Дитя моря и света (СИ)

— Действуй.
Аля почувствовала, как уплывает, как все вокруг растворяется, чувства ослабевают, мышцы расслабляются. Ее тут больше ничто не держит. Ее тут больше нет.
Она летит, дышит полной грудью, так хорошо. Безмятежность и полный покой. Но что там впереди? Тучи. Огромные, черные тучи. Аля повернула назад, но и там они, снизу и сверху, сжимают со всех сторон. Вдруг все мышцы свело, словно тело объяло огнем.
— Нет! — закричала она.
Но было уже поздно, ее сковали в тисках и из них не вырваться. Ею завладела боль такая сильная, всепоглощающая, лучше умереть, чем чувствовать эти нестерпимые муки.
— Аля, — кто-то позвал издалека, — Аля!
Ее затрясло, плечо сдавило, к горлу подступила тошнота.
— Нет! — закричала уже не она.
Алю еще больше сдавило, хотя, казалось бы, больше некуда. Она начала задыхаться.
— Аля!
Вдруг стало тихо-тихо и светло.
— Аля, девочка моя, ты нужна нам, — кто-то обнимал ее и плакал.
Ее все таки вырвало.
Сквозь веки пробивался свет, но они не желали подниматься. По голове словно ударили молотом и до сих пор стучали, в ушах звенело.
С невероятным усилием Аля заставила себя приоткрыть глаза. Она не поняла, где находится. Кто все эти люди, окружившие ее. До ее сознания стало доходить: она все на том же полу, в помещении под сценой, но казалось, она пришла сюда десятилетия назад. Она находилась в плену и вот ее вырвали и перенесли сюда. Музыка не грохотала, горел свет. Елку убрали, вместо нее столпились зеваки. Аля лежала на коленях у Зелы, ее платье было испачкано чем-то склизким и черным. По лицу размазана тушь.
— Ты очнулась, Аля это же ты?
Но как приятно было вновь закрыть глаза хоть на пару минут.
— Нет! — ей отвесили пощечину, — не вздумай засыпать!
В следующую минуту ее уже куда-то несли на руках и аккуратно положили. Аля заставляла себя не закрывать глаза, достаточно было вспомнить ту боль.
— Ты должна бороться! Не разрешай ей делать это с тобой, и она не сможет, — Стелла тоже тут?
Ей что-то вкололи, и через пару мгновений усталость как рукой сняло, появилась бодрость. Аля резко распахнула глаза и села. Рядом оказалась только медсестра.
— А где все?
— Здесь только я. — Без лишних нежностей медсестра подтолкнула ее обратно на подушку и укрыла одеялом. — Ничего, скоро закроют ваш притон. Это ж надо было так напиться, — она покачала головой, — совсем молодежь не бережет себя.
Медсестра ушла, а Аля поднялась на подушках. Спать не хотелось совсем. Кто знает, может к вечеру ее опять накроет и тогда. Она пока не будет об этом думать. Самое страшное — это та боль, которую вытерпит не каждый.
В стене появилась голова Мити.
— Привет, как ты? — он уже весь стоял перед ней.
— Лучше.
— Сюда никого не пускают, но у меня особые преимущества, — он попытался улыбнуться, — я пригляжу за тобой.
— Все в порядке, спать, по крайней мере, пока, я не собираюсь.
— Но ведь когда-нибудь тебе придется. Мы позвали твою маму.
— Ну, зачем? — простонала Аля, — я не хочу, чтобы она расстраивалась.
— Она тебе поможет.
— Уже нет.
— Не так, как ты думаешь. Морально. Мы разгадали твой план, ты сама позволила тени завладеть тобой. Молчишь? Значит, правда. Так вот, слушай. Об этом теперь все знают и сразу заметят подмену.
— Мне все равно, не убьете же вы ее, хоть и в моем теле.
Митя смотрел на нее неверящим взглядом. И тут он сделал то, чего не делал никогда при ней, он закричал.
— Да как ты не понимаешь, что это не выход, так ты его не вернешь! Я бы все отдал, чтобы хоть еще час прожить. В своем теле. Всего лишь час. А ты. У тебя еще вся жизнь впереди, а ты хочешь променять ее на жалкое существование. Понимаешь, что тебе будет даже хуже, чем мне? Я могу говорить, слышать, видеть. А ты будешь всего этого лишена. Станешь жалкой тенью.
Он замолчал.
— Тебе нельзя здесь оставаться, — через некоторое время сказал он.
Через полчаса приехали родители. Аля ужаснулась маминому виду, насколько старо она выглядела. Но отец, по-видимому, не замечал этого, он все так же смотрел на нее с любовью.
 
