Соната любви
— Спасибо, — буркнул сэр Люк.
— Ты дилетант во всем, кроме путешествий по цивилизованным уголкам мира. В то время как друг мисс Гренджер — хороший фермер. Мне кажется, «Ивовая ферма» — потрясающе романтичное название. Я узнала сегодня, что предки мистера Вайдала жили на этой земле много веков. Как мило…
— Но Инга, — вмешалась миссис Ларсен, встревоженная недовольством хозяина дома. — Род сэра Люка также жил здесь много поколений. Род Чарноков традиционно владеет Вроксфордским аббатством.
Инга через стол невозмутимо взирала на мать.
— Ну и что из того? — Она пожала изящными покатыми плечиками. — Я не пытаюсь провести сравнение между Мартином Вайдалом и сэром Люком. К тому же Люк наполовину американец, — возразила красавица, непринужденно отправляя виноградину в очаровательный ротик.
Сэр Люк встал и отодвинул стул, давая возможность дамам покинуть обеденный стол. Инга еще не закончила ужин, поэтому с недоумением воззрилась на потенциального жениха. Но тот, ответив ей холодным взглядом, заметил:
— Будь осторожнее в сравнениях, Инга. Я могу сказать, что ты и мисс Гренджер не похожи друг на друга как два совершенно разных сорта сыра.
Блондинка состроила недовольную гримаску:
— Мне не нравится сравнение с сыром!
— Тогда иди и позволь мужчинам отведать портвейна. Мы присоединимся к тебе, как только прикончим бутылочку.
На самом деле джентльмены очень скоро присоединились к дамам. Миссис Ларсен успела только усесться в кресло с чашкой кофе в руках и отчитать в довольно резкой манере дочь за неподобающие замечания за столом. Инга молча выслушала мать и двинулась к пианино.
Она пробежалась тонкими пальцами по клавишам. Девица явно капризничала, не желая замечать столпившихся вокруг нее джентльменов. Шведка великолепно смотрелась в платье из белоснежного атласа, расшитом серебряной нитью. Мелани не удивляло, что мисс Ларсен частенько не обращала внимания на присутствующих мужчин. Они все как один преклонялись перед ее ослепительной красотой, и Инга была пресыщена мужским, вниманием.
Появление Мелани за ужином тем вечером не вызвало никаких трудностей. Она расположилась на полосатой кушетке среди вороха атласных подушек, вытянув перебинтованную ногу на пуфике. Девушка ощущала болезненную усталость. Ее маленькое черное платье подчеркивало бледность кожи. После несчастного случая в коттедже и нескольких дней, проведенных в закрытой комнате, лицо девушки потеряло былой румянец. Если Мартина Вайдала назвали уличным парнем, то ее смело можно было окрестить домашней девочкой.
Сэр Люк безостановочно мерил комнату шагами, неотразимый в великолепном белом фраке, но мрачный и угрюмый. Женщина, на которой он собирался жениться, посмела сравнить его с молодым человеком не из его сословия, обычным деревенщиной, без связей, власти и денег. При обычных обстоятельствах сэр Люк не снизошел бы даже до знакомства с ним. Так размышляла Мелани, наблюдая за хозяином дома.
Он баронет, сэр Люк Чарнок — владелец Вроксфордского аббатства. Он мог облагодетельствовать любую женщину, взяв ее в жены. И какой-то там Мартин Вайдал…
Сэр Люк подошел к камину и долго стоял, глядя на горящий огонь. Инга за его спиной музицировала. Но он, казалось, не замечал ее присутствия. Обеспокоенная, миссис Ларсен лично отнесла ему кофе. Сэр Люк, коротко поблагодарив пожилую даму, поставил чашку на ближайший столик и направился к Мелани. По пути ему пришлось задержаться на минуту — Кристофер Винслоу и Ричард Калдроуз попытались вовлечь хозяина дома в разговор. Сэр Люк отделался парочкой замечаний и подошел к Мелани.
— Если ты устала, Мелани, я могу отнести тебя наверх. — Он протянул к ней руки.
Мелани такой способ передвижения казался смешным до абсурда. Но невыносимая усталость действительно давала знать, и ей пришлось уступить. Она неосознанно прижалась головой к плечу сэра Люка и чуть не уснула по дороге. Может, ей не хватало сил, чтобы отнять голову, а может, она и не захотела. Его плечо было таким теплым и уютным… Неведомая магнетическая сила влекла к нему.
