Адвокат приходит на дом (СИ)

— Вас Валерий прислал?
— Нет. Я сам. По собственной, так сказать, инициативе. Можно войти? А то как-то неудобно в дверях разговаривать.
Я замешкалась немного. Не каждый день ко мне приходят адвокаты, да ещё такие симпатичные. На вид Вересову было лет сорок семь, сорок восемь. Может, чуть меньше. Высокий. Подтянутый. В дорогом льняном костюме синего цвета. От этого его светлые глаза казались ещё ярче. Оправа, как сейчас принято говорить, из жёлтого металла. Хотя, я бы не удивилась, окажись она золотая. В руке он держал чёрную кожаную папку на молнии.
— Так я войду?
— Это что-то новенькое, — сказала я, пропуская его в прихожую, — адвокат приходит на дом.
Он вошёл. Огляделся.
— Проходите на кухню. Можете не разуваться.
— Неудобно как-то в обуви…
— Прийти в дом, куда Вас не звали — удобно, а в обуви неудобно? — усмехнулась я, закрывая входную дверь. — Кухня там. — Махнула я рукой в сторону кухни.
Я срезу поняла, что его замшевые туфли не какой-то ширпотреб. Скорее всего, это были туфли ручной работы. Возможно «Бриони», а в таких туфлях по метро не расхаживают. Да и вообще, как мне кажется, адвокаты редко расхаживают по метро. Обычно они передвигаются по городу на машине, а так как за последние дни не выпало ни капельки дождя, то подошва его обуви вряд ли грязная.
— С Вашего позволения, после Вас. — Проговорил незваный гость.
Я пожала плечами и пошла по коридору. Он за мной. Стараясь изобразить гостеприимную хозяйку, предложила ему позавтракать. Хотя, если честно, завтракать с малоизвестным человеком, пусть и таким симпатичным, мне не особенно и хотелось.
— У меня только что вскипел чайник, — указала я ему на стул. — Я налью Вам чаю. Говорят, чай напиток дружбы…
— А можно кофе? — смущённо спросил Вересов, поправляя очки.
— Значит, дружить Вы со мной не хотите? — я наклонила голову, рассматривая мужчину без стеснения. Мне нравилось его смущать. И что у меня за характер⁈
— Хочу. Но кофе хочу больше. — Кажется, Вересов взял себя в руки.
— Пироги вкуснее с чаем, — сказала я назидательно. — Тем более они только что из духовки. — Я, стоя к нему спиной, сняла передник и положила на пирог кусок сливочного масла. — К тому же я просто уверена, что кофе Вы выпили, а позавтракать не успели.
— Благодарю за предложение, — сухо сказал Вересов, — но я пришёл к Вам по делу, а не чай пить.
От его чопорности меня начал разобрал смех. С трудом сдержалась… Хотя… если честно, ситуация была не очень-то смешная. Что-то я прежде не слышала, что бы адвокаты по домам ради собственного удовольствия ходили… Неужели Валерий нанял Вересова? Но зачем? Делить нам с ним было нечего… А если нанял, то довольно быстро. И двух недель не прошло, как я подала заявление о разводе.
— Никаких дел на голодный желудок! — строго сказала я, ставя перед ним на стол большую чашку. — Я уже настроилась на завтрак, а тут Вы…
— Извините, что не вовремя… — начал, было, он, но я остановила его, махнув рукой:
— Раз уж Вы у меня дома, то принимайте мои правила. Сейчас пироги порежу.
Пирогов было два. После завтрака я собиралась навестить родителей и детей на даче, вот и расстаралась для мальчишек. Один из моих сыновей-близнецов, Глеб, любил пироги с печенью, другой, Антон, предпочитал с капустой. Я отрезала несколько кусков от каждого пирога. Выложила на блюдо и поставила перед гостем.
— С капустой уже остыл, а с печенью только что из духовки. Угощайтесь. — Я устроилась за столом напротив незваного гостя. — Вы назвали свою фамилию, а имя не сказали. Как мне к Вам обращаться?
— Евгений Юрьевич. Хотя… можно просто Евгений.
— Угощайтесь, Евгений Юрьевич! — повторила я, видя, что он растерян и подвинула к нему блюдо. Явно пришёл с каким-то пакостным делом, а его тут пирогами встречают. Понятно, он такого поворота не ожидал. Вот и стушевался…
— Мне как-то неловко, — смущаясь, сказал он.
— Вам подать нож и вилку? — по-своему истолковала я его слова.
