В интересах государства. Орден Надежды (СИ)

— Ваше… сиятельство, — Василий крепче сжал мою ладонь, — поторопитесь. Я слабею. Мне трудно оставаться в сознании… А я хочу показать вам все…
Я снова нырнул в его воспоминания. На этот раз Василия перехватили в том самом Гостином дворе, сразу после отъезда Матильды.
— Василий Пантелеевич, — окликнули меня, когда я наслаждался кофе на первом этаже буфета.
Я обернулся и едва не подавился напитком. Сарпедон — или как он велел себя величать, без спроса отодвинул стул и уселся напротив меня. На его тонких потрескавшихся от мороза губах играла все та же ядовитая улыбочка, не сулившая мне ничего хорошего.
— Добрый день, — выдавил из себя я и поставил чашку на блюдце. — Чем обязан?
— Хотелось бы верить, что вы приехали в это место, чтобы передать ценные сведения.
Конечно! Бежал спотыкаясь! Следовало проконтролировать консервацию ряда комнат после отъезда Матильды Карловны, да позаботиться о новогоднем убранстве. Потому я и оказался в этом проклятом Гостином дворе. И специально же выбрал самое дальнее крыло, чтобы даже не подниматься в ту марципановую лавку.
И они все равно нашли меня.
— А вы, полагаю, пришли напомнить мне о вашей власти надо мной?
— Эх, Василий наш Пантелеевич, — Сарпедон положил локти на стол и уставился на меня узкими глазами. Лишь сейчас, при ярком свете я понял, что в этом молодом человеке текли восточные крови. — Не в вашем положении дерзить, но смелость я оценил. Почему же вы не известили меня об отбытии баронессы в Дакию?
— Потому что для меня самого это стало сюрпризом, — я держал спину прямо, стараясь ни единым жестом не выдать, что затянул с передачей информации намеренно. Пусть я выгадал для госпожи всего пару дней, но теперь они не смогут ее использовать.
— Неужели? — шепнул Сарпедон. — Чтобы дворецкий — и не знал о предстоящей поездке?
— Клянусь, все слуги и даже племянница Матильды Карловны узнали обо всем в последний момент. Баронесса хотела избежать шумихи.
— Да только шумиха все равно поднялась, только уже после ее отъезда.
Сарпедон продолжал буравить меня взглядом. Я взялся за чашку с почти остывшим кофе, стараясь держать лицо.
— Что теперь? — спросил я.
— Теперь вам придется поработать интенсивнее, — снова расплылся в улыбке гость. — Для вас есть новое задание. Мне нужна порочная подноготная о Штоффах. Желательно, чтобы она была связана и с Корфом. В жизни не поверю, что двое сотрудников Тайного отделения за столько лет не замазались в каком-нибудь скандалишке или не совершили что-нибудь противоправное.
— Даже если так, мне это неизвестно.
— Тогда выясните, — Сарпедон поднялся, зачем-то прихватив с моего стола салфетку. — В конце концов вы — дворецкий. Человек, на котором держится весь дом. Добудьте мне тайну — и мы будем в расчете. Обещаю, что оставлю вас в покое.
И в этот момент у него зазвонил мобильный телефон. Сарпедон вытащил из внутреннего кармана куртки серебристую дорогую модель. Значит, не наделен Благодатью…
Он отошел, но недостаточно далеко. Я услышал обрывки разговора.
— Нет! — прошипел шантажист. — Зевс против.
Зевс? Сперва Сарпедон — греческий герой. Теперь Зевс…
— Я работаю над этим! Нет, еще рано. Скажи Зевсу, что до Нового года управимся… Нет, план менять не нужно!
Он вышел в другой зал, и я больше ничего не смог расслышать. Обратно Сарпедон не вернулся. К моему большому облегчению.
Я открыл глаза и снова очутился среди леса и сугробов, рядом со слабеющим дворецким.
— Я пытался выкрутиться. Но когда слишком затянул с поисками секретов, они снова начали угрожать моей дочери…
— Знаю. Видел, — ответил я и снова надавил ладонями на его виски. Оставалось совсем немного. Он почти все мне передал.
Образы пошли быстрее — теперь я просто считывал и запоминал все, что видел и в чем участвовал Василий. Меня подгоняло предчувствие скорого конца — Василий слишком ослаб, лишившись природных защит и энергии, что ушла на инстинктивное сопротивление.
 
