Беременна от Братвы (ЛП)

— Никаких обещаний, — отвечает Максим со смехом, многозначительно подмигивая мне, когда я прохожу мимо него.
Когда мы выходим в коридор, реальность того, что только что произошло, начинает доходить до меня. Вес признания Ивана, интенсивность его поцелуя и взгляд в его глазах, все это заставляет меня шататься. Я не уверена, что все это значит или к чему это приведет, но одно можно сказать наверняка, ничто уже не будет прежним.
Глава 13 - Иван
Прошло несколько недель с той ночи в кабинете, а Сара все еще живет под моей крышей. Предполагается, что это временное соглашение, но я не спешу его менять. По правде говоря, я не могу насытиться ею. Каждый раз, когда я ухожу из дома, все, о чем я могу думать, это вернуться и снова заявить на нее права. Это зависимость, потребность, которая глубоко укоренилась во мне. Это странно, нет, это тревожит. Я давно не чувствовал себя так, если вообще когда-либо.
Но вот я здесь, жажду ее, как наркотик, от которого не могу отказаться.
Я пытаюсь отодвинуть эти мысли в сторону, сидя в своем офисе и сосредоточившись на работе передо мной. Максим прислонился к краю стола, его выражение лица серьезно, когда он информирует меня о последних событиях.
— Кейс истекает кровью, — говорит Максим, и его голос пронизан удовлетворением. — Кража денег ударила по нему сильно, в два раза больше. С тех пор он в ярости. Несколько раз пытались взломать наши системы, но им не удалось пробиться. Кажется, они не могут обойтись без Сары.
Я киваю, впитывая информацию. Знание того, что Кейс борется, приносит определенное удовлетворение, но оно пронизано осознанием того, что загнанный в угол враг опасен. Кейс - тот тип людей, которые не относятся легкомысленно к поражению. Он будет строить козни, планировать месть. Этот человек, ничто, если не беспощаден.
— Будь начеку, — продолжает Максим, повторяя мои собственные мысли. — Кейс не оставит это так. Он собирается напасть на нас одним способом или другим. Мы должны быть готовы ко всему, к физическому нападению, к засаде, к чему-то неожиданному.
— Конечно, — отвечаю я, мой голос ровный, хотя мой разум уже наполовину занят мыслями о Саре. Даже сейчас я не могу выкинуть из головы ее образ, ощущение ее подо мной, вкус ее губ. Я заставляю себя сосредоточиться, чтобы спрятать отвлекающие факторы под давящей реальностью ситуации. — Удвойте охрану по периметру. Убедитесь, что наши люди вооружены и готовы в любое время. Я не хочу никаких сюрпризов.
Максим кивает, выражение его лица мрачное. — Я уже привел людей в состояние повышенной готовности. Они знают, чего ожидать. Мы следим за каждым движением Кейса, но он скользкий. Если он решит действовать без технологий, мы можем этого не заметить.
— Тогда мы будем готовы, — говорю я, и мой голос становится жестче. — Он сейчас в отчаянии. Отчаяние делает людей безрассудными. Мы используем это в своих интересах.
Максим ухмыляется, уголок его рта приподнимается так, что я понимаю, что он более чем жаждет конфронтации. — Знаешь, это иронично. Единственный человек, который может вытащить Кейса из этой передряги, находится прямо здесь, в твоем доме.
Я не могу сдержать собственнического рычания, вырывающегося из моего горла при его словах. — Сара теперь принадлежит мне, — говорю я, и это заявление звучит с большей силой, чем я предполагал. Максим поднимает бровь, явно замечая напряженность в моем тоне, но он благоразумно решает не комментировать это.
— Понял, — говорит он вместо этого нейтральным голосом, выпрямляясь и отталкиваясь от стола. — Я удостоверюсь, что все на месте.
Когда Максим выходит из комнаты, я остаюсь наедине со своими мыслями. Раздражение, которое всколыхнулось при упоминании Сары, сохраняется, напоминая о том, как глубоко она залезла мне под кожу. Дело не только в сексе, хотя, безусловно, он хорош. Дело в том, как она бросает мне вызов, как она проскользнула сквозь стены, которые я возвел вокруг себя. Я обнаруживаю, что хочу ее так, как не ожидал, так, как я уже давно никого не хотел.
