Академия Проклятых: Кровь отверженных (СИ)
— Опять вы за своё? — устало рявкнул Шайх. — Сколько можно спорить и делить не пойми что?! Вы должны были следить за прохождением этапа другими участниками, а почему-то зависли здесь! Почему ты не следишь за своей подопечной? — ректор красноречиво ткнул пальцем на дикарку. Одного взгляда Крома, адресованного ей, хватило, чтобы девушка вновь с жалобным скулением шарахнулась от меня прочь.
Грознич тотчас бросился ко мне:
— Прости, прости. Ты как? — волновался искренне. Заглядывал в глаза, хмурился.
— Жива, — брякнула я устало. — Не знаю, радоваться этому обстоятельству или нет.
— Зачем ты так? — проворчал Шепс. — Давай, помогу, — подхватил на руки. На миг померещился недовольна рык оборотня, обращенный в нашу с упырём сторону.
— Отнеси это чудо природы в лазарет, — хмуро бросил Шепсу ректор, явно намекая на меня. — Там для неё уже своя личная койка зарезервирована. — Шайх досадливо покачал головой и повернулся в сторону Войра. — А ты свою подопечную отведи, пожалуйста, туда, где ей место, и следи за ней непрестанно! Если она кому-то повредит, ты знаешь, что её ждёт. Завтра все ко мне! — это нам, и даже обвёл всех строгим взглядом. — После обеда! — ректор хлопнул в ладоши и был таков.
Грознич крепче прижал меня к себе, мрачно покосился на оборотней и мне на ушко прошелестел:
— Просто закрой глаза…
Я подчинилась, ощутила порыв ветра, да такой, что было невозможно дышать. Затаила дыхание, и в следующий миг носа коснулся знакомый запах лазарета. Я нехотя открыла глаза, и правда — оказалось, что мы уже в академии! Вышли из картины на стене в помещении медпункта.
Глава 31
Елисия
В этот раз просыпалась с тяжёлой головой.
В груди жгло, кожа зудела.
Потянулась чесануть, но наткнулась на кулончик, который оказался именно на том месте, где особенно сильно горело. Или он сам… Да, скорее всего, обжигал металл. И совершенно не холодом.
Нехотя скосила глаза, чтобы увидеть подарок Сэма, к удивлению заметив под ним на коже капельку крови, которую он тотчас впитал...
Знать, что он так делает, и видеть — разные вещи!
Жутко!
Реально жутко!
Прямо до костей пробирало.
Даже появилась мысль содрать с шеи амулет, но в этот момент на горизонте показался Шепс, и я поспешила укрыться по грудь одеялом.
— Как ты себя чувствуешь? — с присущим ему спокойствием поинтересовался Грознич. — Ничего не болит? — его пытливый взгляд блуждал по мне. Глаза подозрительно перелились багровым, ноздри жадно трепетнули, словно упырь ощутил, что здесь только что была пролита кровь.
— Спасибо, неплохо, — поспешила его заверить я. — А если учесть, что мне за это время пришлось несколько раз умереть, то даже очень ничего, — добавила с натянутой улыбкой, стараясь сразу же задать разговору шутливую форму.
— Да, в отличие от большинства адептов, ты рискуешь по полной. Даже не знаю, чем это обусловлено, — не поддержал меня в стремлении Шепс и продолжал давить серьёзность.
— Изэлле спасибо, — кисло брякнула я. — Она дала ценный совет.
— Это какой такой совет? — подозрительно сощурился Грознич.
Я чуть помялась:
— Сказала, что нужно умереть, так вернее всего пробудить силу, если она во мне есть, — на последнем слове умолкла, почему-то ожидала от Шепса гневного взрыва, но он лишь:
— Ага! Теперь знаю, кого благодарить за твои выходки, — кивнул мрачно и таинственно пробормотал: — Я ей покажу...
— Да, перестань, — торопливо отмахнулась я. — Лучше не связывайся. Тем более, Изэлла не обманула. Те, кто обрёл за это время силу, как правило, оказались на грани жизни и смерти. Разве нет? — риторически уточнила я и не дожидаясь ответа: — Так что её совет жизнеспособен.
— Рано или поздно все из вас оказываются на грани жизни и смерти, — резонно подметил Шепс. — Но ещё никто так далеко, как ты, в своих экспериментах не доходил, — снова пилил морозным взглядом. — Так хочется обладать силой, или тебе настолько наплевать на собственную жизнь?
