Твой, теперь и навсегда (СИ)

Но распрощаться им пришлось гораздо раньше, а именно в день приезда парня из командировки. Долгожданную встречу они решили отметить в клубе и отправились туда.
Родни, сам не зная того, сыграл на руку своему любовнику: он на свою беду выпил не как обычно один коктейль, а три, поддавшись на уговоры Джера, давнего своего друга. И события вырвались из-под его контроля. Он, совершенно пьяный, согласился пойти танцевать с неизвестно откуда взявшимся Клайвом, долгое время преследовавшим его и никак не желавшим смириться с отказом. На танцполе Клайв обнял совершенно ошалевшего от алкоголя Родни и на глазах у разгневанного Берна поцеловал. Дальше последовала безобразная сцена: Берни, злобно сверкая серыми глазами, отодрал Родни от мужчины и врезал Клайву кулаком по лицу. И Родни и Клайв упали. Берн, развернувшись к парню, схватил его за воротник рубашки, поставил на ноги и, яростно прокричав тому в лицо: «Никогда мне больше не звони и не приходи! Я тебя видеть больше не желаю!» — оттолкнул от себя и направился к выходу.
  
Родни от ужаса мгновенно протрезвел и бросился следом за любовником, умоляя того простить его, но все его крики пропали даром. Берн ушел, даже не оглянувшись. Родни хотел было поехать за ним, но передумал, вспомнив ненависть, исказившую лицо любимого. Нет, Берн его не простит, не сегодня точно. Возможно, это чудо случится, когда тот немного поостынет, но в это мало верилось. Поникнув головой, парень поплелся на стоянку такси.
— Что случилось? — Леннард, открыв дверь, ошеломленно уставился на встрепанного братишку, тот быстро отвел глаза.
— Ничего, — последовал краткий ответ от Родни, после чего тот постарался ускользнуть в свою комнату.
— Остановись, — Леннард схватил его за локоть. — Тебя обидел Берн?
— Нет.
— Тогда что произошло? Вы поссорились?
— Мы расстались.
— Из-за чего? — мужчина нахмурился.
— Я выпил три коктейля, и Клайв меня поцеловал, — Родни опустил голову.
— А куда смотрел этот идиот? Он же прекрасно знает, что ты плохо переносишь алкоголь! — гневно проговорил Леннард.
— Он встретил друга и отошел к нему ненадолго. А Джер заговорил меня, и я не заметил, как выпил коктейли, — Родни виновато вздохнул. Как же он себя проклинал сейчас за то, что проявил такое легкомыслие.
— Ладно, иди спать. Думаю, Берн завтра тебе позвонит и скажет, что погорячился.
— Ты правда думаешь, что он мне позвонит?
— Конечно! Не станет же он разрывать ваши отношения из-за такого пустяка как поцелуй.
— Да! — глаза парня радостно засверкали, он улыбнулся и счастливый и успокоившийся отправился в свою комнату.
***
Утром Родни пошел на работу и весь день сидел как на иголках, дожидаясь звонка от любимого, но тот так и не позвонил. Вечером он напрасно сверлил глазами телефон, тот мертво молчал. Наконец, нервы парня не выдержали, и он позвонил сам, но Берн так и не ответил. А на следующий день телефон мужчины вообще перестал отвечать. Родни, конечно же, понимал, что любимый не хочет с ним разговаривать, и, тем не менее, сразу же после работы отправился к нему в магазин. Охранник, отводя глаза, невнятно пробормотал, что не может пропустить его внутрь. И именно виноватый вид мужчины лучше всяких слов сказал ему, что все кончено и смысла приходить и звонить нет. Развернувшись, Родни ушел: навязываться он не станет. Какой в этом толк? Умолять о встрече и унижаться он не будет ни за что.
Ночью уснуть ему так и не удалось. Ворочаясь и постоянно взбивая подушку, он все никак не мог выбросить из головы мысли о любимом, и весь следующий день они его тоже не покидали. В конце концов, разозлившись на самого себя, Родни решил насильно вытравить из себя любовь. Собравшись духом, направился домой к Димеру. Он сделает это и не струсит, наверное.
***
— Привет, — Родни слегка побледнел, когда открылась входная дверь и перед ним предстал мужчина. Его будущий любовник.
