Твой, теперь и навсегда (СИ)

Просыпаться наутро в объятьях практически незнакомого человека ужасно стыдно, а если он смотрит на тебя странным полупрезрительным взглядом, вообще плохо. Карей облизал пересохшие губы, что говорить он просто не представлял. Чувствуя себя неловко, он встал и, стеснительно обернув бедра простынею, пошел в ванную комнату, мучительно размышляя, что теперь делать. Постояв под душем, хорошенько отмылся, затем вытерся и, наконец, заставил себя выйти. Зайдя на кухню, сварил кофе. Теперь надо дождаться, когда мужчина выйдет из душа, и спросить, что тот ест на завтрак.
  
— Доброе утро, — нерешительно поприветствовал Деона парень.
— Ты так считаешь? — опять эта насмешка в голосе.
— Не знаю. Возможно, нет. Вы будете завтракать?
— Нет.
Карей сел на стул и, налив себе в кружку кофе, стал пить его мелкими глотками. Еще немного — и мужчина уйдет. Нужно просто потерпеть.
Деон тоже налил себе кофе и, прислонившись к раковине, стал внимательно наблюдать за парнем. Значит, решил разыгрывать из себя невинность. Краснеет, интересно, как он это делает?
— Мой брат просил позаботиться о тебе, — нарушил он неловкое молчание.
— Понятно.
— Что тебе понятно?
— Ты позаботился, теперь можешь уходить, — не поднимая головы, глухим голосом прошептал Карей.
— Еще нет. Какая сумма тебя устроит? Только не рассчитывай на слишком большую, — холодно проговорил Деон; лучше сразу остудить, а то разгорячится и посчитает, что его до конца жизни хотят обеспечить.
— Никакая, мне не нужны ваши деньги. Если это все, то прошу покинуть мой дом.
Деон усмехнулся, значит, решил набить себе цену; посмотрим, что ты будешь делать, когда я действительно уйду. Мужчина поставил на стол кружку с недопитым кофе и пошел к входной двери. Парень остался сидеть. Деон вышел, и Карей вздохнул с облегчением. Пройдя в спальню, он привел в порядок постель и пошел в свою комнату-студию. Долго сидел перед недописанной картиной, но вдохновения не было, мысли неотвязно крутились вокруг прошедшей ночи, так и не сделав ни одного мазка, пошел собираться на работу.
В арт-клубе, где он работал официантом, Карей и познакомился с мистером Джеком Бронсоном. Хозяин клуба разрешал всем молодым художникам размещать на стенах свои произведения, мистер Бронсон увидел картины, написанные им, и, восхитившись, предложил свою помощь в организации выставки. Карей был счастлив неимоверно, но теперь мужчина умер, и все его мечты вместе с ним.
***
Прошло две недели, когда Карей случайно обнаружил оставленную на столике в коридоре визитку Деона. Покрутив в пальцах, он положил ее обратно, хотя можно было выбросить. Для чего ее хранить? Чтобы лишний раз напоминала о великолепном мужчине, который промелькнул в его жизни и исчез? Он и без нее постоянно вспоминает о нем, забыть никак не получалось: слишком яркий след оставил в его душе Деон.
В клубе устраивали вечеринку в стиле боди-арт, а так как из приглашенных моделей явилось всего две, то решили обойтись своими силами. Хозяин клуба мистер Кеван Стансер, придирчиво оглядев своих официантов, выбрал троих: Карея, Дольфа и Гарнета.
— Будете делать, что вам скажет Мур. Вперед к нему, — скомандовал Кеван.
Но кто бы знал, какой это мучительный процесс: неподвижно стоять, пока на тебя наносят рисунок. Еще нужно умудриться не вспотеть. А как это сделать, если ты стоишь на сцене практически обнаженный и твое достоинство прикрыто крохотными стрингами, а вокруг толпа народа, с любопытством разглядывающая тебя? Карей взглянул в сторону Дольфа: похоже, тому тоже не сладко; парень, скривив губы в подобие улыбки, ярко алел щеками. Дольф, заметив его взгляд, жалобно улыбнулся, у Карея в ответ получилось то же самое. Он случайно посмотрел со сцены вниз и застыл в ужасе: напротив него стоял Деон и, похотливо оглядывая его тело, гадко ухмылялся. Мужчина махнул ему рукой, Карей торопливо отвернулся.
Художник, закончив с рисунком, сказал:
— Теперь иди вниз и вставай на место.
