"Фантастика 2024-117". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)
— Жизненные обстоятельства, — уклончиво ответил я.
— Понимаю, — кивнул Сергей Маркович. — Жизненные обстоятельства порой заставляют нас совершать очень странные поступки.
Начальник гарнизона докурил сигарету, раздавил окурок в пепельнице.
— Максим… — он глянул в дело. — …Петрович, коль у вас звание фельдфебеля, вам положены люди в подчинение.
Я кивнул.
— Десять солдат полагается, вся ответственность о которых ложиться на вас. Случиться что-то с ними — спрос будет с вас. Тут никакие связи не помогут.
— Что нужно будет делать? — спросил я, вспоминая слова Вроцлава о том, что я отсижусь в штабе.
Эту мою нервозность прочитал в глазах сидящий и улыбнулся.
— Будете на заготовительном участке сидеть. Работенка не пыльная.
— А что заготавливать? — спросил я, представляя какую-нибудь фабрику по штамповке и выточке снарядов.
— Боевые заклятия, — ответил Сергей Маркович.
— Как это? — не понял я.
— Ну вы же дарованный, — начальник гарнизона вновь глянул в дело. — Тут так написано. Или это только написано?
— Нет, все верно, дарованный.
— Ну вот. Еще и первый курс Школы прошли, и экзамен у вас по Дикой Охоте стоит, оценка наивысшая, «толк». Значит с магией умеете управляться.
— Умею.
— Дадим вам формуляры, будете по ним боевые заклятия составлять — для фронта. А коль вы маг, то и подчиненных вам дадим соответствующих, с даром. Будете все вместе трудится на благо Родины. Устроит вас такое?
— Устроит, — кивнул я.
— Вот и договорились. Вот список людей, которые поступают к вам в распоряжение, вот приказы на них — отдадите по утру дежурному, он отметит причисление и покажет заготовочный участок. Прямо с завтра и начнете штамповать болванки для вражины!
— Так точно! — ответил я и, взяв документы, направился к выходу.
— Максим! — остановил Сергей Маркович. — А Александр Вяземский вам кем приходится?
Я напрягся.
— Старшим братом, — ответил, сдерживаясь до последнего, чтобы не спросить для чего это ему знать и по какому поводу подобный вопрос.
— Понятно, — задумчиво произнес хозяин гарнизона. — Ладно, все иди спать. Свободен.
Я вышел на улицу — там меня ждал штабной приказной, сонный, злой.
— Все? — клацая от холода зубами, спросил он.
— Все.
— Что-то про меня говорили?
— Нет.
— А про обеспечение материальной частью личного состава?
— Нет.
— Максютов просил докладные ему писать по любому поводу?
— Нет.
— Вот и не пиши. А если моча в голову ударит и захочешь написать — то только через меня. Понял?
— Понял.
— Смотри мне! — пригрозил он пальцем. — Если стукачить будешь в обход меня — не поздоровится.
— Я и не собирался стукачить.
— Мало ли, — передернул плечами штабной приказной. — Все доклады — только через меня. И чтобы без иницититативы…
— Чего?
— Ицинита… инициативы, твою мать! — еле выговорил стоящий.
— Понятно, — устало ответил я. Хотел больше жизни спать.
— Ладно, тогда дуй до барака. Сам доберешься, не заблудишься?
— Не заблужусь.
Я двинул по обратному маршруту, еле волоча ноги. Когда добрался до барака, дневальный уже вовсю спал, облокотившись на тумбочку и похрапывая. Я не стал его будить. Осторожно прошел внутрь, к своей кровати. Не удивился тому, что подушка, матрас и одеяло были сброшены на пол.
«Лишь бы не были мокрыми», — с омерзением подумал я, ощупывая белье.
Сухое. Нормально.
Я накинул матрас, застелил простыней, тяжело плюхнулся. Глаза слипались, но я все же решил пробежаться по списку людей, которые с завтрашнего дня поступали ко мне в распоряжение.
Первые же имена заставили удивиться.
Шавкат Еркимбаев — рядовой
Тахир Еркимбаев — рядовой
Тоджихон Еркимбаев — рядовой
— прочитал я в списке. А разве они дарованные? Начальник гарнизона сказал, что ко мне пойдут дарованные, а за этими я что-то ничего не замечал. Может, какие-нибудь погодники? Дождь умеют призывать? Ладно, завтра разберемся. Кто там дальше?
