Соната любви

Конечно же, Мелани не собиралась поселиться в коттедже, сидеть сложа руки и ждать, когда деньги повалятся на нее с неба. Она хотела пойти учиться в ветеринарную академию, а потом работать ветеринарным врачом. Еще можно разводить щенков. Или… это, конечно, вряд ли… стать пианисткой и выступать с концертами.
Но как это сделать без пианино?
Девушка уже не надеялась обрести инструмент, завещанный ей покойным сэром Джеймсом. Требовать пианино у нового владельца аббатства казалось ей невероятной наглостью. Особенно теперь, когда она в долгу у сэра Люка — доставила ему массу хлопот и пользуется его гостеприимством без права на то.
  
Больше всего Мелани смущало, что она злоупотребляет чужим гостеприимством и ставит как баронета, так и себя в неловкое положение. Чем раньше она перестанет нахально пользоваться добротой хозяина дома, тем лучше… для всех. В особенности для мисс Ларсен, которая даже не пыталась скрыть своей неприязни к Мелани. Шведке казалось, будто девушка использует сэра Люка в своих интересах. Инга воспринимала мисс Гренджер как досадную, но временную помеху.
Мелани задумчиво оглядела свою многострадальную лодыжку. Интересно, есть перелом или нет? Девушка знала, что уверенность доктора Биннса именно в переломе возрастала теперь день ото дня. Если это так, то пройдут месяцы, прежде чем Мелани сможет нормально передвигаться. С другой стороны, если перелома нет, то можно спокойно вернуться в гостиницу.
Ей стало лучше при мысли, что доктор Биннс завтра намеревается лично отвезти любимую пациентку до ближайшей больницы на рентген. Чем раньше она узнает результат, пусть и плохой, тем лучше. По крайней мере, доктор Биннс ее старинный друг, и не придется чувствовать неловкость оттого, что воспользовалась его помощью.
Кроме миссис Эдгерли, больше никто не заходил проведать Мелани вечером. Экономка не знала, когда ушел Мартин Вайдал. Девушка с уверенностью могла сказать, что ее друг попал под чары скандинавской красавицы. Но поскольку мисс Ларсен собиралась замуж за сэра Люка Чарнока, Мелани надеялась, что Мартин не стал задерживаться и уехал сразу после ленча… если у него осталось хоть немного такта.
Мелани очень привязалась к Мартину за время их знакомства. Но не переживала оттого, что он мог попасть под чары симпатичной Инги Ларсен. В конце концов, он всего лишь мужчина, а Мелани никогда не давала ему надежды. И запросто могла простить увлеченность Ингой.
Вечером миссис Эдгерли вызвалась посидеть с больной, и та обрадовалась хорошей компании. В комнату принесли телевизор, и дамы провели вечер у голубого экрана. Экономка отлучалась только раз — приносила поднос с крепким чаем и домашним печеньем. Ближе к ночи Мелани отправилась спать… на свою любимую пуховую перину.
Но, засыпая, Мелани слышала, как лилась веселая залихватская музыка откуда-то в доме. И осознала вдруг, что это звуки ее пианино. И играет, несомненно, Инга Ларсен.
«Прощай, мое любимое пианино», — вздохнула девушка, откинулась на подушку и уснула.
В десять часов утра пришел доктор Биннс. Мелани поджидала его, и они, не откладывая, отправились на машине до ближайшего городка, где находилась больница. Доктор передал свою пациентку в заботливые руки медсестры и обещал вернуться через пару часов. Мелани согласилась подождать.
— Не переживай, — улыбнулся доктор Биннс. — Я уверен в хорошем результате рентгена. Так что не вешай нос!
Чмокнув девушку в щечку на прощание, он удалился.
И после процедуры, занявшей совсем немного времени, Мелани вернулась в комнату ожидания. Она купила себе чай и уселась на кушетку. Попивая чай, девушка с нетерпением ожидала результата. Если все хорошо, она сможет в ближайшее время сесть за руль своего автомобиля, и проблема передвижения отпадет. Ее размышления прервал приход медсестры. А за ней в дверном проеме появилась высокая мускулистая фигура, ставшая слишком хорошо знакомой протеже сэра Джеймса Чарнока за последние несколько дней, — сэр Люк Чарнок собственной персоной.