Все утро ушло на разговоры с ними. Мама не могла понять, почему дочь так себя ведет, тогда Аля все ей и поведала, много умалчивая, кое-где говоря откровенную ложь. Как бросила учебу и нашла Илу, как рассталась с любимым человеком и как вернулась обратно. Об уговоре она умолчала. Во время этого рассказа мама словно еще постарела, а у отца между бровей пролегла глубокая морщинка.
— Мы заберем тебя отсюда сейчас же.
— Нет. Я не хочу. Дома все повторится.
— Мы за тобой присмотрим. Я не отойду от тебя ни на шаг.
— Я буду чувствовать себя еще хуже, поверьте мне. Здесь у меня друзья. Они не бросят меня.
— Я лично буду за ней присматривать, — вмешался Митя, — ей сегодня нельзя спать, поэтому нельзя оставлять здесь в палате, если уснет, тень придет и доделает свое дело. Поговорите с медсестрой, чтобы она отпустила ее, и дайте нам день. Если у нас не получится вернуть ей стимул к жизни, так уж и быть, заберете, — затараторил он.
Мама начала возражать, но отец взял ее за руку и процедил:
— Один день.
— Мы будем здесь неподалеку и сегодня же вечером опять навестим тебя, — она наклонилась, поцеловала Алю в щеку и обняла ее. Отец проделал то же самое.
Медсестра ее отпустила с обещанием, что она больше ни капли спиртного в рот не возьмет.
Пока Аля шла в комнату в сопровождении Мити, все оглядывались на нее. Некоторые даже смотрели с явным призрением, потому что из-за нее раскрылось место их подпольных вечеринок. Стоило один раз сходить. Каждый раз, когда кто-то на нее так смотрел, Аля краснела.
— Я думаю, больше ждать приглашений на вечеринки мне не придется? — спросила она Митю.
Он лишь сочувственно посмотрел на нее.
В комнате девушки уже собирались на уроки. Когда она зашла, они набросились на нее.
— Я так и знала, что ты будешь там, за этой треклятой елкой, — Зела набросилась ей на шею. — Ходила что-то там вынюхивала.
— Вы, наверное, быстро нашли меня?
— Сказать по правде, Делмар первый заметил, что тебя давно нет. Мне не хочется это говорить, но, по-моему, он все еще неровно к тебе дышит.
— Если так, то он очень тщательно это скрывает.
— В любом случае, я рада, что мы успели. Не подведи нас.
Пришлось признаться, что первая попытка и вправду вышла неудачной. И на то, чтобы завершить задуманное, у нее остался один день.
Аля хотела остаться в комнате, но ей не позволили.
— Я за тебя отвечаю, забыла? — сказал Митя, — а вдруг ты уснешь?
— Сегодня у меня первым уроком Магия времени, я и так усну.
  
Глава 74. Повелители времени
 
Голова болела неимоверно, Аля слушала вполуха, что там вещал Эдмонд. Впрочем, наверное, ничего нового. Ее мысли поплыли куда-то далеко, за пределы аудитории. Интересно, болела бы у нее голова, если сейчас на ее месте сидела тень? Но она вспомнила слова Мити и тут же одернула себя.
— Аля… — послышался голос, — я жду тебя.
— Только не сейчас, — Аля потрясла головой, чтобы взбодриться.
— Аля, — взволнованный голос Мити окончательно привел ее в чувства, — ты слышишь, о чем он говорит?
Аля прислушалась. Эдмонд прохаживался среди учеников и говорил хорошо поставленным голосом, по-видимому, отвечал на вопрос:
— … говорят, они существовали и даже учились в нашем институте.
— Кто? — шепотом спросила Аля Митю.
— Путешественники во времени.
— Это же не возможно!
— Слушай, — шикнул Митя.
— Ты хочешь возразить? — тут же отреагировал Эдмонд на ее выкрик.
— Нет-нет.
— Простите, но она права, это не возможно.
— Кто это сказал?
Никто не шолохнулся и не произнес ни слова.
— Если бы вы меня внимательно слушали, наверняка бы услышали, — с нажимом проговорил Эдмонд, — что они самопровозглашенные «Повелители времени» и никто не знает, так ли это на самом деле. И до сих пор не известно, — закончил он театральным шепотом, — но я уверен, что они существовали.