Когда сэр Люк вошел в комнату, ему показалось, что девушка уснула.
Мужчина тихонько зашептал:
— Бедняжка. Бедная малютка Мелани. Мой приезд сюда принес тебе одно горе. Неудивительно, что твой выбор пал на Мартина. — Он двинулся в комнату и уложил девушку на диван.
Черные пушистые ресницы вспорхнули над бледными скулами — Мелани открыла глаза.
— Мартина? — переспросила она. — Но Мартин только друг.
— Неужели?
Столько сомнения в голосе! Очевидно, мужчина не поверил.
И внезапно для Мелани стало важным, чтобы сэр Люк понял, что между нею и Мартином ничего не было, нет и не будет. Они всего лишь хорошие друзья… друзья с детства. И когда мужчина повернулся, чтобы уйти, девушка окликнула его.
Она резко вскочила, бросилась к нему, прихрамывая, и заглянула в бездну темных глаз.
— Это правда, — уверенно произнесла Мелани. — Он просил меня выйти за него замуж… но я отказалась.
Сэр Люк долго смотрел на нее.
— Спокойной ночи, — наконец произнес он ласково и ушел, тихонько прикрыв за собой дверь.
Мелани чувствовала, как горят от стыда щеки. «Какого черта, — думала она, — я призналась ему… да еще в такой час!»
Глава 9
Два события следующей недели заставили Мелани пересмотреть мотивы поступков некоторых людей. С первого взгляда она признала в сэре Люке Чарноке человека с железным сердцем, сурового и способного на жестокость. Поэтому не удивлялась некоторым его замечаниям.
Например, когда он велел распрощаться с Шерри, ее щенком. И девушка послушалась. Ведь право остаться в аббатстве надо было заслужить, исправно выполняя требования нового хозяина и заботясь о его имуществе. Во времена сэра Джеймса таких правил не существовало, и на памяти Мелани не один щенок запускал зубы в старинную мебель.
Но стоило девушке утвердиться во мнении, что сэр Люк сильно отличается, в худшую сторону, от ее ныне покойного опекуна, как вдруг он… приносит ей большую плетеную корзину, накрытую бархатным покрывалом…
Мелани сидела на террасе, удобно разместившись в просторном кресле, и грелась на солнышке.
— Держи. — Сэр Люк протянул ей корзину. — Он весь твой. Надеюсь, ты отучишь его скрести когтями мебель… хотя бы в библиотеке. Это мое единственное требование.
Девушка не удержалась и завизжала от восторга. На дне корзинки свернулся клубочком Шерри — белый щенок с огромными карими глазами. Он мирно жевал край покрывала. Когда девушка выудила его на свет, щенок заморгал и потянулся к ней мордочкой, как бы говоря: «Вот мы и встретились вновь! Я уж думал, ты забыла обо мне».
Сэр Люк с удовольствием наблюдал за умилительной встречей. Удивление и радость смыли болезненную бледность с лица Мелани, и ее щечкам вернулся прежний цвет — спелого персика. Девушка не могла поверить своему счастью. Она прижала белый комочек к груди и готова была затискать бедную животину. В ее взгляде, обращенном на хозяина дома, было столько восторженной благодарности, что тот не выдержал и заулыбался.
— Какое счастье! — воскликнула Мелани. — Но я думала, вы отправитесь к заводчику, чтобы вернуть мой чек.
— Я так и сделал. — Сэр Люк помахал чеком у нее перед носом. — На, возьми… и порви! Или ты настолько любишь своего щенка, что готова заплатить двойную цену?
— Но…
— Это подарок, — обыденным тоном изрек мужчина, изучая высаженные в каменную вазу цветы. — Я говорил, что меня гложет совесть… А жить с нечистой совестью не так просто.
Мелани была так увлечена щенком, что не заметила особой теплоты в смеющемся взгляде мужчины. Однако отметила про себя, что сэр Люк сегодня в отличном расположении духа.
И хотя ничто не могло заставить Мелани теперь отказаться от Шерри, она не видела причин, по которым сэр Люк должен преподносить его в подарок.
Девушка только начала объяснять, почему должна вернуть за собаку деньги, как лицо у мужчины вытянулось, в глазах появился опасный блеск, и Мелани мгновенно замолчала.