— Ни то, ни другое, — замялась я, пристыженно опустив взгляд. Несколько секунд изучала одеяло: — Но, сказать честно, — решила признаться, — у меня стал просыпаться спортивный интерес. Какая такая сила была у моей семьи, раз меня всё-таки приняли в эту академию. Да и ты сказал, что во мне что-то есть… И волчара этот со своей дикаркой, — неопределённо мотнула головой на выход, намекая на оборотней за пределами лазарета.
— А что они сказали? — похолодел тон Грознича.
— Не помню дословно, уж прости, я тогда тонула и трезво мыслить не могла, — ёрничала я, но, наткнувшись на багровый взгляд Шепса, сдалась: — Вроде бы ничего такого, но… перед тем, как появился Войр, его бешеная самка сказала: ты пахнешь как человек, но ты не человек… Ты отверженная, но силы проклятых у тебя нет. Что ты?
— Да, — кивнул Грознич. — Даже волки не могут определить, что в тебе сидит, и это странно, — он нахмурился, на миг впадая в задумчивость: — Жаль, что у тебя нет истории семьи. Нет толковых корней...
– Почему нет? — насупилась я. — Да, мать никогда ни о чём подобном не говорила, но у меня ещё жив дядя! Между прочим, он меня сам нашёл! И он первым заинтересовался в моём потенциале. К сожалению, только раз глянув, ничего не нашел. Впрочем, как и ректор Шайх, — значимо добавила. — Но это не меняет того, что я здесь! Не меняет того, что у меня бывают какие-то припадки, я начинаю рисовать! Это ключ! Пазл, который нужно собрать! И я готова пройти обучение в академии, откроется во мне сила или нет! Если я часть вашей семьи, я хочу… найти своё место среди вас. Даже если простым историковедом, — скисла от неутешительной мысли. — Не всё мне умирать… Кстати, а как там Ярич? Как его дар? — Решила сменить тему, но не слишком сильно, чтобы Шепс не заподозрил подвоха.
— Жив-здоров, — равнодушно обронил Грознич. — Но теперь педсостав пытается понять, почему у его силы больше нет такого всплеска, как была в самом начале.
— А разве когда что-то долго копится, потом не прорывается? — логично предположила. И когда Шепс меня снова наградил морозным взглядом, пояснила: — как лава в жерле вулкана.
— Так, — кивнул задумчиво, — но если сила показала определенный уровень, то обычно не пропадает, и проклятый учится ей управлять. А Ярич… больше не проявляет редкого дара и не знает, как его вызвать, что бы преподаватели ему не советовали. При этом вполне сносно управляется силой среднего уровня.
— Хм, — озадачилась я. Хвост какой-то оголтелой и вопиюще важной мысли мелькнул, но поймать его не успела: — А как Маришка?
— Тоже в норме! — покивал Грознич.
— Слава богу, — выдохнула я, искренне переживая за знакомую, а так как её не было в лазарете, чего только не надумала.
— Кстати, — прищурился Шепс, словно его только что озарило: — у Маришки открылась сила. Теперь на ней всё заживает, как на собаке.
Я на миг потеряла дар речи:
— Неужели? — с выдохом выдавила изумление. — Стихия земли? — предположила.
— Нет, сила огня. И, естественно, не такая могучая сила, как у Дэрэка, но в ряду его поклонниц точно прибавится, — хмыкнул ни с того ни с сего Грознич.
— Ха, — и я не сдержала усмешки, — и новый повод для ревности Изэллы, — беззлобно посмеялась.
— Да, уж, кого-то скоро будет умывать водой! — поддержал мой настрой Шепс, уходя от щекотливой темы.
— Лишь бы академию не затопила, — уже не могла остановиться я.
Мы ещё немного поболтали на нейтральные темы. Нас прервал главный лекарь. С неудовольствием покачал головой, прежде чем меня обследовать, обшарил взглядом все стены — оно и понятно, я тут частый гость, а в последний раз после меня остались памятные рисунки…
Удостоверившись, что всё чисто, принялся меня обследовать, отослав Грознича прочь.
— Я за дверью! Буду тебя ждать, — клыкасто улыбнулся Шепс, и мне от этой картины стало нехорошо. Он редко вот так… зубы показывал… видимо, голоден. И его приход… означал, что мной собираются завтракать!