Киноманьяк. Дилогия (СИ)

В Лос-Анджелес нужно добраться, это через всю страну. Можно на автобусе, можно на поезде, можно купить какую-нибудь машину. Я понятия не имею, какие там цены, сколько надо потратить. Но еще нужны деньги для того, чтобы снять комнату или квартиру. Или трейлер — тут ведь наверняка есть трейлерные парки. И вообще на первое время, чтобы найти работу.
Надо выяснить, сколько это будет стоить, и начать копить. Как можно быстрее собрать достаточную сумму и ехать туда. Еще бы Криса с собой взять, без него мне будет, откровенно говоря, скучно. Да и он хороший парень, нечего ему делать у мормонов.
  
И тогда все, как только у меня будет нужная сумма, я двину туда, и никто меня не остановит. Наверняка куча людей делает так же, и мало кто из них пробивается. Но я должен. Потому что иначе моя смерть — и смерть Джошуа — не будут иметь никакого смысла.
  
Глава 14
 
Гонка в стиле Борна
 
Наступило лето, но погода никак не изменилась. Напротив, начались дожди, и улицы сильно размыло.
Первый день лета выпал на воскресенье, самую легкую и короткую смену всей недели. Я отработал до полуночи, и когда первое июня сменилось вторым, наступили первые минуты понедельника. Я попрощался с коллегами и ушел из клуба, чтобы следующие два дня провести за личными делами.
Я уже знал, чем займусь: сделаю пару звонков на вокзалы, посмотрю объявления в газетах о продающихся с рук авто и, возможно, съезжу на автобусе до ближайшего авторынка. Мне предстояло изучить все траты для переезда в Лос-Анджелес, суммировать их, подсчитать, сколько еще нужно работать на мистера Дариуша, сколько откладывать, сколько тратить…
И еще нужно обсудить это с Кристофером. Сомневаюсь, что он захочет уезжать со мной в Голливуд, но некое чувство подсказывало мне: нельзя оставлять парня наедине с остальными мормонами — сожрут они его и не подавятся.
На выходе я оставил Пьеру свою рацию с гарнитурой, положил на стол именной бейдж. Мы обменялись крепкими рукопожатиями, и я покинул клуб, толкнув дверь. Спустился по лестнице, огляделся, думая, идти мне пешком или махнуть рукой и остановить такси.
Я вдохнул сырой воздух, наполненный вонью сточных вод. Ливневая канализация переполнилась, и дороги покрылись тонким слоем луж, в которых отражались габаритные огни и лампы уличного освещения.
Решено: пойду пешком — дождливая погода мне нравилась, напоминая о доме. Я, впрочем, не знал, о каком именно доме скучало мое сердце — в Юте или России. Но приятный трепет я все же испытывал, и решил посвятить этому чувству вечер неспешной прогулкой до отеля «Картер». Кто знает, может, это восстановит еще какое-нибудь воспоминание?
Неподалеку от клуба шатался наш постоялец, я узнал его лицо. Кем он был и как его звали — без понятия. Возраст у него был непонятный: из-за вечно мятой одежды и такого же мятого лица я бы дал этому пьянице не меньше сорока лет.
Короткого воскресного вечера хватило ему, чтобы напиться до беспамятства. Он держал в одной руке пакет с какими-то дощечками, а другой тыкал ключом по двери автомобиля и никак не мог попасть.
— Эй, помочь? — подошел я к нему.
— О-о, это ты… — он поднял руку и направил ключ мне в лоб. — Ты… А давай.
Он протянул ладонь, я взял ключ и одним движением отпер дверь его светло-голубого хэтчбека. Он кинул пакет на задний диван и неуклюже уселся на водительское сидение. Икнув, он положил руки на руль. Пьяница с размаху топнул по педали газа, но двигатель не отреагировал — потому что ключ по-прежнему оставался в моей руке. Он топнул еще раз, выдохнул и пожал плечами, после чего жалостливо посмотрел на меня.
— Прикинь, друг, — раздался очередной приступ икоты. — Не едет…
— А как ты ехать собрался в таком виде?
— Я?
— Ты.
— Не знаю. Хочешь — садись.
Не дождавшись моего ответа, водитель стал пассажиром, неуклюже и поспешно перепрыгнув на соседнее кресло.
