"Фантастика 2024-117". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

— Во дела! — присвистнул я.
— Максим Петрович, я вас прошу слезно — не сдавайте меня. Если надо, я пойду к начальнику гарнизона, буду проситься в другую бригаду, чтобы вас не подвести.
— В другую бригаду? — переспросил я. — И что, каждую ночь будешь морок на себя накидывать?
— Каждую не смогу, — сникла девушка. — Сил очень много съедает, у меня на раз в неделю только хватает.
— Женя, послушай, — я попытался облагоразумить девушку. — С твоим отцом, скорее всего, произошло…
— Нет, — словно выстрельнула девушка. — Он в порядке. И я его найду. Успокаивать меня не надо и говорить, что его больше нет. Он жив. Я это чувствую.
Я понял, что взывать о чем-то тут бессмысленно.
— Упертая!
— Максим Петрович, мне отца надо найти. Это моя цель в жизни. И я его найду.
Я глянул на Женю, понял — она не откажется от своих идей и пойдет до конца.
Но отпустить ее на произвол судьбы — пусть и со способностью ловко манипулировать людьми, — я не мог. Все ее ухищрения разобьются о какого-нибудь очередного Гамильтона, который в миг ее раскусит.
— Хорошо, — с неохотой ответил я, взвесив все «за» и «против». — Не надо никуда переходить, оставайся с нами, так будет спокойней. Да и за Барьер ты вскоре попадешь.
— Спасибо большое!
— Только я тебя прошу — не надо геройствовать. И если вдруг что-то будет тебе грозить — я имею ввиду, если будет риск раскрытия твоей легенды, — немедленно обращайся ко мне.
— Еще раз спасибо!
Евгения протянула мне руку и я ее пожал — кожа ладони оказалась мягкой, совсем не мальчишеской.
Девушка стрельнула глазками и пошла к остальным парням.
Пора было сваливать с этого участка, что меня с одной стороны радовало — не надо будет общаться больше с Гамильтоном.
* * *
До вечера удалось оформить пропуск на перемещение. Мы выдвинулись в сторону расположения третьего пехотного полка и через час были уже там. Строений здесь было больше, а вместо производств располагались склады. Здесь уже ничего не делали — здесь только готовились к войне.
Нас встретил дежурный, бегло объяснил, что мне нужно попасть в пятый корпус, где некий Карасик произведёт раскомандировку и объяснит что делать дальше.
Я приказал ребятам ждать меня у дежурки, сам двинул на поиски пятого корпуса.
Вокруг меня уже не было этой суетливости, что творилась в гарнизоне, солдаты, если и попадались, то никуда не спешили, вышагивали медленно, понимая, что каждый час может оказаться последним и потому необходимо насладиться этим мгновением, запомнить его.
Пятый корпус нашел быстро. Того, кто должен нас поставить на учет тоже.
В комнатке было тесно, она была заставлена книгами и картами — целыми рулонами карт, пахло давно не стираными носками.
В центре комнаты стоял небольшой столик, за которым сидел усатый мужичок низенького роста, склонившись над книгой.
Увидев меня, хозяин поднялся.
Был он приземист, жилист, обладал черными как смоль усами и такими же черными кустистыми бровями. Невероятно подвижные живые глаза искрились.
— Будем знакомы — младший штык-фендрик первого взвода третьего пехотного полка Карасик Володарь Тимофеевич, — отчеканил он, протягивая крепкую ладонь. — А вы, позвольте поинтересоваться, кто?
— Фельдфебель Вяземский Максим Петрович, — ответил я.
— А-а, Вяземский! — Карасик широко улыбнулся, обнажая редкие зубы. — Приказ на вас и вашу бригаду я получил, вы поступаете в мое распоряжение.
— Так точно.
— Будем, значится, знакомы. А что же вы грустный такой? Я вроде не кусаюсь.
— Начальник гарнизона сказал, что за Барьер третий полк собирается, — честно ответил я.
— Верно, — кивнул Карасик. — Собираемся.
— У нашей бригады опыта выходов наружу нет никакого.
— Боишься сгинуть? — улыбнулся Карасик. — Это нормально, все боятся. И я боюсь, хоть столько раз был там. Да ты не пужайся сильно, прорвемся! Загадки любишь?
— Что? — не понял я. — Загадки?
— Ну да, — кивнул Карасик. — Вот ответь: что имеет восемь ног и пугает молодых девушек?
Карасик хитро посмотрел на меня.
