Твой, теперь и навсегда (СИ)

— Ты… ты… надеешься меня разжалобить? — Чейз задохнулся от гнева. — А ну, вставай!
— Прости, но нет.
— Ты достал меня! — Чейз кинулся на бывшего любовника.
— Предупреждаю, я буду бороться за тебя всевозможными способами, — прошептал Патрик, поймав в объятья любимого. — Прости, — опрокинув его на спину, навалился сверху и жадно приник к губам.
Чейз забарахтался, пытаясь вырваться, но такие знакомые… такие любимые губы… И он так по ним соскучился…
  
***
— Выгружайся, малолетний алкоголик! — Дейм, остановившись у дома Нила, повернул голову к нему.
— Я не малолетний, — парень выпятил подбородок.
— Ну, хоть то, что ты алкоголик, не отрицаешь, — усмехнулся мужчина.
— Ты сам мне вчера налил шампанское.
— Я налил тебе всего полбокала, все остальное наливал ты себе сам.
— Оно было вкусное, сладкое такое, и я подумал, что ничего не будет, если я выпью немного, оно же некрепкое.
— Тебе его крепости хватило, — Дейм улыбнулся. — Все топай домой и не делай больше глупостей. И помни, чему я тебя учил!
— Хорошо, — Нил кивнул.
— Вот и молодец! Увидимся!
— Пока, — Нил вылез из салона и помахал рукой вслед отъехавшему автомобилю, потом развернулся и потопал к дому. Но не успел он дойти до подъезда, как позади раздался визг тормозов резко остановившейся машины. Парень испуганно обернулся.
— Ты где был? — разъяренно проорал выскочивший из автомобиля Остен.
— В каком смысле? — удивился Нил.
— Где ты таскался всю ночь?
— Я нигде не таскался, я спал, — парень округлил глаза.
— И где же ты спал? — съязвил Остен.
— У Дейма.
— У Дейма? Ты с ним спал? — гневно произнес Остен.
— Нет, в первую ночь я спал с Чейзом, а потом один, — сказал парень. — Мне понравилось.
— Тебе понравилось спать с двоими?
— Нет, мне понравилась кровать Дейма: она мягкая.
Остен обескуражено застыл.
— В каком смысле, мягкая? — спросил он.
— В прямом, матрас такой удобный, я бы тоже такой хотел.
— Так, ты меня запутал окончательно. Дейм, Чейз, матрас. Начнем сначала. Как ты оказался у Дейма?
— Я напился, а он не знал, где я живу и забрал к себе. Чейз тоже напился, а так как у Дейма только одна гостевая спальня, мы спали с Чейзом в одной кровати. Что тут непонятного? — Нил посмотрел на мужчину как на идиота.
— А вторую ночь?
— Я опять напился, — парень покраснел, — случайно. Шампанское было очень вкусное.
— Я вижу, ты любитель выпить, — усмехнулся Остен. Облегчение затопило его с ног до головы: как все оказалось просто! Мальчик не изменял ему!
— И вовсе это не так! — возмутился Нил. — Я редко пью, просто в этот раз все так сложилось!
— Тебе нравится Дейм?
— Он неплохой, только постоянно насмешничает надо мной, и меня это напрягает.
— А Чейз?
— Чейз замечательный, и мне его так жалко!
— С чего это его тебе жалко?
— Они расстались с Патриком, хотя на месте Чейза я бы тоже с ним расстался: он злой и к тому же блудливый!
— Патрик? Злой? Блудливый? — опешил Остен. — Расстались?
— Да, Патрик завел себе другого, и Чейз от него ушел! А когда мы с Деймом пришли к ним домой за вещами, этот Патрик так злобно на меня смотрел, что мне было не по себе.
— С какого перепуга он так смотрел на тебя? — удивился мужчина.
— А я знаю? Может, я ему не понравился? — Нил пожал плечами.
— Значит, Чейз ушел от Патрика, — задумчиво протянул Остен. — Так странно, они были такой крепкой парой.
— Я их раньше не знал, поэтому не могу судить об этом. А ты вообще что здесь делаешь? — опомнился парень.
— Тебя хотел увидеть.
— Зачем?
— Соскучился.
— Соскучился? — Нил гневно раздул ноздри. — Знаю я, по чему ты соскучился! Негодяй! Не дождешься! Сукин сын! — недолго думая, парень стукнул Остена по голове пластиковой бутылкой с минеральной водой, которую ему со смехом вручил Дейм. — Убирайся прочь! — возмущенно пыхтя, он кинулся в подъезд и запер дверь за собой. — Соскучился он! Размечтался! Больше не будет по-твоему! Я теперь умный! — выпалив это, он направился в свою квартиру.
