Record of Long yu Feng saga(DxD) (СИ)
Не выдерживаю вида смущённо паникующего Баэла, что пытается доказать своей девушке факт правильности собственной ориентации, но никак не находит слов… Не выдерживаю, и начинаю гоготать вслух, под аккомпанемент звонкого телепатического смеха Куиши и злобного сопения таки замолчавшего Сая.
— …Идём, хе-хе… «дорогой», ХА!
На последнем слове мне пришлось увернуться от мощного хука красного от злости Баэла. Абаддон, услышав от меня подобную подколку и увидев реакцию на неё Сая, как-то жалобно хрюкнула и зашлась в почти что истерическом смехе — ещё более сильном, чем до этого. Хорошо, что у Сайраорга такой характер: яростная агрессия соседствует с холодной головой, поэтому на шутки он всё же не обижается подолгу. Вот и сейчас, стоило нам дойти до уже поджидающего нас у края кратера Карасу-тэнгу, как Баэл уже был полностью спокоен.
Хм. Пришедшие в себя ёкаи провожают нас весьма странными, но всё же ожидаемыми взглядами. Опаска с благоговейным восхищением, будто вдруг смогли засвидетельствовать снисхождение до них с небес двух молодых богов войны. И это хорошо — значит, задумка удалась. Им нужно было показать, что моё предложение защиты перед кланами оммёдзи — не пустые слова. Если бы меня воспринимали просто как «своего» дорогого гостя, но всё же вместе с тем и как по большей части пустослова… то и о реальном, плодотворном сотрудничестве с Фенексами в будущем бы не могло идти и речи. Плюс, этот бой издалека увидела пришедшая под конец Ясака Кьюби — и это, пожалуй самая главная причина моей задумки. Данная шикарная женщина… всё это время с момента нашего знакомства воспринимала меня, как незрелого ребёнка (что в общем-то позволительно с её возрастом). Надеюсь, сегодня это изменится. Данная демонстрация — это сильная заявка на моё старшинство, или как минимум равноправие в наших отношениях. Ведь по всему выходит, что я, находясь под воздействием Ддрайга, уровень силы Ясаки, пусть лишь ненамного и недавно, но всё же перерос. А Кьюби, между прочим, считается уровнем силового ранга, эквивалентного нашему «демон предельного класса» — как Серафол и Фальбиум.
…Подошли к лидеру тэнгу. Я предельно вежливо извинился за разрушения. В ответ он энергично замахал рукой, и ответил нам в том смысле что это всё ерунда, что такое зрелище себя полностью окупило, и что в главном поселении «изнанки» Киото всё равно в последнее время прохлаждается куча ёкаев-беженцев, так и ждущих хоть какой-нибудь работы — вот они, вроде как, и отремонтируют всё.
Кстати, это же и является причиной моего желания сотрудничать с ёкаями запада Японии: тут собралось достаточно много разумных существ, которые уже сейчас, ещё до перерождения в демонов, находятся на ранге силы низшего библейского демона. Перерождение почти всегда делает разумного сильнее, так что… в общем, Дому Фенекс пригодились бы такие кадры. Даже без моего вмешательства, рано или поздно напряжение с пятью кланами оммёдзи спало бы вниз, и собравшиеся разбрелись бы по стране или за её пределы — некоторые в том числе и обратились бы к рекрутёрам демонов. Но я поменял ситуацию, и намерен ею воспользоваться. Ради всеобщего блага и взаимной выгоды. И плевать, что местные бойцы знают лишь немного боевых искусств, да как простым шариком лисьего пламени (или другим его «расовым аналогом») изредка шарахнуть. Дом Фенекс научит и подготовит. Был бы только потенциал. Это ведь лишь как для члена моей свиты почти ни у кого из присутствующих потенциал не является достаточным, а вот для рядового члена Дома — вполне, вполне.
…Пока я разговаривал с Карасу-тэнгу ни о чём, отсылал своих друзей по делам и просто на отдых, почти что и не заметил, как дошёл до приёмного храмового помещения Ясаки. Стража посторонилась и пропустила меня, в то время как вожак ёкаев-воронов покинул моё общество у дверей, отмазавшись какими-то своими делами — скорее всего, решил уже прямо сейчас начать организовывать ремонт полигона.
