Великолепная Софи

— Вы меня пугаете, — сказала Софи. — Вы думаете, меня забаллотируют?
Мисс Рекстон улыбнулась.
— Вряд ли, ведь вы дебютируете под эгидой леди Омберсли. Она расскажет вам, как надо себя держать, если ее здоровье позволит ей поехать туда с вами. К несчастью, обстоятельства не позволили мне пока занять такое положение, при котором я смогла бы освободить ее от многих обязанностей.
— Простите меня! — прервала Софи, чье внимание отвлекли от разговора. — Кажется, мне машет мадам де Льеван, будет очень неприлично не заметить ее!
Она подъехала к изящной коляске, стоящей у края дороги, и наклонилась с седла, чтобы пожать вялую руку, протянутую ей.
— Софи! — произнесла графиня. — Сэр Горас говорил мне, что я могу встретить тебя здесь. Ты галопируешь против правил. Никогда так больше не делай! Ах, мисс Баррель, позвольте представить вам мисс Стэнтон-Лейси!
Леди, сидящая рядом с женой посла, слегка кивнула и растянула губы в слабую улыбку. Улыбка стала немного шире, когда она увидела мисс Рекстон, подъехавшую следом за Софи, и она наклонила голову — величайшая снисходительность с ее стороны.
Графиня Льеван кивнула мисс Рекстон, не прерывая разговора с Софи.
— Ты остановилась у леди Омберсли? Я немного знакома с ней и заеду в гости. Она уступит тебя мне на один вечер. Ты уже видела княгиню Эстерхази или леди Джерси? Я расскажу им, что встретила тебя, они захотят услышать, как дела у сэра Гораса. Что же я обещала сэру Горасу сделать! Ах, да! Ольмак! Я пошлю тебе поручительство, дорогая Софи, только не надо галопировать в Гайд-Парке.
Она велела кучеру трогаться, послала всей компании Софи слабую прощальную улыбку и вернулась к прерванному разговору с миссис Драммонд Баррель.
— Я не предполагала, что вы знакомы с графиней Льеван, — сказала мисс Рекстон.
— Вам она не нравится? — спросила Софи, не обращая внимания на холодный тон мисс Рекстон. — Многим людям она не по душе, а сэр Горас называет ее великой intrigante, но она умна и может быть очень приятной. Она чувствует нежность к нему, я полагаю, вы это заметили. Мне больше нравится княгиня Эстерхази, а больше всех — леди Джерси, она намного искреннее, несмотря на свой неугомонный нрав.
— Ужасная женщина, — сказал Чарльз. — Болтает без умолку! В Лондоне все ее зовут Тишиной.
— Неужели? Ну что ж, я уверена, что если она об этом знает, то ничуть не обижается, потому, что любит шутки.
— Вы счастливая, если знаете стольких патронесс Ольмака, — заметила мисс Рекстон.
Софи усмехнулась.
— Если честно, то, кажется, мое счастье заключается в том, что мой отец неисправимый ловелас!
Мистер Рекстон захихикал, а его сестра, немного придержав свою кобылу, поравнялась с мистером Ривенхолом, пытаясь перекрыть какую-то насмешливую реплику, адресованную мистером Рекстоном Софи, громко сказала:
— Очень жаль, что мужчина смеется, когда чрезмерная живость вынуждает женщину говорить неприличные вещи. Этим она слишком обращает на себя внимание, что, по-моему, является корнем зла.
Он вскинул брови.
— Ты слишком сурова. Она тебе не нравится?
— О, нет, нет! — быстро ответила мисс Рекстон. — Просто я не очень люблю такого рода игривость.
Он ждал продолжения, но в этот момент в поле их зрения появилась воинственного вида кавалькада, легким галопом направляющаяся к ним. Она состояла из четырех джентльменов, пышные бакенбарды и мужественный вид которых выдавал их профессию. Они лениво взглянули на компанию мистера Ривенхола. В следующее мгновение послышалось восклицание, четверка натянула поводья и один из джентльменов звонко закричал:
— Боже мой, да ведь это Великолепная Софи!
В последовавшей за этим суматохе все четыре джентльмена сгрудились вокруг Софи, чтобы поздороваться, и закидали ее вопросами. Откуда она появилась? Как давно в Англии? Почему им не сообщили о ее приезде? Как поживает сэр Горас?
— О, Софи, вы лучшее лекарство для воспаленных глаз! — объявил майор Квинтон, первым окликнувший ее. — Саламанка все еще с вами! Боже, помните, как вы мчались на нем через Пиренеи, когда вас чуть не схватил старый Соулт?