— Я не в том смысле… Вроде как… я же не в гости пришёл, а по делу…
  
— Если честно, я ужасно хочу есть. В конце концов, это не совсем прилично, если Вы будете говорить о деле, а я жевать. Давайте уже поедим, а потом дела. Так Вам подать нож и вилку?
— Можно я по-простому?
— Конечно, можно. Вы же не на приёме у английской королевы. Заварку сами себе наливайте. — Сказала я, подвигая к нему сахарницу и прозрачный заварочный чайник.
Я пила чай и исподтишка поглядывала на Вересова. Он держался напряжённо. Взял кусок пирога. Начинка посыпалась на стол, и он растерянно посмотрел на меня. Было видно, что он испытывает неловкость.
— Ой, простите. Моя вина… — я встала и подала ему десертную тарелку. — Так будет удобней…
Не знаю, почему, но меня опять стал разбирать смех. Я прикусила губу, удивляясь, что это на меня нашло? Потом поняла — это нервное напряжение. Хоть я и старалась держаться естественно, но меня очень волновал вопрос, какого чёрта ко мне пришёл адвокат?
— Давно не ел домашней выпечки, — признался Вересов, вытирая рот салфеткой. — Вы великолепно готовите!
— А Ваша жена не умеет печь? — искренне удивилась я. Мне, любительнице кулинарии и выпечки, хозяйке нескольких пекарней, это казалось странным. Надо сказать, что и подруги мои все увлекались домашней готовкой. Раз в месяц мы устраивали девичник, на котором обязательно хвастались своими новыми кулинарными изысками.
— Я не женат, — Вересов слегка нахмурился.
Меня это, если честно, удивило. Я уже хотела поинтересоваться, как же его такого симпатичного и, судя по дорогой одежде, состоятельного, не заарканила какая-нибудь цыпочка, но вовремя прикусила язык. Ещё подумает, что я с ним кокетничаю. Одинокие мужчины вообще насторожено относятся к комплиментам. Видят в них подвох. Думают, что им льстят исключительно по каким-то личным мотивам.
— В таком случае, давайте перейдём к делу. — Я стала убирать со стола посуду. — Но, если честно, я бы выпила чашечку кофе. Говорят, кофе — напиток деловых людей. Вы, кажется, тоже хотели кофе?
— Никогда не откажусь от кофе, — улыбнулся он. Улыбка у него была приятная, искренняя.
— Вы не будете возражать, если я закурю вейп? — я посмотрела на него вопросительно.
— Было бы глупо запретить Вам что-то делать в Вашем же доме. Хотя, знаете… говорят, он очень вреден для здоровья.
— Жить тоже вредно. От этого умирают. — Философски заметила я и закурила. По кухне распространился тонкий аромат ванили. — Вообще-то я курю крайне редко, — зачем-то стала оправдываться, насыпая кофе в турку. — Под настроение. Против кардамона не возражаете? — посмотрела на Вересова через плечо.
— Если не ошибаюсь, такой кофе варят в Турции.
— Не ошибаетесь. Ещё туда добавляют щепотку соли и перца. У меня подруга замужем за турком. Живёт в Измире. Это её муж научил меня варить такой кофе, когда я была у них в гостях. Так как насчёт кардамона?
— С удовольствием выпью кофе с кардамоном.
«С удовольствием дороже!» — чуть было не ляпнула я, но вовремя прикусила язык. С малознакомым человеком лучше не шутить так фривольно. Тем более с адвокатом! Кто его знает, с чем он ко мне пришёл? Несколько раз я приподняла турку с плиты, чтобы кофе не убежал. Затем постучала туркой по столу, чтобы кофе опустился на дно и образовалась пенка. Разлила его по изящным чашкам костяного фарфора и поставила на стол. Уселась напротив Вересова.
— Так что у Вас ко мне за дело?
— Если я не ошибаюсь, Вы сейчас находитесь в стадии развода?
— Совершенно верно. Нахожусь. Вы сказали, что пришли ко мне по собственной инициативе. Как это понимать?
— Видите ли… — сказал он медленно, словно собираясь с духом. — В какой-то степени я виновен в вашем разводе…
И тут смешинка, которая попала мне в рот, когда мы завтракали, вырвалась наружу.
— Он что — к Вам ушёл⁈ — я буквально давилась смехом. — То есть, Лиля — это Вы⁈
Я даже закашлялась. Он сначала удивлённо вскинул брови, а потом покачал головой и… сам рассмеялся.