Мешок. Штуцер (СИ)

- Давай быстрее.
- Мы уже заканчиваем, - шепнула мне девушка.
Я вернулся к прицелу и выматерился. Цель исчезла. Пока я водил стволом и пытался её найти, произошло непредвиденное. Истошный женский крик откуда-то снизу заставил меня отбросить винтовку и вскинуть ПП. Я бросился к краю вагона, и, рискуя сломать ноги, прыгнул вниз. Гадюка прижалась спиной к броневику и стреляла куда-то в небо.
- Уходим, уходим! - прокричала она. 
Где-то в стороне, за цистерной, истошно взвизгнула Рита. Прежде, чем я успел выстрелить, странная тень зависла над оцепеневшей девушкой и обхватила её, словно коконом. Визг девушки усилился и почти сразу к нему присоединился истошный вопль твари.
Пистолет-пулемёт в моих руках затрясло. Магазин опустел за несколько секунд. 
- Бесполезно! Нужно попасть в голову! - крикнула мне наёмница.
Она не потеряла самообладание и била по цели короткими очередями. Я же зарядил магазин красными пулями, и пока тварь неуклюже дёргалась на земле и пыталась унести лежащую на земле девушку, выпустил короткую очередь в её лысую башку. Исполинская летучая мышь успела немного сместиться, но я успел среагировать. Тварь рухнула вниз и распласталась словно одеяло, скрыв от наших глаз лежащую на земле девушку. Гадюка опасливо приблизилась и произвела контроль. Не без труда мы стащили мёртвую тушу твари в сторону. Поздно. Рита была мертва. Её тело буквально разлагалось у нас на глазах. Куски плоти сползали в стороны вместе с одеждой. Кое-где уже торчали кости.
- Кислота, - сказала Гадюка и спешно достала небольшой фотоаппарат, и сделала несколько снимков мёртвой твари.
- Уходим, - скомандовал я, стараясь не смотреть на то, что недавно было молодой красивой девушкой, и побежал к броневику.
Анжела была внутри и истошно визжала. Похоже, гибель подруги напрочь выбила её из колеи. Так бы и продолжалось, если бы Гадюка не влепила ей хлёсткую пощёчину. Гадюка обняла девушку и попыталась унять зарождающуюся истерику. Я закрыл двери и только тогда понял, что забыл винтовку.
- Ждите тут! - бросил я девушкам и огромными прыжками помчался к вагону.
Когда я поднялся на крышу вагона и, наконец, схватил оружие, а затем спустился вниз, то услышал со стороны насыпи ещё одну тварь. Похоже, эти уроды живут стаями. Дерьмо. Винтовка тихо хлопнула и тварь, летевшую прямо на меня, буквально развернуло. Её планирующий полёт прервался и она с грохотом впечаталась в ближайший вагон. Запахло топливом. Не дожидаясь, пока противник очухается, я побежал к броневику. Гадюка уже распахнула заднюю дверь и стреляла во что-то за моей спиной. Я влетел внутрь и практически сразу броневик содрогнулся от удара. Стоявшая у двери Гадюка рухнула на меня, больно приложив автоматным прикладом.
Двигатель зарычал, и броневик рванул вперёд. Молодец, Анжела, не подвела. Всё же девушка нашла в себе силы справиться со стрессом и сейчас мы хоть и медленно, но верно удалялись от места боя. Я с трудом поднялся и сменил в винтовке магазин. Не меньше десятка тварей на фоне свинцового неба хлопали перепончатыми крыльями и спешили в нашу сторону.
- Нет, Штуцер, не вздумай. Не вздумай, - прокричала Гадюка.
Но я уже давил на спуск. Цистерна с топливом вспыхнула огненным цветком и запустила цепную реакцию. Вагоны один за другим вспыхивали и взлетали на воздух, а когда Гадюка захлопнула дверь, броневик подкинуло, и уши заложило. Едва колокольный звон в ушах исчез, я услышал недовольные крики наёмницы.
- Штуцер, ты совсем охренел? Ты подумал про меня и Анжелу? Ни одна винтовка не стоит твоей собственной жизни. Никогда не смей так делать! Ты слышишь? Никогда!
Я отмахнулся от неё и двинул к месту стрелка. Нам повезло, часть тварей погибла в устроенном мной пожаре, но оставшиеся наверняка будут нас преследовать. Поэтому до расцвета нужно уйти отсюда как можно дальше. Никогда прежде в Мешке не было летающих тварей. А здесь целая популяция. Впору задуматься над этим. Не знаю, Мешок ли их создал или же это порождение Пустоши, но твари меня игнорировали. И если бы я не начал атаку, то они бы не стали на меня нападать.
 