Медсестра залилась смущенным румянцем, узнав, кто перед ней. Сэр Люк, облаченный в дорогой костюм светло-серого шелка, ловил на себе восхищенные взгляды женского и завистливые — мужского персонала больницы. Медсестра с сияющей улыбкой проводила его к Мелани.
Сэр Люк выглядел встревоженным. Он обратился к девушке довольно резко:
— Почему не дождалась меня? Я сам хотел отвезти тебя в больницу. Скажи мне, зачем затруднять доктора Биннса, заставлять его прерывать напряженный рабочий график, когда я мог подвезти тебя? Разве миссис Эдгерли тебя не предупредила?
— Н-нет… — Мелани недоуменно уставилась на мужчину и, не выдержав, отвела взгляд.
Экономка действительно упоминала, что сэр Люк изъявил желание самолично отвезти девушку на рентген. Поэтому Мелани пришлось пробираться через вторую лестницу и черный ход, чтобы не нарушить договоренности с Биннсом. Только теперь Мелани сообразила — сэр Люк мог запросто уволить миссис Эдгерли, решив, что та забыла передать указание хозяина. Поэтому поспешила уверить его, что экономка на самом деле говорила об обещании сэра Люка предоставить себя и машину в распоряжение больной. Но Мелани к тому времени уже договорилась с доктором Биннсом и не могла ничего отменить.
Сэр Люк недоверчиво поджал губы, как делал уже не раз, общаясь с Мелани, и буркнул что-то об ослином упрямстве. Затем спросил у медсестры, может ли забирать пациентку. На лице сестры отразилось разочарование. С томным вздохом она отпустила их. Сэр Люк взял девушку под руку и, отказавшись от приготовленного специально для него кофе, вывел наружу.
Как только двери больницы за ними закрылись, мужчина бросил на Мелани недовольный взгляд.
— Ты невозможна! — с упреком воскликнул он.
Девушка с невинным видом взглянула на него:
— Почему?
— Сама прекрасно знаешь. Ты была бы сейчас в полном порядке, если бы не старалась так активно избегать моего внимания. Ты все равно повредила ногу и вынуждена теперь пользоваться моим безграничным гостеприимством.
— Так уж и безграничным? — Ее глаза блеснули бездонной синевой из-под пушистых ресниц. Она с трудом сдерживала усмешку. — «Безгранично» — слишком расплывчатое понятие. Вам не кажется? Оно может означать любой промежуток времени.
— Именно. — Мужчина еще сильнее поджал губы.
Его машина стояла недалеко от дверей больницы. Но не потрясающий «роллс-ройс» — любимец Диксона. Не менее шикарный спортивный автомобиль, двухместный, поэтому Диксона не было за рулем. Эту машину сэр Люк водил сам. И сейчас он подвел к ней Мелани с величайшей осторожностью, не отпуская девушку ни на минуту. Но она не нуждалась в его поддержке.
Сэр Люк хмуро смотрел на Мелани, помогая усесться на сиденье. Затем обогнул машину спереди и сел на место водителя. Они немного помолчали, и вдруг мужчина спросил:
— А где ты предпочитаешь обедать?
— Предпочитаю обедать? — удивленно переспросила Мелани. — Но вы же не собираетесь?..
— Собираюсь. Я намерен покормить тебя, прежде чем отвезу домой. Если не хочешь отобедать в моей компании, так и скажи… в таком случае я поеду прямиком в аббатство!
Девушка потупилась, затем решилась взглянуть на своего спутника, робко улыбаясь:
— Я не могу позволить себе подобную неблагодарность, сэр Люк, и раз я все равно голодна, то с радостью приму ваше предложение накормить меня.
— Куда посоветуешь поехать?
— «Джордж» — лучший ресторан, — с готовностью ответила Мелани. — Это…
— Я знаю, знаю. — Он улыбнулся, заметив ее недоумение. — Именно туда водил тебя сэр Джеймс, когда ты оказывала ему честь своим присутствием. Но сэра Джеймса больше нет, и только его сомнительный племянник предлагает тебе душевную поддержку.
  
— Вы правы, — с улыбкой согласилась Мелани. — «Джордж» — любимый ресторан сэра Джеймса.
От больницы до центра города путь был близкий, особенно на такой мощной машине, как у сэра Люка. Но на эту пару минут девушка могла расслабиться и отвлечься от забот. Она даже пожалела, что машина оказалась у дверей «Джорджа» так скоро.