В зале стояли невысокие тумбы, на которых должны были стоять модели, демонстрируя искусство боди-арт. Карей осторожно спустился вниз, взгромоздился на одну из них и с испугом принялся ждать, когда к нему подойдет мужчина. В том, что тот подойдет, он не сомневался, как не сомневался и в том, что Деон специально пришел к нему. Только вот зачем? Стараясь унять нервную дрожь, Карей сжал пальцы в кулаки. Идет, и опять на губах эта противная ухмылка.
— Привет, сладкая мордашка!
— Здравствуйте, мистер Бронсон. — Вот так, сквозь зубы, равнодушно. Ему плевать на этого высокомерного сукина сына.
— Почему не позвонил?
— А почему я должен звонить? — удивился Карей, или мужчина рассчитывал на еще одну порцию секса? Обойдется! Он ему не шлюшка! И та ночь просто была ошибкой!
— Как зачем? Я же говорил тебе, чтобы ты подумал над суммой, которая тебя устроит!
— А я вам сказал, что не нуждаюсь в ваших подачках!
— Даже если это несколько десятков тысяч долларов?
— Даже если это так! — Карею надоел этот бессмысленный разговор, он повернулся к мужчине спиной и тут же пожалел об этом; ведь, распалившись от злости, совсем забыл, что ягодицы прикрыты только краской. Заалев щеками, смущенно застыл, не представляя, что теперь делать. Искоса взглянув через плечо, заметил жадный взгляд мужчины, устремленный на его зад, и покраснел еще больше. Ему страстно захотелось прикрыть свои ягодицы хотя бы ладонями, но делать этого было нельзя, одно неосторожное движение — краска размажется, и вся работа художника пойдет насмарку.
— Решил продемонстрировать товар, так сказать, лицом? Или скорее задом? — поинтересовался Деон.
Карей уже просто ненавидел этот насмешливый голос.
— Отойдите от меня, мистер Бронсон, вы мешаете мне работать, — со злостью произнес он.
— И что это за работа? Показывать всем свою голую задницу? Рассчитываешь, что кто-нибудь купит ее?
— Оставьте меня в покое! — Карей чуть не плакал, он и без того чувствовал себя не лучшим образом, стоя на этой проклятой тумбе почти полностью обнаженным, так еще приходилось выслушивать всякие гадости!
— Оставлю, если согласишься поужинать со мной!
— Я не ем в двенадцать ночи!
— Я согласен на завтрак, желательно в постели, моей или твоей — без разницы.
— Нет!
— Соглашайся, я ведь понравился тебе как любовник!
— Оставьте меня в покое! — Карей сгорал от стыда, ему казалось, что все в зале слышат их разговор; его бросило в жар, и он почувствовал, как на спине выступил пот.
— О, я вижу, воспоминания о нашей ночи разгорячили тебя! — Мужчина пальцем размазал краску, рисуя круги по его спине.
И парень больше не выдержал, он соскочил с тумбы и бросился вон из зала.
***
Вернувшись с работы, Карей с удивлением обнаружил у дверей своего подъезда Деона.
— Что вы здесь делаете? — спросил он.
— Тебя жду!
— Зачем?
— Мы так и не договорили.
— Я не собираюсь разговаривать с вами, нам просто не о чем! — Карей вошел в подъезд, надеясь, что мужчина оставит его в покое и уйдет. Напрасно, Деон пошел за ним. С тем же самодовольным выражением он последовал за ним сначала в квартиру, а затем и в спальню. Парню очень сильно хотелось принять душ и переодеться, но пока мужчина здесь, помыться не получится, придется довольствоваться хотя бы тем, чтобы надеть домашнюю одежду. Карей взялся за пуговицу на рубашке, краем глаза следя за Деоном; мужчина сжал губы. Парень улыбнулся и расстегнул ее, затем следующую. Деон жадно уставился на приоткрывшуюся грудь, заметив, что Карей наблюдает за ним, разозлился.
— Шлюха, — прошипел он сквозь зубы.
  
— Пусть так, но не твоя! Тебе я не достанусь, всех твоих денег не хватит, чтобы оплатить одну ночь со мной, — парень, усмехаясь, уставился на вздыбившуюся ширинку Деона.
— Какая же ты сука! — Мужчина мрачно смотрел на Карея, его душила ярость.
— Какая есть!
— Я уже пробовал твои прелести, так что могу с уверенностью сказать, что платить там не за что! — Деон наконец нашел достойный, по его мнению, ответ, но этот мелкий поганец только усмехнулся и перевел выразительный взгляд на его пах. Мужчина очень пожалел, что не сидит где-нибудь за столом, где бы не было видно его такого позорного возбуждения.