  
Это опасно, эта растущая привязанность. Я знаю, что это так. Последнее, что мне нужно, это отвлекаться на женщину, особенно такую сложную, как Сара. Но я не могу заставить себя отстраниться. Я всегда был мужчиной, который берет то, что хочет, и сейчас все, чего я хочу, это она.
Мысль о том, чтобы вернуться к ней домой, ощутить ее тело на своем, поглощает меня. Я пытался рационализировать это, пытался убедить себя, что это просто физическое, но я не уверен, что я вообще в это верю. Правда в том, что в ней есть что-то, что я не могу отпустить, что-то, что тянет меня к ней снова и снова.
Пока я сижу там, реальность ситуации давит на меня. Кейс - это угроза, с которой нужно разобраться быстро и решительно. Сара становится чем-то большим, чем просто отвлекающим фактором. Она становится потребностью, и эта потребность начинает затуманивать мои суждения.
Я качаю головой, пытаясь прогнать туман желания, который, кажется, окутывает меня всякий раз, когда я думаю о ней. Я не могу позволить себе потерять фокус, не сейчас. Кейс где-то там, замышляет свою месть, и мне нужно быть готовым ко всему, что он нам подкинет.
Стук в дверь прерывает мои мысли. Он тихий, нерешительный, определенно не Максим или кто-то другой. Я сужаю глаза, когда смотрю на дверь, чувство беспокойства закрадывается. — Войдите, — кричу я, мой голос резкий.
Дверь медленно открывается, и к моему удивлению, в комнату входит горничная. Она робкая женщина средних лет, всегда держит голову опущенной и тихо выполняет свою работу. Не похоже на нее приходить сюда без предупреждения, особенно с учетом напряжения, которое витает в воздухе в последнее время.
Она топчется у двери, нервно заламывая руки. Ее взгляд мечется между мной и Максимом, который стоит у окна, его выражение лица тут же становится настороженным. Что-то не так.
— Что ты здесь делаешь? — спрашиваю я отрывистым тоном. — Сейчас не время для уборки.
Горничная с трудом сглатывает, нерешительно шагая вперед. — Простите, мистер Шаров, — говорит она, ее голос слегка дрожит. — Я... у меня есть что сообщить. Что-то о мисс Саре.
От ее слов я чувствую перемену в комнате. Поза Максима выпрямляется, его взгляд становится острым с интересом и подозрением. Мои собственные инстинкты настороже, упоминания имени Сары достаточно, чтобы вывести меня из себя.
— Что? — требую я, мой голос звучит немного резче, чем предполагалось. Служанка слегка вздрагивает, но продолжает, явно борясь с тем, что она должна сказать.
— Она что-то скрывает от вас, мистер Шаров, — продолжает служанка, ее голос едва громче шепота. — Она попросила меня достать для нее кое-что и она не хотела, чтобы кто-то знал.
Максим делает шаг вперед, его глаза сужаются, когда он оценивает нервное поведение служанки. — Что она просила тебя принести? — спрашивает он, его тон низкий и опасный.
Взгляд служанки метнулся ко мне, затем снова к Максиму, словно она не знала, к кому обратиться. Наконец, она остановилась на мне, ее преданность семье Шаровых очевидна в том, как она заставляет себя говорить. — Она попросила меня купить тест на беременность, — признается служанка дрожащим голосом. — Она умоляла меня никому об этом не говорить, но я не смогла скрыть это от вас. Я думаю, что она носит вашего ребенка, мистер Шаров.
Слова ударили меня, как удар под дых, выбив из меня дух. На мгновение я не могу думать, не могу осознать, что она только что сказала. Сара... беременна? Эта мысль кружится в моей голове, ее невозможно игнорировать, ее невозможно понять. Реакция Максима мгновенная, его рука тянется к пистолету на поясе, словно готовясь к худшему.
Комната как будто сжимается, стены напирают на меня, когда осознание овладевает мной. Мой разум мечется, смысл слов служанки обрушивается на меня волнами. Сара беременна моим ребенком? Это мысль, которую я даже не рассматривал, возможность, которую я не позволял себе допустить. И все же, вот она, смотрит мне в лицо.