"Фантастика 2024-117". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

— Как тебе такое, Илон Маск!? — Взревел Захар, бросаясь к Олегу и заключая его в объятия. — Дорогой ты мой человек! Тебя ведь теперь вся деревня уважать и бояться будет! Да что там деревня — вся округа!
— Не преувеличивай! — Ревниво возразил Анисим. — У меня тут много чего из анастезии для животных есть, от лидокаина до более интересных препаратов. Так что не так уж боятся тебя будут!
— Мы уже с Егором общались на эту тему, обещал на следующий год опиумом обеспечить! — Заметил Толян.
— Он себя в первую очередь обеспечит! — Вскинулся дед. — За ним глаз да глаз нужен! Я от Егора в основном всё прячу, а то он уже ходил тут, вынюхивал! Успокоительное для животных спрашивал и антидепрессанты для гусей!
После выяснения, что в деревне теперь есть свой, незаменимый специалист зубодер — умерили страсти, стороны пришли к соглашению и Анисим повел всех пить чай. Во время чаепития, всё же, поднимал себе самооценку, подкалывая врачей: «Вот что вам людей не лечить? Спрашиваешь, где болит — они показывают. А вы пробовали у лошади спросить, где у неё болит?! Вот то-то!». Доктора довольные тем, что обнаружили у ветеринара — не спорили. Олег даже согласился: «Да, к нам сейчас пациенты приходят со своим диагнозом, собственноручно поставленным с помощью интернета. И курсом лечения готовым, только рецепт выписать остается»…
От Анисима Захар, оседлав лошадь — отправился вместе с врачами, посмотреть, что происходит с медицинским центром. По пути доктора убедили его в необходимости обустроить ледник и для больничного комплекса, Захар, радостный от появления стоматологии — не возражал: «Сегодня экскаваторщик наш должен закончить с деревней и к вам его, под фундамент траншею выроет и ледник тогда уж, чтоб два раза не приезжать. Я вот думаю, надо вам сразу не одно здание ставить, а пару, и побольше». Анатолий поддержал это: «Да, Захар Михалыч, у нас сейчас пока не филиал больницы, а дурдом. С детьми занимаемся, мини-молокозавод в одном из помещений. И центр досуга по вечерам, детям мультики вчера крутили, так там взрослых набилось больше, чем детей».
В том, что у врачей дурдом — Захар убедился сам. Главное — процесс превращения конторы в медучреждение был в разгаре. В в двух уже приведенных в порядок комнатах занимались с детьми акушерка и гастроэнтеролог, разбив детей на две разновозрастные группы. «А ведь ещё и народ пойдет косяком, осень-зима — обострения не только у психических. Сезонные заболевания, ОРЗ всякие, по весне вообще туши свет» — подумал Председатель. Словно подслушав его мысли, Толя сказал, тяжело вздохнув: «И пациенты тянутся, тревожных много, с хроническими заболеваниями есть. Без работы не останемся, но придется и ужаться, и искать аналоги в народной медицине»…
— Нагрузку с детьми снизим, кого-нибудь из взрослых, склонных к обучению, к вам прикрепим. И Расул просит, чтоб на производство дети ходили, чему-то учить будут, что-то своими руками пробовать делать. Да и деревенские наши дети, хоть и испорченные гаджетами, но о жизни больше городских знают. В процессе определятся, кому что по душе ближе.
— Сейчас дети здесь с малых лет работают, точно не скажу, но на заводах точно с 14 пашут, если не раньше. В деревне вообще на возраст не смотрят, с малых лет по хозяйству помогают. — Заметил Олег.
Ещё раз уверив врачей в всемерной поддержке, Захар отправился дальше, покачиваясь в седле на важно шагающей лошади. Не к лицу председателю рысью передвигаться, не говоря уж про галоп! Решил посмотреть, как дела обстоят с детским садиком, на свою голову. И уж тем более не ожидал подвоха от Поляковой, которая вышла работать за воспитательницу, которая жила в селе и на работу по будням её привозил муж. Ксению он знал с детства, как вежливую и воспитанную девочку.
Штат детского садика на данный момент состоял из Ксении, как воспитательницы, двух нянечек, поварихи и двадцати с лишним детей разного возраста. Вежливая и воспитанная девочка фурией налетела на него с порога, шипящим шепотом начав предъявлять претензии. На его попытки оправдаться, она всё тем же шепотом: «Тише вы, Захар Михайлович, тугосери спят, разбудите!» — ловко эти попытки прекратила. Наезды были по существу, с этим Председатель не мог ни согласится. Пообещал всё лично взять под контроль, обеспечить и проследить.