Зашёл, поздоровался поклоном, как тут положено. Молча прошёл по центру, минуя с боков ряды сидящих в позе сейдза кицунэ с доброжелательными улыбками — охрана и, по совместительству, младшие жрицы. Прислуга в этих рядах осталась ещё у дверей — не по чину им в таких мероприятиях мозолить глаза гостям и самой Хозяйке Запада. Всё очень чинно и традиционно, выверено до миллиметра и отрепетировано. Не потому, что такой уж тут строгий порядок… просто я заметил, что японцы и японские ёкаи словно бы тащатся от таких вот совместных традиционных жестов, что позволяют им ещё лучше прочувствовать «локоть» своих товарищей за совместной организацией чего-нибудь вот разэдакого. Это если церемония оказалась удачной и была выполнена безупречно, разумеется.
Впереди, за совсем низеньким столиком, восседает на подушках на полу главная кицунэ данного места — Ясака Кьюби. С ней рядом, по правую и левую руку, ещё пара женщин-лисиц — старшие жрицы и доверенные помощницы. За спиной у Девятихвостой — высокий синто алтарь с благовониями и прочими обязательными атрибутами. Слева и справа от алтаря — гротескные бронзовые статуи в человеческий рост, изображающие богов и богинь местного пантеона… с одним небольшим отличием от версии данной религии для простых смертных людей: следом по «значимости» за Аматерасу, Цукиёми и Сусаноо, тут стоит одна «лишняя» и весьма приметная женщина, даже в виде статуи не потерявшая властность и загадочность образа. Само собой разумеется, у женщины — девять объёмных лисьих хвостов и два высоких звериных уха. Легендарная божественная Тамамо-но Маэ, первая Кьюби, считающаяся прародительницей всех кицунэ. В общем, примерно настолько же религиозная фигура, насколько и у нас, демонов, Первый Люцифер.
Вынырнув из каких-то своих глубоких размышлений только сейчас, Ясака обратила взор своих ясных очей на меня, вынула изо рта ни разу не виденную мною у неё зажжённой длинную японскую курительную трубку-кисэру, и вполне искренне мне улыбнулась — скромной и ужасно обворожительной улыбкой. Стоит, наверное, описать данную женщину получше…
С первого, да и с десятого взгляда затруднительно понять, преобладают ли у нынешней Кьюби восточные черты лица над западными, или наоборот, но я со всей серьёзностью могу заявить: не был бы я заочно влюблён во взрослую версию моей Риас… то точно бы пропал, лишь единожды посмев взглянуть на это живое произведение божественного искусства, притворяющееся добродушной кокетливой женщиной-лисицей.
Идеальное личико на вид зрелой девушки характеризуется общей мягкостью и плавностью, без излишней аристократичной тонкости или бледноты. Короткие овалы бровей по японской старинной моде. Медовый окрас невероятно длинных, и даже с виду наверняка потрясающе приятных на прикосновение шелковистых волос, уложенных в элегантный хвост (почти достигающий пола даже когда Ясака стоит во весь рост), что скреплён традиционными японскими заколками-канзаши. Очаровательные густые и длинные ресницы, обрамляющие светоносную ясность очей, богатого золотого оттенка. Манящие тёмно-розовые от природы губы, и едва заметные ямочки на щеках от тонкой улыбки. И это я ещё не упомянул остальное её тело… ох, её тело…
О нём невозможно даже просто подумать, без того чтобы в голову сразу же не влезли пошлые мысли. О, эта женская зрелость широких бёдер, тончайшая талия, и эти её… монументальные инструменты массового мужского искушения! Да вы просто посмотрите на них… в смысле, на неё! Я даже комплексный образ к этим своим записям приложу, чтобы не было никаких «персональных толкований»! вот он:
Бедное её кимоно! Это какую же нагрузку в районе груди на себя каждый день выдерживают его ткани, в столь тщетных попытках ужать и хоть как-то скрыть невообразимые в этой их объёмной мягкости шары абсолютного очарования?! Они же просто ОГРОМНЫ — гораздо больше, чем даже у Лавинии! И при этом, странное дело, не смотрятся чересчур… просто «чересчур». Про Ясаку ну вот никак не получается сказать, что эта её часть тела гипертрофирована, и не находится в гармонии со всеми остальными.