Евгений Бобков — рядовой
Остап Бердичевский — ефрейтор
Раш Ар-Рауд — рядовой
Это что, тот, который топором пятерых приставов зарубил? Ох, компашка просто блеск собирается.
Клим Журавлев — ефрейтор
Антон Рябов — рядовой
Иван Ходун — рядовой
Михаил…
Я не поверил своим глазам. Последняя фамилия резанула глаза. Он то какого ляда тут?! Хотя, все верно, у этого кадра есть магические способные, которые я уже успел увидеть и даже почувствовать на себе.
Мелким шрифтом в самом конце списка значилось:
Михаил Шталин — рядовой
Глава 13
Прошла ночь, муторно, тяжко. Снились кошмары. Снился Барьер. Казалось, что он был живым существом и наблюдал за мной, молчаливо, строго, осуждающе.
Проснулся я от крика дневального.
— Подъем!
Команда вырвала меня из сонного тумана как зуб из десны — резко, неожиданно, с болью.
Засуетились солдаты, начали живо одеваться.
— Медленно! Медленно одеваетесь, мухи сонные! — кричал дежурный, подгоняя самых нерасторопных пенделем. — Норматив — тридцать секунд. Когда будут стрелять — никто вас ждать не будет! Живее! Еще живее!
Наконец все были в сборе и построены.
— На первый-десятый рассчитайсь! Все встали по своим номерам. Группами сейчас по очереди пойдете к начальнику трудового периметра. Он будет вас распределять. Да не всей толпой сразу, дебилы! По группам говорю! Сначала все первые, потом — вторые, третий. И так далее. Вяземский!
— Я!
— Ты берешь своих пришибленных и дуй на заготовительный участок. Там уже ждут — предупреждены.
— Есть!
Я вышел из строя, зачитал все фамилии.
— Шаг вперед!
— Что? — Шаталин был явно удивлен, услышав среди названных и себя.
— Вы поступаете в мое распоряжение, — ответил я.
— Да хрена лысого!
— Ты как с фельдфебелем разговариваешь, пыль сапожная?! — рявкнул дежурный, отвесив Шталину крепкий удар в живот.
Тот согнулся, застонал.
— Тебе велено было выйти — значит выходи. Будет команда болтать — тогда и будешь болтать. Я тебя заставлю старших по званию уважать!
Шталин нехотя вышел.
— Вот и отлично! — кивнул дежурный. И обратился ко всем вышедшим: — Солдаты! Это, согласно приказа пятнадцать бэ тире восемь, ваш новый командир, фельдфебель третьего ранга Вяземский Максим Петрович. Вы поступаете в его распоряжение. Не слышу ответа!
— Так точно! — не стройно ответили те.
— Отлично! Вяземский, уводи их с глаз моих долой. Чем меньше тут дарованных будет, тем мне спокойней.
— За мной, — махнул я рукой и пошел к выходу.
— У-у, буржуй! Уже успел кому-то на лапу дать, чтобы заграбастать меня в рабство! — проворчал Шталин, плетясь в конце строя.
Мы вышли на улицу. Там уже занимались бойцы, отрабатывали приемы, бегали, отжимались. Я сразу почувствовал на себе множество взглядов.
Со стороны наш небольшой отряд выглядел и в самом деле любопытно и причудливо. Словно среди всего набора отобрали самых не подходящих под параметры солдат людей и сформировали из этого могучую кучку. Мелкие, загорелые, похожие на тараканов Шавкат, Тахир и Тоджихон Еркимбаевы, огромный, как дуб, молчаливый и хмурый Раш Ар-Рауд, Шаталин, злой, едва не метающий молнии, Бобков — сутулый, похожий на креветку. М-да, компашка подобралась что надо.
Мы прошли через плац, вышли на небольшую площадку. По указателю направились к северным строениям.
На стене одного из ангаров прочитали:
51-2. Заготовочный участок.
Отв. за пож. безоп.: Гамильтон Л.Ф.
— Нам сюда, — произнес я.
Отряд остановился.
— Что мы тут потеряли? — пробурчал Шталин, оглядываясь.
Место на военную базу и в самом деле мало чем походили — стеллажи с досками, несколько куч белого песка, обтянутые брезентом, коробки, ящики.