Я задумался. Права у меня есть, я ношу их с собой в кошельке. Но можно ли в Америке сидеть за рулем чужого авто — даже если настоящий владелец машины расположился рядом, пьяный в стельку. Не оштрафуют ли? Посчитают за угон и кинут в изолятор на пару дней, и плакали мои выходные.
Но за руль сесть хотелось со страшной силой. Все эти недели я смотрел на машины — припаркованные, проезжающие мимо и даже стоявшие на кирпичах с украденными колесами. И меня тянуло сесть внутрь и насладиться ездой. Уверен, в прошлой жизни я был заядлым водителем, раз даже после перерождения назад во времени моя тяга к машинам осталась прежней.
Обойдя автомобиль, присмотрелся к нему. Самая заурядная тачка Нью-Йорка. «Шевроле Шеветт». Ими улицы буквально завалены, чуть ли не каждый третий сидел за рулем этого компактного уродца. Широкая радиаторная решетка, две квадратные фары, небольшие габариты, трехдверное исполнение. В углу лобового стекла красовалась полупрозрачная наклейка, демонстрирующая дорожной полиции, что машина стоит на учете.
Весь корпус покрылся дождевой водой.
— Ладно, — сказал я и нырнул вовнутрь, сев на тканевое кресло.
В «Шеветте» было холоднее, чем снаружи. Я выдохнул облачком пара, и лобовое стекло тут же запотело.
Внутри пахло пластиком и перегаром. Я вставил ключ в замок зажигания, повернул. На приборной панели загорелись индикаторы. Повернул еще раз, заставив механизм зажигания завизжать. В голове явственно выстроилась логическая цепочка, которую я точно понимал, но до этого момента не помнил. Форсунки распылили топливо в камеры сгорания. Электрические искры подожгли смесь, и череда взрывов воспламенившегося бензина заставила поршни опуститься. Закрутился коленвал.
Двигатель рявкнул, машину едва заметно затрясло, и я с удовольствием отпустил ключ зажигания. Улыбнулся, впервые в новой жизни заведя автомобиль. Слегка поддал газку. И хотя мотор был не самым мощным, он сразу же показал свой американский характер, грозно зарычав.
— А сколько у нее сил? — спросил я.
— Эм, один? И шесть… — пьяница покачал головой. — Семьдесят!
— Пойдет. А куда ехать?
— Я живу на Манхэттене… Мэдисон-стрит… Дом… сорок три!
— Уверен?
— О да. Едь, едь, — он замахал руками.
Я нащупал под креслом рычаг, надавил на него и оттолкнул сиденье назад, чтобы занять более комфортную позицию: мой новый приятель был слегка ниже меня, поэтому сидел ближе к рулю. Мне же такое расположение казалось тесным.
Пристегнул ремень и своему пассажиру посоветовал сделать то же самое. Прежде чем поехать, я достал из кармана сложенную карту города и развернул ее перед собой. Нащупал переключатель на потолке и врубил плафон. Салон наполнился желтым светом.
Потребовалось задать несколько наводящих вопросов, чтобы понять наконец, где находится эта улица. Нашел. В принципе, недалеко отсюда. И тут до меня дошло: я его подвезу и этим только удалюсь от отеля. Теперь точно придется заказывать такси.
— Сколько ты мне заплатишь за то, что я тебя подкину? — спросил я.
— А, ну да. То-о-очно, — он вынул из кармана несколько смятых купюр, посмотрел на них сонными глазами. — А сколько тебе надо? Десять или двадцать?
— Давай двадцать.
— Даю, — и он передал мне две мятые десятки. Я выровнял их, сложил пополам и убрал в карман.
После непродолжительных поисков я нашел ручку для включения фар, вот только включить их я не смог — ручка не крутилась. Какого черта?
— Нихера не понимаю в этом старье… — пробубнил я.
— В смысле? — возмутился владелец. — Ну да, не новая машина… С рук взял. Но ей всего два года!
— Как фары включить?
— Там ручка.
— Я в курсе. Как провернуть этот кусок дерьма? — меня внезапно разозлила собственная неосведомленность. Но разве я виноват?
  
— А, ну потяни на себя, да? Попробуй.
Я потянул ручку на себя, и она наконец разблокировалась. Крутанул вправо, и фары загорелись. Вместе с этим загорелась панель спидометра. Чуть правее загорелась стрелка термометра, уже поднявшаяся выше отметки, после которой двигатель считается достаточно прогретым.