Соната любви
Сьюзен Барри
Соната любви
Глава 1
Какая трогательная сцена: мирный деревенский пейзаж, двое всадников подъезжают к старинным железным воротам, опорой которым служат исполинские каменные столбы, и попадают под арку из склонившихся деревьев. Липовая аллея тянется от самых ворот и по праву считается самой красивой в графстве. Липы сплелись кронами, и в дневные часы солнечные лучи, пробившиеся сквозь густую листву, походят на свисающие с веток золотые нити.
Девушка взглянула на небо. День угасал. Через пару часов станет совсем темно, а надо еще упаковать вещи. Дел невпроворот, а времени, как она поняла, осталось мало.
— Мне пора, — вздохнула девушка. — У меня масса дел, а я не знаю, с чего начать. Невероятно, каким количеством вещей я обзавелась за два года.
— Если потребуется помощь при переезде в коттедж, дай мне знать. — Ее спутник отворил створку ворот и стоял, поглядывая снизу вверх на девушку. Он гладил лоснящиеся, бархатистые бока лошади, уверенными движениями знатока растирая уставшие мышцы животного. Молодой человек явно рассчитывал задержать на какое-то время наездницу. — К концу недели я буду порядком занят, но завтра смогу тебе помочь. В конце концов, тебе же понадобится крепкая спина, чтобы перетащить тот чайный столик. И я, как никто другой, умею толкать пианино. Я так понял, ты забираешь пианино с собой?.. То, что подарил тебе сэр Джеймс…
— Да, конечно. Но мебелью займется Диксон. Если потребуется помощь, он позовет садовника. Сэр Люк появится не раньше субботы, так что он ни о чем и не узнает. А даже если бы и узнал, не думаю, что стал бы возражать.
— Да, не стал бы. — Молодой человек с надеждой взглянул на собеседницу. — Тем не менее, я бы хотел тебе помочь.
— Конечно… когда въеду в коттедж. Ты мог бы развесить картины. Я уверена, Мартин, у тебя точный глаз. — Она нежно провела по его щеке кончиком охотничьего хлыста.
Мартин ухватился за хлыст и потянул на себя.
— Почему бы нам не поужинать сегодня вдвоем? — В его голосе звучала мольба. — Я бы заскочил домой переодеться и…
— Нет, Мартин.
Ее голос был мягок и спокоен, но в нем появился холодок. Так бывает, когда в теплый летний день вторгается прохладный ветерок с озера, скрытого липовыми аллеями. В ее взгляде сквозило предупреждение… ах, этот решительный взгляд самых прекрасных на свете женских глаз! Глаза девушки темнели, как темнел мир вокруг вслед за уходящим солнцем. Но юноша знал — в свете дня ее глаза отливают небесной синевой… а у горящего камина они подобны двум сверкающим звездочкам, такие добрые, искренние…
Молодой человек чувствовал нарастающее нетерпение спутницы, ее желание поскорее переехать. Это его огорчало.
— Тогда, может быть, завтра?
— Я же сказала, у меня не будет минуты свободной до переезда.
— Но если дело лишь в том, чтобы упаковать вещи, я могу приехать помочь…
Девушка решительно покачала головой. На ее щечках алел прекрасный румянец после долгой скачки.
— Нет, Мартин. Ты невероятно любезен, но я обещала миссис Эдгерли помочь ей и девушкам подготовить поместье к приезду сэра Люка. Мы не знаем, сколько гостей с ним прибудет. Надеемся, что приедет его мать…
— Он что, не поставил вас в известность?
Она вновь покачала головой:
— Нет. Кажется, сэр Люк не видит причины, почему надо предупреждать нас заранее.
— Уверен, миссис Эдгерли не согласится с ним. Должно быть, у нее сейчас полно хлопот.
— Да. Она нервничает. Из-за того, что не встречалась с ним раньше. После того как он вырос, я хотела сказать.
— Кажется, никто из здешних не знаком с сэром Люком. — Мартин нахмурился. — Но кое-кто из моих знакомых слышал о нем. К слову сказать, много чего о нем интересного.
— Правда?
Неожиданное, заметное нетерпение в ее голосе заставило юношу ухмыльнуться. Он с любопытством глянул на нее. Девушка сидела в седле в непринужденной позе опытной наездницы. Мартин мог часами любоваться ею. Но нынешний разговор вызывал в нем смутную тревогу.
— Мелани, ты гадаешь, каким сэр Люк окажется на самом деле? Много ли времени ты размышляешь об этом с тех пор, как мы узнали, что он приезжает?