Остен, оставшийся перед закрытой дверью, несколько секунд ошеломленно смотрел на нее, а потом вернулся к машине и поехал домой. И какого хрена ему понадобилось вести эти глупые разговоры вместо того, чтобы поцеловать парня и быстренько тащить в квартиру. Если бы он не сглупил, то сейчас бы уже наслаждался его прелестями, а не ехал бы в свой пустой дом.
***
— Гад! А я глупец! Как неопытная малолетка поддался на парочку поцелуев, — сокрушенно прошептал Чейз, глядя вслед направляющемуся в ванную комнату бывшему любовнику. Хотя теперь, наверное, не бывшему. Или все же бывшему? Как все запуталось!
Через несколько минут в гостиную вернулся совершенно мокрый Патрик, виновато улыбаясь, он произнес:
— Я полотенце забыл, но ты не волнуйся, я все вытру, — склонившись над пакетом, немного пошуршав, извлек из него полотенце и начал вытираться.
Сколько раз он уже видел все эти движения? Не счесть! Такое все знакомое. И все же у Чейза не проходило ощущение, что в любовнике появилось нечто чуждое, как будто на нем остался отпечаток того другого парня.
— Ну, и как он в постели? — задал он вопрос.
Патрик, перестав вытираться, замер и настороженно посмотрел на любовника.
— Между нами ничего не было, — ответил он.
— И ты думаешь, я поверю в эту чушь?
— Я не знаю, как это доказать, но это правда.
— Очень удобная правда. С твоих слов получается, что фактически измены не было.
— Получается, так, — Патрик напряженно улыбнулся.
— Я что, похож на твоего малолетнего любовника, готового поверить в такое откровенное вранье? — разъярился Чейз.
— У меня нет малолетнего любовника, только ты. А то, что было, уже кануло в лету. Я клянусь тебе.
— Слышал я уже твои клятвы. Время показало, что они ничего не стоят!
— Каждый может оступиться, — примирительно сказал Патрик. — Не надо быть таким жестоким, прошу тебя! Поверь мне в первый и последний раз.
— Мне надо подумать, — Чейз встал и отправился в ванную комнату.
Патрик вздохнул и, решив, что все же вымолит у него прощения, взял пакет с бельем и отправился в спальню, там застелив постель, решительно улегся на кровать. Он своего любимого не оставит в любом случае.
Чейз, приняв душ, вышел из ванной и опешил: на его постели, бесцеремонно развалившись, спал Патрик.
— И что мне теперь делать? — задал он самому себе вопрос. Будить любимого — да, все же любимого — было жалко, и он, смирившись, устроился рядом. Патрик, заворочавшись, тут же обнял его и привычно уткнулся лицом в затылок, согревая горячим дыханием шею. И Чейзу вдруг показалось, что не случилось в его жизни ничего плохого, что все это просто был дурной сон, не более. Согретый объятьями любимого, он привычно расслабился и, незаметно для себя, заснул…
***
Остен, заприметив сидящего на диване Нила, подкрался к нему сзади и, склонившись к его уху, произнес:
— Привет.
Нил, зачитавшийся и совершенно не замечавший ничего вокруг, всполошено взвизгнул и, резко развернувшись, ударил торцом переплета книги по напугавшему его до смерти человеку.
— Боже, ты сошел с ума? — вскрикнул Остен.
— Остен? — Нил распахнул глаза. — Прости, я не хотел.
— Что-то я совсем в этом не уверен, — проворчал мужчина и потрогал глаз, на который пришелся удар. — Кажется, он опухает.
— Да! — Нил распахнул от ужаса глаза.
— Интересно, почему я из-за тебя вечно хожу с синяком? — пробормотал Остен.
— Надо приложить лед, — Нил помчался на кухню и вернулся с огромной замороженной рыбиной.
— И как, по-твоему, я должен приложить это к глазу? — мужчина ошарашено уставился на рыбину, которую парень держал двумя руками.
  
— Может, лицом? — парень повернул рыбину зубастой пастью вперед.
— Каким лицом?
— Рыбьим.
— Если ты еще и рыбьей мордой в меня ткнешь, то я точно останусь без глаза!