"Фантастика 2024-117". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

Враг откровенно упивался своей победой. Он видел меня насквозь — словно читал раскрытую книгу. Как мы создали с Черновым фантомного двойника, как испытывали его на прочность, пытаясь понять, сколько же можно пускать потока в себя.
Видел — и ухмылялся.
Так смеется преподаватель над первокурсниками-недотепами, которые методом проб и ошибок пытаются постичь то, что давно ему известно.
Будь моя воля, срезал бы ножом с лица эту ухмылку! Ты мне еще за Ольгу ответишь!
Герцен выписал в воздухе огненную руну и наполнил ее силой.
А потом я почувствовал, как мегалит, стоящий далеко позади дома, в чаще, вдруг отозвался на этот зов. Тяжелый земляной стон — словно две тектонические плиты начали движение, — прокатился по округе.
— Да! — выдохнул Герцен, вскинув руки вверх.
Он вновь стоял на земле, которая когда-то принадлежала его роду.
Убийственный магический фон, созданный противником, также блокировал и часть заклятий. Я попытался сотворить огненный конструкт, но тот рассыпался. Водный — так же. Все боевые заклятия глушились. Хотя обычная защита держалась вполне неплохо.
Я отполз чуть дальше — чтобы хоть немного выиграть времени. И не теряя надежды. Продолжил штурмовать навалившуюся массу магии, пытаясь пробить ее.
Мегалит оживал. А вместе с ним и портал.
Я это почувствовал по рваным толчкам силы, начавшим идти по земле.
Я знал, что без силы древней постройки мне не справиться. Герцен прорвал оборону, ранил меня, и теперь мне оставалось только умереть без поддержки.
Это знал и Герцен. И потому не спешил. Убить быстро и безболезненно или наслаждаться болью противника, смакуя его страдания? Выбор очевиден. По крайней мере, для Герцена.
Мегалит лихорадило. Я создал небольшую проекцию, чтобы посмотреть, что происходит и… потерял дар речи.
Портал светился красным. А из него, ровным рядком, выходили призраки.
И они мне были знакомы. Их имена я знал наизусть и называл каждого выходившего, не веря собственным глазам.
— Шавкат, Тахир, Тоджихон, Остап, Раш, Клим, Антон, Иван, Шталин, Карасик, Евгения… — шептал я, все смотря на призраков и не в силах оторвать взгляда от белый силуэтов.
  
Глава 18
 
Этого просто не может быть!
Но это действительно было так.
И Герцен тоже почувствовал неладное, потому что лицо его из триумфального, счастливого, вдруг сделалось настороженным, А потом и вовсе хмурым.
Теперь понятно почему Чернов так медлил — он просто не мог подключиться к мегалиту, который исторгал из себя потусторонние сущности!
Призраки тем временем выплыли из магического места, где находился мегалит, и двинули в нашу сторону.
Они словно почувствовали, что мне нужна помощь и пришли! Но как? Как они вообще могли почувствовать это?
И еще — они мертвы?
Я смотрел на проекцию, которая показывала, как полупрозрачные белые силуэту движутся сюда и не мог ответить на этот вопрос. Или не хотел.
Да, я не хотел верить в то, что мои друзья мертвы. Но это действительно было так. Они были призраками, и не надо было обладать каким-то особым зрением, чтобы увидеть это.
Однако они пришли даже из загробного мира, что помочь мне.
Магический фон, удерживающий меня, немного снизился — сказались колоссальные возмущения в окружающей среде. Я смог с трудом подняться на ноги.
— Что это еще за штучки такие? — спросил меня Герцен, показывая на призраков.
— За тобой явились! — сквозь зубы прошипел я.
И ударил магическим конструктом.
Герцена отшвырнуло в сторону.
Тут же в меня полетели пули — целый рой злых свинцовых ос. Но я одним взмахом руки откинул их в стороны. Во мне пробуждалась страшная сила, и я превращался в то, что пряталось во мне все это время.
Пора было сразиться в последний раз, последняя битва, которая поставит все точки над и. Окончательно. Бесповоротно.
И Герцена пора уничтожить. Слишком долго он мозолил глаза и слишком много он натворил зла, чтобы ходить по этому белому свету.
— Нет, это вряд ли! — ухмыльнулся тот, поднимаясь на ноги.
 
