с чего надо начинать… Нет, я представляю себе это.., но очень нечетко… вот, — выговорив все, он стеснительно посмотрел на мужчину.
— Детка, ты такой забавный, — ласково проговорил Эйдон, — я ведь тоже новичок, так что будем учиться вместе.
— Хорошо, — парень улыбнулся, но тут вспомнил о причине, приведшей мужчину к нему домой и сразу же разозлился. — Негодяй! Как ты только посмел поверить этой дуре, из-за которой я так и не узнал вкуса тех пирожных! — закричал он. — Ах да, еще эта Кристина сказала, что она твоя невеста! Это правда?
— Было правдой, но потом я встретил тебя и мы расстались. — Эйдон принялся мысленно корить себя за то, что повелся на слова Кристины и, поверив ей, прибежал разбираться с мальчиком. Надо же быть таким тупым, чтобы заподозрить Лонса в таком: тот же наивный как черт знает что! — А почему ты из-за нее так и не узнал вкуса пирожных?
— Этой гадине приспичило со мной поговорить! Пока я от нее отделался, их уже разобрали! А еще она назвала меня шлюхой! — парень недобро сощурил глаза. — Ты тоже назвал меня этим мерзким словом! Вот, значит, кто я для тебя? Немедленно убирайся из моего дома! И сам ты такой!
— Детка, погоди, прости меня, я немного погорячился!
— Не прощу! — сердито произнес Лонс. — Все, ты мне больше не любовник!
— Прости!
— Нет, и если ты немедленно не покинешь мой дом, я вызову полицию!
— Я приду завтра, когда ты немного остынешь и сможешь разговаривать спокойно!
— Можешь не утруждаться! — Лонс яростно захлопнул дверь. Наглый сукин сын! Да как он только посмел сказать про него такое! Кипя гневом, он отправился на кухню заесть расстройство сладким. Но, к немалому своему ужасу, не обнаружил ни одного мало–мальски завалящего печенья. Тщетно он обшаривал полки и ящики: в них было до отвращения пусто. Гадская жизнь, любящая подкидывать разного рода неприятные сюрпризы, в этот раз посмеялась над ним. И тут до него еще дошло, что он лишился не только любовника, но и прилагающихся к нему благ! Больше не будет походов в кондитерскую, но самое главное — он так и не узнает ни горячих поцелуев, ни более раскованных ласк! Взвыв дурным голосом, Лонс схватил сотовый и позвонил другу.
— Бени, у меня беда! — жалобно проговорил он.
— Закончилось печенье? — со смешком спросил тот.
— И это тоже, но звоню я не поэтому!
— А почему?
— Я расстался со своим любовником, — печально выдал Лонс.
— Э-э-э, с кем?
— С этим негодяем Эйдоном!
— Когда это вы успели стать любовниками? — поразился Бенен.
— Оказывается, мы ими были с самого первого свидания.
— Как это «оказывается»? — недоуменно вопросил Бени, друг явно нес полный бред.
— Вот так! Эйдон сказал, что мы любовники, и я подумал, что так оно и есть!
— Интересно, с какой великой радости ты так подумал?
— Ну, мы ведь ходили на свидания, и все такое.
— Что «все такое»? — настойчиво спросил Бенен.
— Ну, он лечил меня, а это, как ни крути, весьма интимный процесс, — нашелся Лонс.
— Он что, тебе клизмы ставил?
— Нет! — возмущенно прошипел Лонс. — Он давал мне таблетки!
— Надо же! А я понятия не имел, что это интимный процесс!
— Хватит надо мной смеяться! Мне и так плохо!
— Прости, так почему вы с Эйдоном расстались?
— Он пришел, обозвал меня шлюхой, и я его выгнал!
— С чего это он вдруг так тебя назвал? — возмутился Бенен.
— Это стерва Кристина наговорила ему обо мне всяких гадостей, и он ей поверил!
— Что еще за Кристина? — удивился Бенен.
— Его невеста! Он дал ей отставку, и она, видимо, сильно разозлилась, вот и изваляла меня в грязи!
— Эйдон дал ей отставку из-за тебя?
— Да, скорее всего. Иначе с чего бы ей мстить именно мне. И вот из-за этой дуры у меня теперь нет любовника, — горестно запричитал Лонс, — я остался один, и меня никто больше не пригласит в кондитерскую. А что самое ужасное: я с ним так и не поцеловался! И все остальное тоже, а я так мечтал об этом!
— Если ты мечтал, то какого черта не сделал этого?
— Ты же знаешь: когда я нервничаю, я ем много сладкого и никак не могу остановиться! — виновато произнес Лонс.
— Господи, пора тебе уже перестать вести себя как ребенку!
— Я не веду себя как ребенок, — обидчиво проговорил Лонс.
— И нечего на меня дуться!
— Я не дуюсь!
— Еще как дуешься, я по голосу слышу! — сказал Бенен.
— А как мне не дуться? Ты, вместо того чтобы утешать меня, наезжаешь! Меня, между прочим, любовник бросил, и мне плохо!
  
— Э-э-э, ты же вроде сам его выгнал.
— Какая разница? — проворчал Лонс. — Итог-то все равно один и тот же: Эйдона нет! А я уже успел к нему привязаться! — горестно проговорил он.