— Привет, проходи. Как поживаешь? — Димера поразило отчаянье, застывшее в глазах парня, но вида он не подал.
— Я… в общем, я пришел к тебе, — Родни вошел в холл.
— Вижу, — улыбнулся Димер. — И какова причина визита?
— Ты же хотел, чтобы я стал твоим любовником. Вот, я пришел, — произнес Родни.
— Здорово, что ты пришел, — произнес спокойно мужчина. — У меня есть два билета на спектакль, а сестра, которая должна была пойти на него со мной, уехала в командировку.
— Спектакль? — растерянно спросил Родни.
— Да. Пошли, он уже через полчаса начнется.
— Хорошо, — обескураженный неожиданным приглашением, парень направился вслед за мужчиной в гараж.
Сидя в кресле и глядя на сцену, Димер чувствовал, что парень не сводит с него глаз. Повернувшись к нему, он улыбнулся. Родни смущенно отвел взгляд, мужчина очень осторожно взял его за руку и ласково сжал.
— Нравится?
— Что?
— Спектакль.
— Да.
— Мне тоже. Необычная трактовка сюжета, — сказал мужчина.
— Да-а, — Родни испугано посмотрел на их соединенные ладони.
Димер, еще раз ободряюще сжав ладонь парня, убрал свою руку и вновь устремил свой взгляд на сцену.
После спектакля Родни со смешанным чувством уселся на пассажирское сидение машины. Он до ужаса боялся того, что должно произойти между ним и Димером. «Я смогу, смогу, я должен, и тогда я буду свободен», — как мантру повторял он, пытаясь уговорить себя пройти через это.
— Ты привез меня ко мне домой? — парень опешил, увидев в окно машины дом, в котором жил.
— Да.
— Но я думал…
— Напрасно ты думал. Я не пользуюсь чужой бедой. Между нами если что и произойдет, то только тогда, когда ты полностью отойдешь. Мне не нужен любовник, который будет думать в постели о другом.
— Я не буду!
— Будешь, — Димер улыбнулся. — Я считаю, что пока достаточно и свиданий. Завтра посидим в ресторане, не возражаешь?
— Нет.
— Вот и отлично. Спокойной ночи.
— Спокойной ночи, — растеряно произнес Родни и покинул салон автомобиля.
Димер улыбнулся и, дождавшись, когда парень зайдет в подъезд, уехал.
***
— А где Родни? — спросил Кениг, зайдя вечером в антикварный салон друга. Его удивило отсутствие парня, ведь тот обычно всегда находился поблизости от своего любовника.
— Понятия не имею, — Берн нахмурился.
— Ты что, не можешь позвонить и узнать, где шляется этот стервец? Ты его совсем распустил!
— Мы расстались.
— Расстались? — опешил Кениг. — Понятно, гаденыш бросил тебя.
— Инициатором расставания был я, — сказал Берн.
— Но почему? Конечно, у мальчика очень беспокойный характер, но вы же вроде неплохо ладили, — растерялся Кениг. — Или он натворил нечто непоправимое?
— Он ничего не натворил, просто я решил, что наши отношения слишком далеко зашли.
— Не понял.
— Я слишком сильно привязался к нему, — пояснил Берн.
— И что? Он к тебе тоже привязан.
— Мне не нужна постоянная связь, меня это напрягает!
— Берн, я даже не предполагал, что ты такой идиот, — ошеломленно произнес Кениг.
— Пусть я буду идиотом, но зато в моем доме не будет ни ссор, ни скандалов!
— А еще в твоем доме не будет веселого смеха, любви и поцелуев. Зато будут мертвая тишина и одиночество. Ты своими руками убил свое счастливое будущее.
— С чего ты взял, что Родни мое будущее?
— Мальчик любил тебя, глупец! — сердито проговорил Кениг. — Ты что, не видел этого?
— Он любил побрякушки, которыми я его одаривал.
— Он раньше жил без этих побрякушек. Думаю, и дальше спокойно бы без них обошелся. Поверь, возле тебя его держали вовсе не они. Родни, несмотря на свой легкий характер, очень серьезно относится к чувствам. Ты думаешь, ты единственный проявил к нему интерес? Между прочим, он отверг Эрика и Димера.
  
— Димера? — Берн недоверчиво уставился на друга.
— Да, Димера, который еще никогда ни от кого не услышал слова «нет». Ты не знал этого?
— Нет.
— Ты ведь понимаешь, о чем это говорит? А впрочем, неважно, — Кениг махнул рукой, словно отметая ненужное. — Давно вы расстались?