Я увидел третью встречу — в марципановой лавке, где Василий передал толстый конверт белокурой девице. После этого Сарпедон действительно оставил Василия в покое. Но я сомневался, что он не продолжал слежку. И раз так, Сарпедон должен был понимать, что я вышел на его след.
Значит, нужно собирать силы.
Но сперва…
Дворецкий прерывисто вздохнул, когда я отнял руки от его головы.
— Все, Василий, — прошептал я. — Я видел все, что нужно. Вы не представляете, как помогли.
— Это меньшее, чем я могу расплатиться за предательство госпожи. Она всегда была ко мне добра. И она, и Ирина Алексеевна… Пожалуйста, передайте им, что я правда пытался отсрочить. Пытался сделать хоть что-то, но… Слишком боялся за своих.
Я кивнул.
— Непременно.
Василий закрыл глаза и мечтательно улыбнулся.
— Был рад помочь, ваше… сиятельство.
— Они здесь! — крикнули со стороны дороги. — Бегом!
Я резко обернулся. Явились, блин, и не запылились. Безопасники Ланге перепрыгивали через снежный вал на обочине и спускались к нам. Я отошел от Василия, позволяя ему уйти на своих условиях.
— Скорую вызывайте, — велел я, увидев главного безопасника. — Хотя могут и не успеть.
Ланге проглотил интересовавшие его вопросы и задал самый уместный в данной ситуации:
— Вы в порядке, Михаил Николаевич?
Я пожал плечами.
— А мне-то что сделается?
— В таком случае я обязан спросить, что все это значит.
— Ага. Только пусть вам обо всем расскажет Корф, когда сюда заявится. А мне нужно ехать.
Ланге потерял дар речи от моей наглости.
— Прошу прощения, но на чем вы собрались отсюда ехать? На собственности баронессы?
— Думаю, она не обидится, — бросил я.
Безопасник дернулся было за мной, но я выбросил руку вперед и выставил барьер.
— Виктор Зиновьевич, вы не представляете, какая задница здесь творится. Поэтому если всерьез хотите помочь мне разгрести это дерьмо, просто продолжайте выполнять свою работу. А я найду тех сволочей, что сделали это с Ириной и Василием.
Безопасник смерил меня тяжелым взглядом.
— Так вы что-то выяснили?
— Да, но это вопрос уровня Тайного отделения. Простите, я сейчас и правда не могу ничего сказать. Одно замечу — вы проморгали в своих рядах предателя. Внимательнее следите за персоналом.
Наверное, с последней фразой я чутка перегнул — все же слуги имели право на личную жизнь. Но здесь все так переплелось, что Василий действительно стал работать на этого Сарпедона из страха. Но Ланге… Ну должен же он был что-то заметить. Должны быть в таких случаях перемены в поведении, странные отлучки и прочее.
Не заметил. Впрочем, я тоже много всего проморгал.
“Я вытащил информацию из головы Василия”, — обратился я к Корфу, проигнорировав приветствия. — “Там много интересного для ваших глаз и ушей. Куда подъехать?”
“Разъезжая улица, дом сорок четыре”, — коротко ответил тайный советник. — “Алексеев встретит. Когда будешь?”
Эх, Лиговка… Не ездил я еще по центру толком, да еще и без прав… Но ничего, постараюсь козырнуть статусом, случись что.
“Через час”.
“Жду”.
Я сел за руль Македонского и ласково погладил профиль полководца на торпеде.
— Ну что, Александр Филиппыч, поехали на охоту?
  
Глава 35
 
Проезжая мимо поста дорожной полиции на въезде в город, я затаил дыхание. Лишь бы не остановили… Мало того что я был без водительского удостоверения, так еще и без документов на машину. Пара звонков куда надо, конечно, поможет отвязаться, но я просто не хотел тратить на это лишнее время.
 
Скорее бы уже этому телу стукнуло восемнадцать. Черт с ним с алкоголем, я хотел, блин, нормально передвигаться по городу!