 
«А ведь маловат масштаб детского садика для неё, такая и с гораздо большим проектом справится, энергия прям через край хлещет!» — Думал Председатель, еле выбравшийся целым и невредимым оттуда: «Это хорошо ещё, что дети спали!» Единственно — не понял он суть последней претензии Ксюши: «Куда и зачем он отправил Егора и когда он вернётся!?»
Изрядно проголодавшись — отправился домой, в надежде, что Татьяна сменила гнев на милость и чем-нибудь накормит. Та его ожидания оправдала, она хоть и была в гневе неистовой, но быстро отходила. Так что ждал Захара вкусный и сытный обед и даже крепко заваренный чай — всё как он любил. Доел борщ с щедро наложенной в него сметаной, налил чаю, и не успел сделать первый глоток, как подскакавший к ограде дружинник крикнул: «Тревога, Михалыч, орда надвигается с бывшего села!»
Что за орда, откуда — выяснить не успел, как и попить чаю. Дружинник крикнул, что все они собираются на краю деревни и ускакал. Чертыхнувшись, Захар отставил чай, подхватил ружье и кое как оседлав лошадь — отправился к оружным дружинникам. Когда он туда добрался, испереживавшись — уже и невооруженным глазом было видно, что действительно — на деревню кто-то движется. Вздымая клубы пыли.
«Кто там, что там, хули сидите курите!?» — прокричал он, разгоряченный скачкой, расслабленно курящим охотникам.
— Свои оказывается, Захар Михалыч! — поправляя висящий на шее бинокль сказал один из дружинников. — Там Галка, участковый и Лёха. И башкиры, человек пятнадцать — баранов гонят, наших, по ходу! И ещё кто-то с ними, из местных, не башкиры. Конные и телега.
Стали ждать вместе. Подъехавший Серёга с ходу вставил пистон своим: «Чо в кучу сбились, как бараны?! Кто на другом направлении фишку сечет!? Ты и ты оставайтесь, остальные по местам! А если бы нас в заложники взяли!?» Бойцы сконфуженно разъехались, а Серёга продолжил, обращаясь к Председателю:
— С айле погорячились, неправильно начали знакомство, я взял на себя ответственность, предложил замириться. Пообещал им, кто табун погонит — зерна отсыпать и овса, сколько конный увезет. Так они, видишь — какой кодлой приехали… — Растерянно показал рукой на сгрудившихся конных башкир.
— Правильно, — Одобрил Захар, — не обеднеем! Пусть вот эти двое твоих проводят к Анисиму, тот им выдаст. На меня ссылаются пусть.
— А это, Захар Михалыч — казаки местные, приехали пообщаться, вместе покумекать как нам жить дальше, вчера многое узнали нового. К вам?
— Ко мне, — вздохнул Председатель, вспомнив Татьяну, которая на людях ничего не скажет, но ему потом всё выскажет, что опять приволок людей кучу. — а это кто с вами ещё, да с телегой?
— А это работник мой, — улыбнулась Галка. — он со мной. А ты куда намылился, пьянь? Мало вчера погулял, вон еле в седле сегодня держишься!? — Тут же взъярилась она на Лёху, направившегося было вместе с казаками и Серёгой к Захару.
Галка и Лёха, сопровождая Викула с телегой — отправились к себе, по пути она продолжала терзать Лёху: «Сейчас будем приучать Викула к нормальным продуктам, а через него — и остальных местных. Покажешь ему, как чистить и жарить царское яблоко, с лучком и грибами. Мне, как ты сам догадываешься, как барыне — невместно на кухне возиться, понимаешь?!»
Тот всё понимал и не спорил, неплохо они вчера с казаками познакомились. Так, что аж проснулись только сегодня. И про Галку забыли совсем, та злющая с утра приехала их разбудила. И всю дорогу исподтишка, пока казаки не слышали — пила у них с Серёгой кровь. И ведь в полном праве была, вчера их, при желании — и повязать можно было, и обобрать полностью….
У Председателя казаки, как люди служивые и так как гулянки с выпивкой не предвиделось — предложили оружным людям деревни поверстаться в казаки, обещая в этом случае помочь и советом, и связями. А остальных — в крестьяне государственные, а при удаче — и в однодворцы. Малым числом, не всех.