Он тоже преображался. Из обычного человека он вдруг превратился в огромного монстра. Вспухшие бугры мышц, черная лоснящаяся кожа, двухметровый рост — Герцен обратился в настоящего зверя.
Впрочем, я тоже теперь чем-то походил на него.
Солдаты, мельтешившие вокруг, уже не волновали меня. Все мое тело обрело какую-то тяжелую мощь, с помощью которой я мог смахнуть бойцов как надоедливых котят. И они, чувствуя это, отступили.
Теперь, здесь и сейчас, не существовало ничего, кроме нас двоих, двух противников, которые сошли в последнем смертельном бою, и вся Вселенная сжалась до круга арены.
Магические конструкты, ловушки и защита — все это рушилось. Мегалит испустил загадочное свечение, и оно порушило всю эту магическую шелуху. Толчок был мощным. Швырнуло даже нас.
Мы стали друг напротив друга.
А потом началась схватка.
Герцен ударил первым.
И этот удар откинул меня на несколько метров назад.
Пришлось быстро приходить в себя — иначе Герцен бы испепелил бы меня. Мощь его магии впечатляла. Уровень противника явно подрост. Очень сильно подрос.
Огненный шар, созданный им, пролетел над самой моей головой.
Я не замедлил с ответом.
Скрученная в тугую спираль магическая пружина со свистом полетела в противника.
Тот, хоть и с трудом, но отразил выпад.
Обменявшись парой ощутимых ударов, мы разошлись в стороны. Буравя друг друга взглядами, мы искали уязвимые места. Свои то я знал, а вот противника…
Изначально обладая только огненным атрибутом, сейчас Герцен умел многое, не связанное со стихией пламени. Главы родов наградили его различными умениями. И тот успешно их сейчас использовал.
Из тех секунд поединка, что успели случиться, я прочитал в его заклятиях, все, что только можно было прочитать — огненная, водная, воздушная, земляная, магия крови и света, боли и тьмы.
Проще, наверное, назвать то, чего не нет.
Не увидел я магию звука и артефакторики, но это, наверное, еще все впереди. Не удивлюсь, если и это обнаружиться в разношерстном клубке умений Герцена чуть позже.
Враг вновь рванул ко мне.
Я бросился на него.
Наши кулаки встретились в точке смерти и высекли снопы искр. Пласт его магии, наслоенной как пирог, встретился с моей, черной, иначе называемой дарком.
Сама реальность содрогнулось от этого страшного удара.
Громыхнуло.
Раскат сотряс небо, я успел считать его, скрутить в спираль.
И швырнул во врага, подкрепив добротным магическим толчком. В бой должно идти все.
Подействовало.
Герцен вскрикнул и отлетел назад. На груди образовалась кровавая рана.
Вдохновленный успехом, я сотворил новое заклятие.
Звук. Страшный, низкий. Какой издает океан в своих самых глубоких и темных недрах и впадинах.
Звук, с каким рушатся горы и сталкиваются друг с другом тектонические плиты.
Я сотворил это, сам удивившись сколько силы было вытолкнуто в заклятие.
Сотворил — и тут же метнул.
Герцен увернулся. Но попался на мой трюк, который когда-то, в одном из поединков, и сам проворачивал со мной.
Это был обманный маневр. Настоящее заклятие осталось в моих руках. Правда, ненадолго.
Едва Герцен начал движение в сторону, чтобы увернуться от первого броска, как я сделал второй.
И попал.
Герцена смяло, яростно швырнуло об землю. Искры магического конструкта невероятно мощного, осыпали все вокруг.
Противник упал, закричал.
Я бросился к нему, готовый добить, но вдруг почувствовал, что провалился ногами во что-то мягкое.
Ловушка!
Я рванул назад, но не смог выбраться из липкой массы, так сильно похожей на обычную землю.
— Попался… — прохрипел Герцен, морщась от боли.
Из разорванных ран хлестала кровь, но он не обращал на то внимание.
Сейчас он готовился к последнему удару, который убьет меня.