— Нет. С чего это вдруг? — рассерженно буркнула девушка.
Мартин пожал плечами:
— Холостяк, необычайно богатый человек… баронет! Мне вдруг пришло в голову, что ты можешь заинтересоваться им.
— Он мне интересен еще меньше, чем миссис Эдгерли и горничным из поместья. — Но легкая тревога в ее голосе не ускользнула от слуха собеседника. — Ты же знаешь, как я любила старого сэра Джеймса. Мне неприятна сама мысль, что кто-то прибудет сюда и… Ну, словом, начнет здесь хозяйничать, — горестно добавила Мелани. — Это так неправильно… совершенно неправильно!
— Но сэр Люк — законный наследник. Я хочу сказать, у него есть полное право распоряжаться поместьем.
— Да. Он племянник сэра Джеймса. Бедный старый сэр Джеймс, у него никогда не было детей. Я знаю, как он переживал, что не завел сына-наследника. Люк ведь ему совершенно чужой. И останется чужим для всех обитателей дома. Вот почему все сейчас на нервах!
— Включая тебя?
— Нет. Наши пути не пересекутся. Ко времени его приезда я буду вести хозяйство в собственном коттедже!
— Надейся!
Широко улыбнувшись, Мартин выпустил узды и отошел от лошади.
— Не переусердствуй с работой, красавица. И если я тебе понадоблюсь… только позвони, и я приду!
— Спасибо, Мартин.
Девушка была ему очень благодарна… искренне благодарна. Ведь юноша говорил правду. Он, в самом деле, готов был примчаться к ней по первому зову. И он очень нравился Мелани.
Молодой человек стоял под липой и смотрел, как удаляется девушка. Но она ни разу не обернулась, не помахала на прощание. Мартин разочарованно отвернулся, вскочил в седло и направил лошадь на дорогу к деревне. На западе резали небосклон красные языки заходящего солнца, бросая алые блики на фигуру стройного, привлекательного молодого мужчины. Наездник желал иметь больше убедительности в споре с девушками, давно все про себя решившими.
Мелани свернула с дороги прежде, чем оказалась на освещенной территории поместья. Кобыла привычно затрусила в сторону конюшни, где было безлюдно в вечерние часы. К огромному удивлению девушки, двор конюшни оказался заставленным автомобилями. Наездница так резко остановила лошадь, что едва не вылетела из седла.
Двор занимал немалую площадь и использовался для выездки лошадей. Рядом с каретным домом располагались конюшни со стойлами для лошадей и амбаром. На втором этаже находились жилые комнаты для конюхов. Каретный дом использовался теперь как гараж, а недавно появились еще два новеньких гаража. Заметив, что двери всех гаражей закрыты, Мелани решила, что нежданная делегация не останется в поместье на ночь. Возможно, это группа туристов, решившая ознакомиться с исторической достопримечательностью, каковой, несомненно, является Вроксфордское аббатство.
Девушка соскочила на землю и осторожно провела лошадь сквозь плотные ряды машин до стойла. Мелани разнуздала кобылу, напоила свежей водой, добавила в люльку овса и, потрепав любимицу по бархатистой холке, закрыла стойло на щеколду.
Пробираясь сквозь скопище авто, девушка вдруг осознала, что поздновато для туристов осматривать дом. Гортон, дворецкий, любивший перед ужином провести тихий часок в буфетной, будет недоволен.
Мелани бросила взгляд на стену дома и вновь поразилась. Чересчур много света! Будь дом заселен, она бы не удивилась ярко освещенной прихожей, гостиной, кабинету и спальням. Но сейчас там жила лишь прислуга и она сама. А теперь они ждали приезда нового хозяина. Так-так-так… Отдельные факты, как фрагменты мозаики, сложились в целостное панно.
Оказавшись внутри, Мелани была готова к царящему в доме хаосу. Миссис Эдгерли, в состоянии близком к истерике, кричала на горничную, с кухни доносились требовательные возгласы поварихи. Она стремилась узнать, послали кого-нибудь в деревню с просьбой об экстренной помощи или нет. Повариха распространялась насчет того, что у нее лишь две руки и, дабы ужин был подан в срок и не поступило жалоб на качество блюд, ей понадобится помощь — надо нашинковать овощи. Обе горничные и кухонная прислуга были отправлены наверх готовить спальни к приему гостей, а на бедную женщину свалили непосильную работу.