Гибель Риты произошла из-за меня. Скажи я им раньше о непонятной тепловой сигнатуре, глядишь, и убрались бы по добру-по здорову. Я вздохнул и постарался унять накрывшие меня эмоции. Когда я взялся за джойстик и попытался рассмотреть, не преследуют ли нас, то услышал голос Гадюки.
- Они отстали.
- Благо эти гады ещё толком летать не умеют. Больше похоже на планирование на воздушном потоке, - отозвался я.
- Как белки-летяги, - кивнула девушка.
- Ага, летяги, которые вместо орехов жрут людей, растворяя их с помощью кислоты. Ты ведь видела? У мёртвой твари пасть на брюхе.
Гадюка кивнула, и устало прикрыла глаза. А я вернулся к своим мыслям, стараясь подвести неутешительный итог. Выходит так, что эти летающие уродцы ориентируются исключительно на слух. Я успел рассмотреть их крохотные слепые глаза. Эхолокация или что-то подобное - вот их оружие. То, как они бесшумно набрасываются на жертву, делает их очень опасными противниками. То, что нам удалось выжить в этой схватке, иначе как чудом не назовёшь.
Гадюка сменила за рулём Анжелу, и броневик продолжил двигаться вдоль границы пустоши. Предусмотрительная наёмница вернула машину на прежний курс, стараясь везти транспорт так, чтобы он не проезжал близко к зданиям ремонтного депо, показавшегося по правую сторону. Оно и правильно. Теперь мне понятно, почему нас не преследовали обычные твари.
На этой территории действуют совсем другие законы.
  
Глава 31
 
Броневик мы остановили, когда увидели зарождающийся на горизонте рассвет. Предрассветные сумерки вот-вот должны были смениться яркими дневными красками. До ближайшего убежища было несколько километров, мы их преодолели довольно быстро, но, к сожалению, засевшие там люди наотрез отказались нас впускать.
- Валите отсюда!
Такой ответ заставил Гадюку выругаться и спешно искать альтернативный вариант. Ситуация была патовая. Ни угрозы, ни посулы не подействовали.
Пришлось нам оперативно искать новое место. Повезло, что карта Гадюки изобиловала подробностями, и мы после недолгого совещания отправились к убежищу, расположенному в подвале детского сада. Хоть оно и находилось в стороне от нашего маршрута, но зато туда охотники и прочие мутные личности врядли сунутся, а значит, оно наверняка будет свободно.
Мы успели. Затащили внутрь вещи и закрыли дверь. Поставили будильники и нехотя поели. Я растопил печь, и мы смогли согреться и развесить свои вещи сушиться. Анжела всё ещё тряслась и всхлипывала, и Гадюке пришлось сделать ей укол анти-шока. Это подействовало, и девушка немного отживела.
Пользуясь затишьем, я почистил оружие и перекусил, и лишь после того, как с делами было покончено, я с чувством выполненного долга завернулся в спальный мешок. Не смотря на присутствие рядом полуголых девушек, в голове был вакуум. Казалось, погиб посторонний человек, но почему его смерть меня так тронула? Старею. Становлюсь сентиментальным.
Раньше мне часто приходилось терять друзей в бою, но даже после этого я находил в себе силы, чтобы жить дальше. А сейчас меня буквально гложет чувство вины. Моя ошибка стоила жизни этой безмозглой девчонке. Она мне доверилась, а я собственными руками послал её на смерть. Вот же идиот.
Наконец, я, незаметно для себя, провалился в тревожный сон, из которого меня вырвал тихий звук шагов. И когда неведомый противник замер напротив, а затем склонился надо мной, я молниеносно приставил пистолет к его голове.
- Штуцер, ты охренел? - едва слышно прошептала Гадюка.
Горячее дыхание девушки щекотало шею, но я не обратил на это внимания.
- Чего тебе?
- Пришла тебя утешить, - хихикнула девушка. - Тебя ведь, как и меня, сжирает чувство вины? Не кори себя. Ведь в том, что она погибла, отчасти виновата и я. Штуцер, ты ведь прекрасно помнишь, что во время бегства именно я позвала их с нами?