 
— Софи, куда вы направляетесь? Вы сейчас живете в Лондоне? А где сэр Горас?
Она, смеясь, пыталась ответить всем сразу, пока ее конь ходил боком, нервничал и вскидывал голову.
— За границей. И не вспоминает обо мне. Что вы делаете в Англии? Я думала, вы еще во Франции! Только не говорите мне, что вы вышли в отставку!
— Дебенхем вышел, счастливый черт! Я в отпуске. Волви перевели в Англию — вот, что значит быть сыном придворного, а Тальгарт стал великим человеком — ого! Да! Я уверяю вас! Советник герцога Йоркского! Вы заметили его важный вид? Но он сама снисходительность, ни малейшего высокомерия в манерах… пока!
— Замолчи, болтун! — сказал его жертва, красивый, уверенный в себе, темноволосый мужчина с ленивыми манерами. Он был значительно старше своих приятелей. — Дорогая Софи, я абсолютно уверен, что вы в Лондоне недавно. До меня не доходил ни малейший слух о каком-нибудь бурном волнении, а вы знаете, как быстро я узнаю о всех новостях!
Она рассмеялась.
— О, это так нехорошо с вашей стороны, сэр Винсент! Я не вызываю волнений. Вы ведь знаете!
— Откуда же мне знать, дитя мое? Когда я видел вас в последний раз, вы очень самоотверженно устраивали дела самой изумительной из всех, что я когда-либо видел, бельгийской семьи. Я очень сочувствовал им, но ничем не мог помочь. Я знаю свои возможности.
— Бедные Ле Брюны! Хорошо, но кто-то ведь должен был помочь им выпутаться! Уверяю вас, все было улажено самым удовлетворительным образом! Но не будем об этом! Я забыла приличия во всех этих волнениях! Мисс Рекстон, умоляю, простите меня и позвольте представить вам полковника сэра Винсента Тальгарта, а рядом с ним полковник Дебенхем. А это майор Титас Квинтон и — ой, не должна ли я была сначала назвать вас, Френсис? Я никак не могу этого запомнить, но неважно! Капитан лорд Френсис Волви! А это мой кузен, мистер Ривенхол. О, а также мистер Рекстон!
Мисс Рекстон вежливо наклонила голову, мистер Риверхол слегка поклонился остальным и обратился к лорде Френсису:
— Не думаю, что встречал вас раньше, но мы вместе с вашим братом учились в Оксфорде.
Лорд Френсис тут же наклонился с седла вперед и пожал ему руку.
— Теперь я знаю, кто вы! — объявил он. — Вы Чарльз Ривенхол! Я уверен, что не ошибся! Здравствуйте! Вы все еще занимаетесь боксом? Фредди всегда говорил, что никогда не встречал боксера-любителя с более сильной правой!
Мистер Ривенхол засмеялся.
— Правда? Он достаточно часто мог ее почувствовать, но я не считал это заслугой. Он всегда допускал ошибки!
Майор Квинтон, внимательно разглядывающий его, произнес:
— Вот где я мог видеть вас. В салоне Джексона! Вы тот человек, про которого Джексон сказал, что мог бы сделать из вас чемпиона, если бы вы не были джентльменом!
Это замечание, как и следовало ожидать, втянуло трех джентльменов в разговор о спорте. Мистер Рекстон попытался присоединиться к беседе и вставил несколько слов, на которые, однако, никто не обратил внимания; полковник Дебенхем, у которого были отличные манеры и доброе сердце, старательно завел разговор с мисс Рекстон.
По молчаливому согласию военные повернули своих лошадей и поехали вместе с компанией мистера Ривенхола прогулочным аллюром.
Софи, заметив, что сэр Винсент заставляет идти своего коня рядом с Саламанкой, внезапно сказала:
— Сэр Винсент, вы тот человек, который мне нужен! Давайте проедем немного вперед!
— Ничто в этой жизни, очаровательная Жюно, не может доставить мне большего удовольствия! — мгновенно ответил он. — Я не люблю Френси. Но ни при каких условиях не говорите никому, что я так сказал. Это недостойно! Вы собираетесь привести меня в восторг, приняв, наконец, сердце, всегда лежащее у ваших ног и всегда отталкиваемое с презрением? Что-то подсказывает мне, что я слишком потворствую своему оптимизму и что вы потребуете от меня нечто такое, что ввергнет меня в пучину бед и закончится моим увольнением.