 
— Не знаю, — пожал я плечами.
— Групповое изнасилование! — ответил тот и залился раскатистым смехом. — А вот еще: в чем разница между кошкой и апельсином?
Он вновь выразительно посмотрел на меня.
— В чем? — спросил я, ожидая ответа, подобного прошлому.
— Апельсин не трахают перед тем, как снять с него шкурку и съесть!
И вновь Карасик разразился заразительным смехом.
— Ну вот, ты улыбнулся, значит не все так плохо! — он хлопнул меня по плечу, начал трясти, словно пытаясь вытрясти всю грусть.
— Эх, парень! — Карасик аж крякнул. — Мне бы твои годы! Кровь молодая! Кипит! Гони грусть! Метлой ее поганой. Вот почувствуешь, что подкрадывается — сразу прочь ее, стерву! Понял?
— Понял, — кивнул я.
— Ну вот и хорошо.
Карасик, не смотря на все его странности, внушал мне доверие и я решился сыграть ва-банк.
— Володарь Тимофеевич, разрешите обратиться с личной просьбой?
— Разрешаю, — кивнул тот, подкручивая усы.
— Мне бы сестре позвонить, предупредить, что меня в другую часть перевели. А будет волноваться, ведь так все неожиданно, этот приказ о переводе. Ей спокойней и мне за нее не переживать.
— Сотовые телефоны запрещены, — разочаровано произнес Карасик.
— Я знаю, но может быть…
— Думаешь, у меня есть контрабанда?
— Я не хотел такого сказать…
— Или ты мне предъявую какую-то шьёшь? Хочешь засадить меня в тюрьму?
— Нет! Что вы! Я…
— Да ладно тебе! — Карасик рассмеялся, хлопнул меня по плечу. — Я же шучу! Чего ты такой напряженный? Весь сжался, напыжился? Ну-ка расслабься! Напрячься еще успеем! А пока грудь вперед, спину выгнуть, плечи! Так! Вот! Молодец! Нос выше! Еще выше! Ну-ка скажи «едриттвоюналево!»
— Чего?
— Едриттвоюналево! Давай! Громко!
— Едриттвоюналево!
— Громче!
— Едриттвоюналево!!
— Чувствуешь, как отступает? Грусть уходит. Ненужные мысли уходят. Чистая голова становится. Я только так там, за Барьером, этим и спасался. Когда страшно, когда не по себе, крикнешь «едриттвоюналево!» и отпускает.
Разговор про Барьер вновь пробудил во мне не самые приятные чувства.
— Знаешь, как обрюхатить бомжиху? — увидев в моих глаза смятение, спросил Карасик. — Кончить ей на обувь, а мухи доделают остальное!
Карасик залился звонким смехом.
Потом, когда немного успокоился от собственной шутки, достал из кармана небольшой складной телефон.
— Вот, держи. Звони конечно. Тут без взаимовыручки нельзя, Макс. Сегодня я тебе помогу, завтра ты меня огнем прикрывать будешь из окружения. А на шутки мои не обращай внимания. Мне просто с ними так легче.
Я набрал номер Ольги — благо выучил его наизусть, — стал с замиранием сердца ждать ответа, вслушиваясь в каждый гудок вызова.
Но ответ все не было. Пятый гудок. Седьмой. Десятый.
Я сбросил, набрал вновь, словно это могло как-то помочь. Но и во второй раз ответа не последовало.
Немного подумав, я набрал номер Бартынова. Но и он не ответил. Ни с первого раза, ни со второго.
Эх, почему не запомнил номер Воцлава? Сейчас эти одиннадцать цифр сейчас бы спасли меня.
— Что, глухо? — спросил Карасик.
Я кивнул.
— Можно я тогда SMS-ку отправлю?
— Валяй, — кивнул тот.
Дрожащими руками я начал набирать слова, но не успел закончить и первое слова (эти проклятые кнопочные телефоны!) как в дверь постучали.
Карасик вздрогнул, выхватил у меня телефон. И едва успел его спрятать, как дверь открылась и в кабинет вразвалочку, тяжело дыша, вошел мордатый подполковник.
Карасик вытянулся по струнке. Я тоже.
— Новое поступление? — произнес гость, глядя на меня.
Карасик кивнул. Выпалил:
— Так точно! пополнение в ряды.
— Выйди, — сказал подполковник мне. — Нам со штык-фенриком переговорить надо.
— Есть! — ответил я и нехотя пошел к выходу.